Орг. Призыв аватара - Дмитрий Лепетов

Окружающий лес выглядел чрезвычайно реальным и живым. Казалось невероятным, что это не обычный физический мир, хотя были заметны некоторые отличия. Всё было ярче, богаче, красочнее, но краски казались немного искусственными и кричащими. Совершенно отсутствовала характерная «серость» физического мира, цвета были чистыми и предметы имели своё собственное едва заметное свечение. Думать о чём-то было трудно – все мысли были куцыми, действовать приходилось на подсознании, инстинктивно, следуя импульсам и желаниям.

Нужно было постоянно следить за Гоггенфом, так как приятель забыл инструкции и гулял где хотел. Он уже не шёл по тропинке сзади, а двигался где-то рядом, в лесу. Когда Гоги стал пропадать за деревьями, я заволновался и позвал его обратно на тропинку, но услышал лишь невнятный крик в ответ. Через минуту Гоги мелькнул достаточно далеко, и, опасаясь потерять приятеля окончательно, я последовал за ним вглубь леса.

Лидер поменялся, теперь мне приходилось следовать за Гоги. Он же стремился зайти в наиболее тёмные уголки леса. Постепенно мы забрели в чащу, и продвижение замедлилось. Вдруг гном обернулся и с каким-то чудным восторгом сказал: «Волк!» Проследив за его взглядом, я увидел тень в кустах и блеснувшие глаза хищника. Гоггенф побежал вперёд, и некоторое время мы быстро двигались за зверем. Тот почему-то не убегал, а лишь держался на расстоянии, иногда оборачиваясь и рыча. Казалось, он не хочет, чтобы мы его потеряли.

Через некоторое время наша группа достигла склона, внизу текла река. Волк спрыгнул и развернулся. «Попался!» – радостно заорал Гоггенф и соскочил вслед за хищником. Волк грозно зарычал и приготовился к атаке, а Гоггенф поднял дубину. В этот момент откуда-то стали появляться ещё волки, перекрывая Гоггенфу пути отступления. Зверь прыгнул, и Гоггенф встретил его ударом дубины. Отлетев, волк почти мгновенно развернулся и повторил атаку, на этот раз вцепившись Гоггенфу в предплечье.

С отчаянием наблюдая схватку, я вдруг вспомнил совет графини: вода! Скатившись по склону, я с ходу ударом ноги сбил волка в реку и влетел следом. Гоггенф последовал туда же, и мы очутились по пояс в воде. Волк уже не доставал лапами до дна и с трудом ушёл от удара дубины. Перестав рычать, он выбрался на берег, отряхнулся и встал рядом со стаей. Звери завыли и поднялись вверх по склону…

Мы очнулись в комнате Гоггенфа и некоторое время неверяще смотрели друг на друга. Может быть, эта комната и всё вокруг привиделось? Мы только что целый час брели вверх по реке, чувствуя присутствие волчьей стаи на берегу. Надвигающаяся ночь делала наше положение угрожающим. В какой-то момент мы вышли на небольшой песчаный островок передохнуть, как вдруг словно «отрубились» и оказались в доме Гоггенфа.

Видимо, справившись с воспоминаниями о походе, мой друг встал и вернулся с бутылкой «коньяка» – сорокалетнего вина, которым он угощал меня раньше. Без слов налив полную кружку, он передал её мне, затем наполнил свою и быстро отпил больше половины. Лицо Гоги покраснело, глаза потемнели, и он наконец сказал:

– А рука-то до сих пор болит.

Я встал с кресла и подошёл взглянуть на руку Гоггенфа: правое предплечье, в которое вцепился волк, было заметно краснее левого. Но ведь всё случилось в витале! Почему рука покраснела в обычном мире, было непонятно. Неожиданно наткнувшись на весёлые глаза Гоггенфа, я услышал:

– Всё-таки славная была схватка! Спасибо тебе, Орг, за поход!

Я собрался покачать головой, но вовремя остановился. Гоггенф – воин в душе, и жизнь для него – сражения. Сегодня днём он жил полной жизнью и сейчас чувствует себя счастливым. Нужно просто разделить с ним это счастье, и всё. Время для разбора полётов придёт позже.

– Не за что, Гоггенф. Это была славная вылазка. Рад, что мы были там вместе. Ты хорошо сражался и победил бы волка один на один. Давай выпьем за наш первый поход! – Мы осушили кружки, и я крепко пожал другу руку. Гоггенф вздрогнул от боли, и мы вновь осмотрели его предплечье, которое теперь казалось опухшим.

Попросив друга присесть, я перешёл на магическое зрение и внимательно изучил его ауру. В районе правого предплечья энергоканалы были нарушены и было заметно, что «прореха» в энергетическом теле вызывает потерю сил и приводит к нарушению работы клеток в этом месте. Я поднёс ладонь к пострадавшему месту и увидел, как моё энерготело и аура Гоги пришли в контакт. Я почувствовал беспокойство в руке – как будто вибрация болезни пыталась распространиться на моё тело. Вместо того чтобы «принять» эту вибрацию, я вспомнил ощущение глубокого покоя, достигнутого сегодня утром во время медитации. Некоторое время ощущались оба влияния, но интенсивность покоя оказалась выше и полностью вытеснила чувство боли и беспорядка. Продолжая наблюдать магическим зрением, я увидел, как теперь уже вибрация покоя пыталась распространиться на руку Гоггенфа, тем же способом, как вибрация боли пыталась попасть ко мне минуту назад. Через какое-то время это произошло и стал заметен эффект: цвет ауры в районе предплечья вернулся в норму и энергоканалы стали восстанавливаться. Удовлетворившись достигнутым, я вернулся к обычному зрению и сказал:

– Кажется, тебе скоро станет лучше.

Гоггенф недоверчиво посмотрел на меня и стал поглаживать пострадавшую руку. Налил ещё по бокалу и сказал:

– Думаю, бесполезно спрашивать, как ты научился целительству. Знаешь, Орг, я никогда не встречал более загадочного человека, чем ты. Кажешься простым, но полон тайн и всякий раз удивляешь. В любом случае я рад, что ты мой друг!

– Я тоже рад, что мы дружим, Гоггенф!

Мы ещё немного посидели, болтая ни о чём, и я откланялся.

По дороге домой я подводил итоги сегодняшнего похода. Хорошо, что мы не пошли к демонам. Если в обычном витале нарвались на волков и едва от них отбились, то из мира демонов могли вообще не унести ноги. Совет графини оказался неоценим – сам я вряд ли догадался бы перевести схватку в воду, где волк потерял свои преимущества. Уже в третий раз её участие помогает мне. Похоже, она мой ангел-хранитель на Венде.

Я представил образ графини и мысленно послал ей сердечное спасибо. Продолжая разбор наших действий, я признал: установки для Гоги не сработали. Похоже, в витале человек действует не логически, а эмоционально, и в следующий раз нужно добиться, чтобы Гоггенф хотел действовать по плану. И наконец, главный результат похода: витал и реальный мир связаны. Когда что-то происходит в витале, это имеет последствия в физическом мире. Вероятно, можно «программировать будущее», подготавливая события в реальном мире через действия в витале.