МИФЫ. Корпорация МИФ - Роберт Линн Асприн

Вдоль дороги там и тут стояли дома, по обочинам паслись бесчисленные коровы. Пришлось идти пешком, несмотря на то что солнце палило все сильнее.

Только прошагав милю, мы наконец оказались в безлюдных местах. Можно было пускаться в полет.

– Ты уверен, что с тобой все в порядке? – спросил Ааз.

– Никогда не чувствовал себя лучше! – объявил я.

– Пожалуй, в следующем городе я тоже приму на грудь этого сочку, – сказала Танда.

Как только я принялся перекачивать в себя силу, мне стало ясно, что в этом районе силовых линий значительно больше, чем в тех местах, где мы были прежде. Поэтому я без всякого труда поднял всех троих на высоту колена и помчал над дорогой.

По пути нам никто не встретился, и я ни разу не присел, чтобы отдохнуть.

Потрясающая штука этот морковный сок!

До Биск-Вита мы домчались лишь во второй половине дня, и я к этому времени уже начинал чувствовать усталость. Мы зашли в заведение, которое ничем не отличалось от бара «У Одра» в городе Увер-Тка. Подобное сходство начинало нас серьезно беспокоить.

Я хотел убежать, но из дверей за стойкой выступил мужчина в фартуке и с грязным полотенцем в руке. Очередной близнец моего друга из города Увер-Тка спросил, что нам угодно.

– Пару стакашков вашей лучшей выпивки, – бодро произнес я.

– Может быть, сразу пожелаете и поужинать? – с широкой улыбкой поинтересовался он. – Я только что получил партию свежих кореньев. Сочных и хрустящих. Ведь нам всем, как вы понимаете, надо быть в хорошей форме до того, как начнется толпотворение.

– Не исключено, что и поужинаем, после того как посидим маленько.

Услыхав мой ответ, он улыбнулся от уха до уха.

Вскоре бармен вернулся с двумя стаканами сока и тут же удалился.

– Интересно, может ли кто-нибудь объяснить нам, что здесь происходит? – поинтересовалась Танда. – В жизни ничего подобного не видела.

– Я тоже, – пробурчал Ааз. – На прошлой остановке мне показалось, что у вас разыгралось воображение. Но теперь и я вижу – здесь что-то не так. Все эти места практически идентичны.

– А может, мы вообще ходим по кругу? – робко предположил я. – Может быть, все эти города – одно и то же поселение?

– Нет, – ответила Танда. – Они все отличаются по величине, у них разная планировка, да и ландшафт вокруг них существенно разнится.

– Города, несомненно, разные, – согласился Ааз. – Но все они построены по одной схеме и заселены очень похожими друг на друга людьми.

– Что ж, – заметила Танда, – теперь я вправе заявить, что видела здесь все.

– Не совсем, – возразил я. – Мы пока не знаем, что такое толпотворение, и еще не видели золотой коровы.

Танда кивнула и, глядя на Ааза, мрачно произнесла:

– Не знаю, стоит ли это сокровище того риска, которому мы себя подвергаем.

Ааз взглянул на Танду так, словно у нее поехала крыша.

– Ты, наверное, шутишь, – сказал мой наставник. – Мы так далеко зашли! До цели осталось всего лишь два города.

Она снова кивнула, подтверждая справедливость этих слов, но я видел, что пребывание в этом измерении сильно ее пугает. А ведь Танда все время, сколько я ее знал, никогда ничего не боялась.

Ааз обернулся и, убедившись, что бармен все еще на кухне, достал карту и расстелил ее на столе.

Карта, как и в прошлый раз, изменилась. На этот раз от Биск-Вита шли четыре дороги и все они упирались в поселения, названия которых начинались на букву «Б».

Ближе всего к нам находился город Бра-Га, дальше к северу располагались Бра-Тва и Бар-Тер. Самый северный из четырех городов носил звучное имя Бар-Дак. Золотая корова на сей раз находилась в поселении, именуемом Доннер-Веттер.

– Вот и кончилась наша система, – печально заметил я.

– До сих пор она нам помогала, – откликнулся Ааз.

– А может, мне стоит опять отнять у карты ее волшебные свойства? – спросил я, поскольку только что прикончил стакан морковного сока и чувствовал себя способным своротить горы.

– Ты полагаешь, что здесь для этого достаточно магических сил? – ответил вопросом на вопрос Ааз, покосившись на дверь кухни.

– Силовых линий становится все больше и больше, – ответил я.

– Пусть попытается, – предложила Танда. – Это поможет нам сократить время поиска. Нам не придется возвращаться назад.

– Влепи-ка ей как следует, – снисходительно бросил Ааз, обращаясь ко мне.

Я набрал полную грудь воздуха, сосредоточился и принялся выкачивать силу из воздуха и земли.

Вначале мне показалось, что ничего не происходит. Помнится, то же самое я чувствовал и в хижине. Но прошло несколько мгновений, и я начал ощущать приток силы. Сила, пронзив меня, обрушилась на карту. Пергамент засиял синим светом, взвился над столом, а затем, медленно колыхаясь, стал опускаться. Как только карта коснулась столешницы, сила исчезла, и я вдруг почувствовал страшную усталость.

Чтобы восстановить энергию, мне срочно требовалось хлебнуть морковного сока.

– Отлично сработано, Скив! – похвалил мой наставник.

Мне довольно редко приходится выслушивать добрые слова в свой адрес, поэтому я наслаждался моментом славы. Танда ласково потрепала меня по руке и поцеловала в щеку.

Ничего не приносит большей радости, чем хорошо сделанная работа!

Я поднял стакан сока, принесенный Танде, и стал потягивать прекрасный напиток, глядя на карту.

От Биск-Вита теперь шла лишь одна дорога на Бар-Дак. Из Бар-Дака путь вел прямо в Доннер-Веттер, где паслась золотая корова. Оказывается, мы ближе к цели, чем считали. Но до Бар-Дака, если верить карте, путь неблизкий. Еще большее расстояние отделяло Бар-Дак от Доннер-Веттера.

В ближайший пункт назначения, город Бар-Дак, мы, по расчетам, должны были прибыть глубокой ночью.

Я надеялся, что коровы не станут пожирать нас взглядами.

– Ты достаточно отдохнул? – спросил Ааз.

Я ополовинил стакан морковного сока и сказал:

– Вполне. А это, – я показал на стакан, – перелейте в один из сосудов с водой.

Затем я подошел к двери в кухню и постучал. Когда оттуда вышел парень в фартуке, я спросил:

– Что мы должны сделать в оплату за тот прекрасный напиток, который вы нам подавали?

Он улыбнулся так, словно услышал магические слова.

– Просто приходите поужинать.

– Непременно придем, – заверил я его и отсалютовал, прикоснувшись к полям своей шляпы.

Когда мы уходили, он стоял на пороге и провожал нас таким взглядом, которым провожают в школу своих детей любящие родители.