Мастер гнева - Антон Грановский

– Давно, – ответил Ратибор. – С самого полудня.

– Я знаю эти места, – сказал Полей. – Бывал здесь с караваном купцов шесть лет назад. Верст через двадцать начнется Эльстарский лес. Лес этот тянется еще верст на двадцать, и там рыцарям придется разбить лагерь и заночевать. Скорей всего, они это сделают у реки.

Полей на секунду замолчал, потом пристально посмотрел на Волчка и негромко добавил:

– Тут один из германцев спрашивал, нет ли среди нас кузнеца. Мы в ответ промолчали, однако теперь я думаю, что зря.

– О чем ты, Полей?

– Хорошие кузнецы ценятся везде. Скажи им, кто ты, и может быть, они развяжут тебе руки. Никто не решится портить кузнецу руки, в этом нет никакой выгоды.

Волчок усмехнулся и процедил сквозь зубы:

– Нужна мне их жалость.

Но тут же в голову ему пришла идея. Медлить он не стал.

– Эй, германцы! – крикнул Волех по-немецки. – Который тут из вас спрашивал про кузнеца?

Рыцари оглянулись. Один из них, ехавший впереди, высокий и худой, в дорогих доспехах, слегка осадил коня, дождался, пока повозка поравняется с ним, и, уставившись на Волеха, поинтересовался надменным голосом:

– Ты умеешь работать с железом, славянин?

– Я в этом деле лучший, – в тон ему ответил Волех. – Хочешь – проверь. Но сперва развяжи руки – затекли.

Рыцарь пристально посмотрел Волчку в глаза, тот спокойно выдержал этот холодный, изучающий взгляд. Затем рыцарь дал знак верзиле-стражнику, ехавшему рядом с телегой. Тот кивнул, выхватил из ножен длинный кинжал и одним молниеносным ударом разрубил путы на руках Волеха.

Веревка свалилась с опухших запястий, и из груди Волчка вырвался вздох облегчения.

– Так-то оно лучше, – проговорил он.

Рыцарь продолжал внимательно разглядывать Волчка. Наконец, вдоволь насмотревшись, он сухо произнес:

– Меня зовут Иоганн Бергштадский. Я рыцарь ордена Святого Губерта. Назови мне свое имя, славянин.

– Волех. Меня зовут Волех.

– Где ты научился говорить на нашем языке, кузнец?

– В нашем селе жил один дед-германец. Двадцать лет назад он странствовал в наших краях, и в нашем лесу его здорово потрепали дикие собаки. Сельчане его выходили, и он остался в деревне навсегда.

Рыцарь Иоганн внимательно выслушал Волчка, затем проговорил с легкой усмешкой:

– Хороший кузнец, да еще и говорящий на нашем наречии – просто находка. Я буду следить за тобой, славянин.

Рыцарь отвернулся от Волеха, слегка пришпорил лошадь и выехал вперед.

Волех откинулся спиной на борт телеги и поймал на себе удивленные взгляды Ратибора и Полея.

– О чем вы говорили? – спросил Ратибор.

– Рыцарь интересовался, хорошо ли я умею работать с железом. И обещал присматривать за мной.

– И что ты об этом думаешь?

Волчок усмехнулся.

– Думаю, у нас еще будет возможность разбить ему башку топором или намотать его кишки на твой кончар, Ратибор.

– Мой кончар остался на поле битвы, Волех, – пробасил, нахмурившись, рыжий воин. – Но если ты придумаешь, как нам освободиться, я задушу этого сволоча голыми руками.

…Долго ехали молча. По бледному, обескровленному лицу рыжего воина Волчок видел, что тому совсем худо, но Ратибор крепился и не подавал виду.

Лес вокруг пошел густой и темный, настоящие дебри. Волчку при взгляде на этот лес стало не по себе. Он поежился. Теперь, оказавшись в вынужденном и тягостном покое, Волчок получил наконец возможность обдумать свое положение. Он закрыл глаза и постарался успокоиться.

«Итак, будем рассуждать последовательно и здраво. То, что происходит вокруг – не сон, не морок и не дьявольское наваждение. Это – реальность. Рыцари – реальность, мечи и копья – реальность, запах соломы, железа и лошадиного навоза – реальность. И кровавые волдыри на запястьях – тоже реальность».

Волчок доверял своим чувствам и ощущениям. А раз так – значит, он все-таки попал в прошлое. Но совсем не в то прошлое, на которое рассчитывал профессор Терехов.

Что же это – ошибка? Или злой умысел? А если профессор с самого начала знал, что отправит Егора в такое далекое прошлое, но ничего ему не сказал?.. Этот вариант представлялся Волчку вполне возможным.

Он сжал зубы и попытался прогнать неприятные мысли прочь. Как бы то ни было, но он все еще жив. Перенестись в будущее он усилием воли не сможет, а значит, придется положиться на профессора.

Но что может сделать он сам?

Волчок открыл глаза и посмотрел на проплывающие мимо черные кроны деревьев.

Он может попытаться выжить здесь. Раз он теперь находится в теле своего предка, то нужно спасать это тело. В противном случае Волчок рискует никогда не появиться на свет.