Ультиматум - Алекс Орлов

До развилки он добрался быстро. Здесь действительно горела тусклая лампочка, а на стене был прикреплен щит с подробным планом подземелья. Оно оказалось одноуровневым, и это облегчило Нику задачу – он с одного раза легко запомнил все отводы.

Выяснив, что седьмой люк находится ближе всего, Ник быстро пошел в нужном направлении кратчайшей дорогой. Где-то на середине пути он наткнулся еще на одного партизана, который был крайне удивлен, обнаружив в коридоре незнакомого человека.

– Мне послышалось, кто-то стрелял, камрад… – неуверенно произнес бородатый.

– Да, я тоже слышал, – подтвердил Ник.

– Кто же это был?

– Я, – честно признался Ламберт и выстрелил еще раз.

Перешагнув через бородатого, он отправился дальше и, сделав последний поворот, вышел к лестнице седьмого люка.

Падавший через горловину свет позволил Нику различить две пары новых ботинок, желтые кожаные штаны и широкий ремень. Судя по всему, это был обещанный Ливварт.

Ламберт подошел ближе и, приставив ствол «МС» к самому уязвимому месту партизана, сказал:

– Привет.

– Кто здесь? – Ливварт попытался спуститься, но Ламберт ткнул стволом посильнее, и снайпер ойкнул.

– Хочешь, чтобы я отстрелил тебе хозяйство?

– Нет, не хочу!

– Ты видишь Робеспьера?

– Жабина-то? – переспросил Ливварт и громко икнул.

– Ты знаешь другого Робеспьера?

– Я… я его вижу очень хорошо.

– Целься ему в голову, если, конечно, тебе дороги твои собственные яйца… Прицелился? – Ник снова посильнее надавил стволом.

– Да, мистер, прицелился!

– Теперь аккуратно жми на крючок и постарайся не промахнуться.

Спустя мгновение наверху прогремел выстрел. Упавшим голосом Ливварт доложил:

– Я попал… Теперь вы не застрелите меня?

– Не застрелю, – пообещал Ник, бесшумно вытягивая «корсаровский» нож.

Покончив со снайперами, он отправился дальше, намереваясь проверить помещения, обозначенные на плане подземелья, как боксы «А» и «В».

Чем дальше он продвигался в глубь ответвлений, тем больше партизан ему встречалось. Их было слишком много, а потому Ник либо прятался, либо бодро проходил мимо, забросив на плечо свой «МС».

В одном месте на его оружие даже обратили внимание.

– Ну и пушка у тебя, камрад! – восхитился детина с выгоревшими волосами и веснушками на молодом лице. – Как называется?

– «Эмэс», – ответил Ник и, подойдя ближе к конопатому и его приятелю, снял оружие, чтобы те лучше его разглядели. Ламберт был готов к любым сюрпризам, однако эти фермеры не разбирались даже в знаках различия и не понимали, что перед ними враг.

В другом месте Ник столкнулся с низкорослым партизаном, который тащил на большом подносе целую гору бутербродов с ореховым маслом, сыром и ветчиной.

Заметив огромного офицера имперских войск, партизан растерянно остановился, однако Ник спокойно подошел к нему и, выбрав пару бутербродов, пояснил:

– Я люблю с ветчиной.

И он пошел своей дорогой, а удивленный сепаратист только пожал плечами, решив, что все в порядке.