Король: Вечный монарх. Сквозь время - Ким Ынсук

По этому адресу была официально зарегистрирована Сон Джонхе, биологическая мать Ли Джихуна – двойника Гона в Корейской Республике. Глядя на солнце, клонившееся к закату, Гон без тени разочарования ответил:

– Сказать по правде, на большее я и не рассчитывал. Зато теперь благодаря тебе я полностью уверен в двух вещах. Во-первых, Сон Джонхе заодно с Ли Римом. И во-вторых, безумно приятно выбраться куда-то вместе с тобой, пусть даже по работе. Да хоть на край света.

– Тебя где-то учили таким фразочкам?

– А вот и нет, я гений-самоучка.

– Теперь понятно, почему все… – громко хмыкнув, Тэыль резко замолчала.

– Изменяют? – шутливо подколол ее Гон.

Слова Гона застали Тэыль врасплох.

Она хлопнула его по спине и возмущенно воскликнула:

– Да ты с ума сошел!

– Думаешь, это нормально – вот так меня бить?

– Я хотела сказать, что именно поэтому тебя и любят придворные. Ты можешь пошутить, когда всем тяжело, и поднять настроение. У нас слишком мало времени, чтобы думать о плохом, – вот мое мнение.

Он обнял ее при первой же их встрече и, прежде чем Тэыль смогла полностью принять его в свою жизнь, предложил ей руку и сердце. Поначалу приходилось нелегко, но теперь не было на свете никого ближе, чем Гон и Тэыль.

– А ты о многом подумала за столь недолгое время.

– Зачем ты так шутишь? – печально произнесла Тэыль.

Гон немедленно извинился:

– Потому что только я могу так шутить. Прости, не ожидал, что напугаю тебя.

– Я даже не знаю, как тебя утешить. Я нашла любимого, но ему пришлось столкнуться с предательством, – Тэыль подавленно замолчала.

Тэыль была убита горем. Ее душевные терзания тронули Гона. У многих сердце разрывалось от переживаний о нем, но Тэыль была первой, кто от негодования шлепнул его по спине. И ему понравилось такое отношение.

Гону стало немного неловко, и все же он не мог не отметить, что Тэыль выглядит еще милее, когда грустит. Она надула губы, и он слегка улыбнулся, глядя в ее ясные искренние глаза, источающие свет:

– Тяжело тебе пришлось из-за меня. Это оттого, что у Сон Джонхе лицо моей матери? Да?

– Решила, что ты захочешь ее увидеть.

– Вовсе нет. Может, эта женщина выглядит как моя мать, но это не она. Взять, к примеру, Ёна и Ынсопа: они похожи, но это два разных человека. Лицо – это только внешность.

Тэыль взглянула на Гона, будто подтверждая верность его слов, и вновь заговорила:

– Тогда позволь тебя спросить. Как ты на самом деле перемещаешься между мирами? Ты и Ли Рим.

– До сих пор я отвечал на все твои вопросы, так будет и впредь. Но этот оставлю без ответа.

– Ладно. И все-таки это действительно твои первые отношения?

Вопрос застал Гона врасплох. Он отвернулся и направился к припаркованной на дороге машине.

– На это я тоже не стану отвечать. Пойдем отсюда. Как-то внезапно похолодало, не находишь?

– В моем мире мужчина обязан держать свое слово, но у вас, кажется, о таком и не слышали.

– А, так вот, значит, как у вас заведено, – с напускным простодушием ответил Гон, делая вид, что ничего не понимает.

Тэыль догнала его и решительно преградила дорогу. Гон серьезно и с интересом посмотрел на девушку: с какой легкостью она задает подобные вопросы и при этом выглядит такой очаровательной! Но Тэыль еще не закончила.

– Кто та девушка, для которой ты готовил рис со стейком?

– Я думал, ты хотела задать только один вопрос.

– Ты на него не ответил.

– Я учился в Военно-морской академии. Ты единственная женщина в моей жизни.

Тэыль шла спиной вперед, лицом к Гону, ветер подхватывал и развевал их волосы. Их нежные чувства друг к другу облаком парили вокруг.

– А ты за словом в карман не полезешь.

Тэыль, пятясь, не заметила на дороге камень и едва не споткнулась, но Гон вовремя среагировал и ухватил ее за талию.

– Это просто у тебя нет чувства юмора.

– На тебе отлично сидит военная форма, ты в ней выглядишь сногсшибательно, – сказала Тэыль и, взяв Гона за руку, повела вперед.

– Зачем за руку схватила?

– Ты готовил рис со стейком для Ку Сорён? Только не говори, что делал это в форме.

Тэыль была рада услышать, что она единственная девушка в жизни Гона, но не прекратила задавать вопросов.

Не выдержав, Гон громко рассмеялся и шутливо сказал:

– Я сначала промыл рис, а потом надел форму.

– Помнится мне, ты говорил, что надеваешь ее только в самые ответственные моменты.

– Так и есть. Например, когда собираюсь сделать предложение любимой девушке.

– Для меня ты ее не надевал.

Тэыль остановилась и посмотрела Гону в глаза.

– Я не мог, нужно было поспешить. Но это лучшее, что я сделал с тех пор, как пришел в этот мир. И я все еще жду твоего ответа. Да, к слову, история с Ку Сорён – просто выдумка.

– По-твоему, это предложение? Разве ты спрашивал, согласна ли я стать твоей императрицей? Просто поставил перед фактом.

– Так каков твой ответ? Выйдешь за меня?

Взгляд Гона был слишком серьезным. Тэыль не понимала, он и правда намерен жениться или просто шутит. Она едва сделала шаг назад, как Гон неожиданно обнял ее. Тэыль не пыталась его оттолкнуть, лишь наслаждалась моментом в его нежных и теплых объятиях.

– Ну так что, ты согласна выйти за меня?

– Если я откажусь, сегодняшний день будет у нас последним?

Сама того не подозревая, Тэыль словно ножом прошлась по сердцу Гона: от ее слов оно на мгновение остановилось.

Гон посмотрел на нее взглядом раненого зверя:

– Значит, ты отказываешься?

– Время еще не пришло.

Гон наклонился к Тэыль, будто так он мог лучше понять смысл сказанных ею слов. Девушка продолжила:

– Я много думала об этом и поняла, что просто хочу жить сегодняшним днем. Будто сегодня единственный день, когда можно побыть легкомысленными. Вот как мы должны жить. Понимаешь?

– Обычно в такие моменты пары клянутся в вечной любви… А мы будем жить одним днем?

На самом деле Тэыль тоже хотела вечной любви, как в сказках. Хотела быть счастливой и навсегда остаться в этих теплых объятиях. Хотела жить с Гоном в одном мире, но прекрасно понимала, что ее мечты несбыточны.

– Именно. Завтра для нас не существует. Пусть наше сегодня длится вечно.

Сделав вид, что не замечает боли в глазах Гона, Тэыль решительно подняла руку, сжимающую его ладонь.