Лучезарный - Наталья Турчанинова

Энджи выпустил меч. Забавная у него появилась привычка, чуть что — хвататься за оружие. На меня насмотрелся. Еще бы. По-другому в демонском мире не выживешь. Раньше ангелок был более беспечен и надеялся исключительно на колдовство. Но теперь мы с ним оба магические калеки, поэтому приходится рассчитывать только на свои уши, глаза, ноги и спину. Вывозить на собственном хребте все неприятности, в которые мы мастера вляпываться.

Энджи повернул ко мне бледное лицо.

— Гэл, а ты уверен? — Вопрос прозвучал мягко, но я почувствовал себя уязвленным.

— Хочешь сказать, мне приснилось?!

Он давным-давно привык к моим вспышкам раздражения, поэтому лишь пожал плечами в ответ. Подобное равнодушие действовало на меня всегда одинаково. Успокаивало. Какой смысл беситься, если собеседник никак не реагирует, не вступает в пререкания и не оправдывается.

Некоторое время я продолжал, напряженно обозревая окрестности, прислушиваться но, в конце концов, действительно, был вынужден признать — никого. Показалось.

— Да-а, поставили бы сейчас охранное заклинание… Как раньше. Ни одна тварь бы не сунулась.

— Как твоя спина? — спросил Энджи, игнорируя мое размышление. Он предпочитал не сожалеть о невозможном.

— Как всегда.

Я машинально почесал лопатки о дерево. Под зудящей кожей, по-прежнему, мирно спала личинка «гриэльского мрамора». Эта дрянь не давала мне сплести даже самое простое заклятье, пожирая магическую энергию. Хорошо хоть на врожденную способность к оборотничеству не влияла. Но предоставляла мне всего два выбора. Колдовать и оказаться, в конце концов, сожранным своим «наездником». Или вообще отказаться от чародейства и жить, словно простой смертный.

Естественно, как всякий нормальный демон, я выбрал второе. Самоубийцы среди нас вообще встречаются редко. Хотя знавал я одного ненормального, которому ради новых знаний и могущества оказалось не жаль не только собственной шкуры, но и благородной сущности наивысшего темного. Хозяина. Мотается теперь по земле, перерожденный в человека. Доэкспериментировался…

— Нам надо ехать в Эллиду. — Энджи смотрел на звезды с таким видом, словно это они только что подали ему сию гениальную идею.

— Куда?!

— В Эллиду. — Невозмутимо повторил ангел. — Атэр должен быть там. Или скоро приедет.

— Что, утраченные способности вернулись? Или неожиданное прозрение?

Приятель отрицательно качнул головой:

— Нет, но думаю, он должен отправиться именно туда.

— Ну да, Арэлл же элланка. А он таскается за ней, как привязанный.

— Ей нужна армия, — задумчиво произнес Энджи.

— Знакомая проблема. Помнится, Буллфер тоже искал войско.

— И нашел.

— Ну да. Только здесь нет «Белых щитов». Раз нет самих ангелов — то у них не может быть потомков.

— Это не важно. Она найдет того, кто пойдет за ней.

И такая уверенность звучала в его голосе, что мне стало тошно.

— Ага, насобирает таких же влюбленных идиотов, как Атэр?… Из-за собственной ереси Буллфер реинкарнировался в человека, чтобы теперь бродить за девицей, которая мечтает уничтожить демонский мир, которым он же и управлял! Бред!

Энджи улыбался. Его забавляло мое отчаяние.

— Не вижу ничего смешного! Ты бы лучше меня пораньше в это посвятил…

— Разве я мог лишить тебя удовольствия встретиться с Хозяином во времена его молодости?

Ехидничает. Издевается!

— Знаешь что?! Хватит меня третировать! Помню твои дурацкие рассуждения — свобода выбора и прочий бред! Ты с самого начала знал, что мы попали в прошлое! Естественно, предвидел будущую встречу с молодым Буллфером. И вынудил меня выбирать между двумя хозяевами — настоящим Высшим демоном и перерожденным смертным.

— Ты еще скажи, я Ритуал специально провел, чтобы превратить его в человека, — устало отозвался Энджи.

— Не удивлюсь.

— И рукопись с описанием Бесценной Награды в библиотеку подсунул тоже я. Хватит, Гэл. Не было у тебя никакого выбора. Мы оба связаны с Атэром. С самого начала. И должны помочь ему.

Вдалеке послышался долгий тоскливый вой, переходящий в глухое голодное ворчание. Его подхватили ближе. Потом заголосили справа… Скоро весь лес вопил и рычал, а я почувствовал, как шерсть на загривке становится дыбом.

Минут через двадцать концерт закончился. Когда последнее гулкое эхо прокатилось по лесу, я молча накрылся плащом, ткнулся головой в относительно мягкую кочку, поросшую мхом, и закрыл глаза.

Странные сны снились мне в последнее время. Черные провалы и куски белого, слепящего пространства. Бездны, заполненные клубящимся дымом, звезды, бурлящие огненные потоки, каменные острова, висящие в пустоте. Глубины, которые показал Энджи, когда учил пользоваться нестабильной мерцающей энергией — единственной доступной мне для сотворения заклинаний. Чужой, убийственный, но такой притягательный мир. Хаос…

Ангел разбудил меня на рассвете. Мы встали и снова пошли, по щиколотку проваливаясь в рыжий мох и спотыкаясь о сучья. Серые сумерки медленно отползали в чащу…

Настроение было отвратительным. Несколько раз начинал накрапывать мелкий дождик. Я не выспался, хребет по-прежнему чесался. Казалось, паскудная личинка, копошится под кожей, устраивая себе уютное гнездышко. А еще спиной я постоянно чувствовал настороженный враждебный взгляд. Несколько раз резко оборачивался, и заметил, наконец, призрак, мелькнувший в серой пелене.

Я выразительно глянул на компаньона. Тот кивнул утвердительно, и мы прибавили шагу. Опять сели на хвост, твари. Я шел, представляя какое заклинание можно было бы испробовать на преследователях. «Цепную молнию», пожалуй. Жахнет сначала по одному, а потом пойдет прицельно бить по всем остальным. Канва магического действия уже висела перед глазами, но дрянь у меня под шкурой угрожающе заерзала.

«Ладно… ладно. Не буду!»

Энджи, идущий на шаг впереди, резко остановился, и я едва не вмазался в него. Из тумана медленно выступил здоровенный зверь, больше полутора метров в холке. Мощные лапы, длинный, голый, как у крысы, хвост, в красных глазках не звериная сообразительность. Вытянутая морда с маленькими круглыми ушами покачивалась из стороны в сторону.

Я выхватил меч, ангел сделал то же самое. Но тварь не спешила нападать. Она наклонила голову, громко втянула воздух широкими ноздрями, разинула пасть и… заговорила. Медленно, с трудом, но внятно:

— Идите… за мной.

— Ну да, — пробормотал я тихо. — Уже бежим.

— Мы не сделаем… ничего… — продолжил зверь утробно. — Проводим. Ждет.

— Гэл, их девять, — шепнул Энджи. — Пять впереди и четыре сзади. Не делай глупостей.

«Глупость я уже сделал, основную — связался с тобой», — подумал я, и сказал громко: