В пасти Джарлака - Борис Харькин

— Слушай, Пухлый, ты столько еды набрал, — подметил Васян. — Может, поделишься с друзьями?

Здоровяк неохотно вывернул содержимое рюкзака. Сам же Василий с умилением достал пузырь. Судя по мелодичному позвякиванию в рюкзаке, друг затарился основательно.

На свежем воздухе разгулялся зверский аппетит. Да и еда была — что надо! Жорик подрабатывает помощником шеф-повара в крутом ресторане. Он притащил кучу вкусностей собственного приготовления. Особо запомнился пирог с мясом и грибами, который оказался превосходным, несмотря на то что в рюкзаке его изрядно помяло.

Пока мы расправлялись с пирогом, на лес опустились сумерки.

По закону подлости еда закончилась быстрее, чем аппетит. А ведь был полный рюкзак провизии! Но, когда в компании присутствует Жорик, сколько еды ни бери, все равно два раза бегать.

Здоровяк окинул голодным взглядом девственно-пустую скатерть и пробасил:

— Пойдем обратно к толкиенистам! Между прочим, они меня на шашлык приглашали.

Васян взглянул на Жору как на идиота. Разве можно куда-то идти, пока не закончилась водка?! Идея показалась ему кощунственной, что он и высказал вслух. Георгий посмотрел на меня, надеясь найти союзника. Но мне тоже не особо хотелось тащиться в лагерь ролевиков на ночь глядя.

— Тогда я пойду один! — с вызовом бросил Жора.

— Пойдешь, пойдешь, — ухмыльнулся Василий. — На корм волкам. Им тебя на месяц хватит.

Гигант кинул взгляд на темную стену деревьев, в глазах промелькнул испуг.

— Ходят слухи, — продолжал нагонять жути Васян, — что в этом лесу люди без вести пропадают.

— Вранье все это, — неуверенно отозвался Жорик. — Стольник, ты же сам знаешь, что это сказки.

— Не называй меня Стольником! — по привычке огрызнулся Василий.

Дело в том, что в пятом классе старая очкастая училка, делая перекличку учеников по классному журналу, исковеркала фамилию Васяна, прочтя вместо Сотников — Стольников. С тех пор одноклассники частенько его так и называют. А еще чаще просто Стольником. Василия же это почему-то бесит. Хотя я считаю, что бывают прозвища и пообиднее.

— Да не дуйся, — примиряющее махнул Жорик. — Во-первых, шашлык-то халявный. А во-вторых, там столько девчонок было.

Пухлый знал, на что давить, — оба аргумента сработали безотказно. На Стольника упоминание женского пола действует всегда. Равно как и возможность получить что-нибудь на халяву. Даже не знаю, что его интересует больше. Пожалуй, все-таки девчонки.

— Ладно, — смилостивился он. — Через полчаса пойдем, надеюсь, шашлык еще останется. А толкиенисточек я и без тебя приметил, Пухлый.

— Полчаса! Как бы через полчаса они все не схавали, — пробухтел здоровяк и полез в палатку. Какое-то время оттуда доносились шорохи и ворчание. Мы старались не обращать внимания на эти звуки. А когда в васяновском рюкзаке нашлась пара бутылок пива, про Жорика помнили только муравьи, ползавшие по обглоданной им куриной ножке.

Вскоре закончилось и пиво.

Судя по напряженному лицу Стольника, он был недоволен этим обстоятельством и старательно размышлял, что бы предпринять. Через мгновение глаза друга прояснились, и я понял — родился план.

— Выкладывай, что придумал? — спросил я.

Друг закинул за спину рюкзак и вооружился шахтерским фонариком. Затем с видом гения провозгласил:

— Пиво есть у толкиенистов!

Было уже совсем темно, с неба на нос Василия упала первая предупредительная капля-дождинка. Он смахнул ее и нетерпеливо бросил:

— Ну что? Пойдем?

Нет бы отговорить товарища от этой дурацкой затеи и спокойно лечь спать! Как бы не так! У нас всё как в рекламе: «Водка и подвиги — сладкая парочка».

— Пошли… — сказал я, поднимая рюкзак. Если повезет, на обратном пути в нем будет пиво.

Хорошо хоть догадались надеть куртки — дождь полил как из ведра.

По пути Васян тараторил:

— Нас ждет пиво, шашлык и главное — много жизнерадостных девочек! Сегодня к какой-нибудь точно подъеду! Там одна блондиночка была, она эльфийку отыгрывала. Причем у нее это неплохо получалось. Прикинь, вот это кайф — замутить с эльфийкой!

— Ты сначала с хоббитшей замути, — подколол я. — Надо выбирать задачи по силам.

— Иди ты, Брынский! — обиделся друг.

Сколько себя помню, Стольнику всегда не везло со слабым полом. Однако он никогда не отчаивался и упрямо продолжал подкатывать ко всем симпотным девчонкам. Иногда это заканчивалось для него весьма плачевно. Взять хотя бы тот раз, в седьмом классе, когда Юлька из параллельного расквасила ему нос. Всего лишь за поцелуй в щеку… Я до сих пор не могу понять, почему так получается. По идее такие, как Васян, должны нравиться девчонкам. Он — шустрый, веселый, беззаботный. Но, видать, пока не нашел ключик…

Шли мы недолго. Всё из-за употребленного алкоголя и мокрой травы. Не успев пройти и двадцати шагов, я поскользнулся и кубарем покатился в овраг…

* * *

— Петро! Петро, ты живой?! — кричал откуда-то сверху Стольник.

— Вполне, — ответил я, еще не до конца осознав, что произошло. Пошевелился, вроде кости целы, да и не болит ничего. Вокруг стояла кромешная тьма.

— Эй, ты как? — раздалось уже где-то поблизости. Пятно света от фонаря заметалось по кустам.

— В норме. Я приземлился на что-то мягкое.

В этот момент «что-то мягкое» тихонько застонало. Тут спустился Василий, и луч фонаря выхватил из темноты знакомое лицо.

Жорик?!

— Пухлый, ты-то здесь как очутился? — ахнул Стольник.

В ответ тот лишь многострадально застонал, но от Васяна еще никто так просто не отделался. Пришлось и толстому излить душу.

Оказалось, Жора не стал ждать, пока мы соизволим отправиться к толкиенистам. Кошмарная мысль, что шашлык может закончиться, заставила его пойти в одиночку. Увлеченные пивом, мы пропустили отбытие Пухлого.

Далее его постигла та же участь, что и меня. Бедолага свалился в овраг и около получаса скитался здесь, безуспешно пытаясь выбраться. Когда это почти удалось, на Жорика свалился, как он выразился, «какой-то мешок с дерьмом». Это был я!

Сначала мы посмеялись над горемыкой — полчаса выбираться из жалкого оврага! Но вскоре уже он смеялся над нами. Склон отвесный, густо заросший травой, которая сейчас мокрая от дождя и неимоверно скользкая. А если еще учесть, сколько мы выпили!..

Положение спас Василий:

— Слышь, Пухлый, там, наверху, мой рюкзак. В нем еще остался приличный кусман пирога…

Я-то понимал, что он нагло врет: пирог уделали подчистую. Однако уловка сработала. Не дослушав, Жорик с таким энтузиазмом бросился на штурм неподдающегося склона, что, как на крыльях, вылетел из оврага, вытянув за собой и нас.