Кожаный башмак. Шляпа из соломы - Люпе Боввал

Парень прошел к лестнице и поднялся на мансарду. Он будто бы чувствовал, куда ему нужно идти — он часто полагается на интуицию, которая его еще не подводила.

Прильнув к перилам, парень для начала осмотрел посетителей снизу, но не найдя того, кто бы привлек его взор, пошел дальше. Медленно передвигаясь между низких столов, он вглядывался в лица людей. Все такие разные, некоторые даже выглядят смешно: у кого нос большой, у кого глаз подбит, даже есть такие, кого можно запросто сравнить с жабой, либо с ослом.

За одним из столиков сидели три прекрасные барышни с черными блестящими волосами, укрощенными заколками в виде цветов и веток, мимо таких не каждый мужчина спокойно пройдет. Они посмотрели на незнакомца, одарившего их взглядом своих черных глаз, и смущенно ему улыбнулись. Парень холодно отреагировал: отвернулся, ни на секунду не замедляя шаг. Он точно знал, сегодня тот самый день, когда он найдет себе учителя. И не зря. Его взор пал на лысого мужчину в красном халате. Его внешность — борода и усы на волевом подбородке, острые скулы, сосредоточенный взгляд, густые брови, а на висках и скулах красуются красные чешуйки, похожие на змеиные — точно совпадает с описанием Адарана.

* * *

Верховный мастер Огненного храма допивал с деревянной кружки освежающее пиво, когда над ним нависла тень. Он поднял глаза и быстро с ног до головы изучил незнакомца, а затем с грохотом поставил кружку на стол. Прищурив правый глаз, мужчина приподнял левую бровь, дожидаясь, когда же парень заговорит.

— Мастер Адаран?

— Не знаю такого, — недовольно фыркнул мужчина и заглянул на поднос в руках работницы харчевни. Она поставила перед ним на стол глубокую тарелку с густым ароматным супом и, пожелав приятного аппетита, удалилась.

— Я знаю, что это вы, — буркнул смелый парень, ослабил повязки на шляпе, снял ее с головы и повесил на спину. — Я явился в эту страну ради вас, — добавил он, без спросу присаживаясь напротив. — Вы мне нужны, чтобы я смог обучиться боевой силе.

— А ты разве уже не воин? — удивленно поинтересовался мужчина, еще раз рассмотрев парнишку.

— Нет, — ответил он, стиснув зубы.

— Врешь! — косо улыбнувшись, сказал мужчина.

Его не проведешь. Парень даже пожалел, что начал со лжи. Между мастером и учеником не должно затаиться недопонимание. Нынешний Бахрам обладает чутким восприятием. Он не обучает кого попало и уже как пятьдесят с лишним лет не обзаводится новым учеником. Последний его воспитанник, достигнув второго ранга мастера, по собственной воле покинул Дастур и отправился в путешествие, которое, в итоге, привело его к погибели. Он решил бросить вызов Митру — ради мести за смерть близкого друга, который был учеником Ашмана, а заодно хотел было занять того место, но проиграл и был безжалостно убит. Между храмами видеться тихое противостояние; месть — это личный выбор. Верховные мастера не обязаны заступаться за камрадов, в том числе наказывать убийц адептов.

— Я буду с вами впредь честен, — уверенно сказал парень. — Возьмите меня в ученики! — потребовал он.

— Такого как ты? — усмехнулся мужчина, зачерпывая третью ложку супа. — Ты мне не нравишься.

— Вы даже ничего не узнали обо мне! — возмутился парень.

— Но ты уже начал со лжи…

— Да, я — воин! — нервно признался парень.

— Откуда мне знать, что это правда?

— Это чистая правда, — без гордости ответил парень и опустил глаза вниз.

— Ты же им быть не хочешь, тогда зачем тебе учитель?

— Очень нужен!

— Утаиваешь истину, — подметил мужчина. — Лучше ступай…

— НЕТ! — твердо ответил парень и стукнул кулаком по столу.

Его собеседник, за доли секунд до того как стол дрогнул, обеими руками поднял свою тарелку.

— Тише, молодой человек, меньше эмоций, — упрекнул мужчина. — У тебя в сердце огонь.

— Поэтому я, как никто другой, подхожу вам.

Мужчина хмыкнул. Не доев, он отложил ложку в сторону.

— Как тебя зовут? — спросил он, пристально вглядываясь в глаза парню.

И снова неудобный вопрос. К такому разговору стоило подготовиться.

— Я раб, у меня нет имени, — раздосадовано ответил парень.

— Так ты воин или раб? Уж определись.

— И тот и другой. У меня сложная судьба…

— Ты сидишь передо мной, а значит — ты не раб сейчас. У тебя должно быть имя.

— Я оставил себе позорную кличку, которую даровал мне хозяин, чтобы всегда помнить о том, кто я есть, — признался парень.

— И какая она у тебя?

Парень напряженно сглотнул слюну и произнес:

— Шляпа.

Мужчина задумчиво погладил бородку.

— «Шляпа», — повторил он и, взяв ложку, да зачерпнув суп, сказал: — Нет, пожалуй, не возьму тебя в ученики.

— Но почему? — парень не намеревался отступать. Весь долгий путь он проделал ради этой встречи. Он не может вернуться домой тем же человеком, которым уходил. — Что мне сделать, чтобы вы передумали? Я готов на все, на любые подвиги!

— Лучше я в адепты возьму того, кто мне тапок в суп бросит, чем тебя, того кто… — мужчина не договорил, так как со свистом что-то приземлилось ему в тарелку, расплескав суп по сторонам. Фрикадельки и лапша оказались у него на лысине и плечах. Ловкий парень же успел отскочить от стола. Мужчина молча оценил реакцию собеседника, а затем посмотрел в свою тарелку. Он выпучил глаза от нарастающего шока. Там, как предзнаменование, лежит, красуясь, черный кожаный башмак.

Глава 2. Кожаный башмак

Ковыряясь в носу, беспечно шел вдоль дороги парнишка лет пятнадцати-шестнадцати. Его небрежный внешний вид невольно привлекал любопытные взоры горожан. Растрепанные короткие волосы цвета красного дерева колыхал легкий ветерок. Одну штанину просторных штанов он завернул до колена, а другую оставил так, как есть. Черная рубашка наполовину распахнулась, оголив грудь. Люди шарахались в стороны, когда он невольно подкрадывался, так как шаг его был тих — подобно кошачьему.

Один купец вздрогнул, ощутив, как его слегка толкнули в спину. Мимо торопливо пробежал ребенок в рваной майке, а следом прошел красноволосый парнишка, считая ворон. Купец заподозрил неладное, и судорожно принялся обыскивать свой карманы, а когда не нащупал кошелька, громко закричал, указывая пальцем, конечно же, на оболтуса:

— Подлый вор!!!

Люди обернулись, приостановились, начали выглядывать отовсюду, чтобы увидеть наглеца, посмевшего лазить по чужим карманам средь белого дня. Из-за телеги, груженой соломой, вышел высокий громила и схватив, удившегося в сей миг, парня за ворот, притянул к себе.

— Ах ты, гад! Верни краденное! — потребовал он, скрипя зубам от злости.

— Держи, держи его! — к ним подскочил обворованный купец и принялся с презрением разглядывать парнишку, которого сам