Мутантики - Дмитрий Емец

– Это ты его не любил! Я был его другом! – И Жлоб стал вытаскивать из-под Куки мешок.

Воспользовавшись тем, что карлики, занятые дележом имущества утонувшего, на время забыли о них, Бормоглотик выдвинул раздвижную мачту, сделанную из телескопической удочки, и натянул на нее кусок старого брезента. Ветер надул самодельный парус, и кораблик быстро помчался по течению. Тут только карлики спохватились и спустили рвущихся с поводков собак.

– Фас! – заорали они. – Мутанты уходят! Разорвите их!

Красноглазые псы, получив наконец долгожданную свободу, помчались вдоль берега за быстро удалявшимся корытом. Они прыгнули в воду и поплыли к нему, но момент был уже упущен. «Отважный Первопроходец», маленький кораблик с надувшимся парусом, был уже недосягаем. Некоторое время карлики бежали за ним по берегу, бросая камни, но с каждой минутой все больше отставали. Красноглазые псы, угрюмо поджав хвосты, вылезли на берег и отряхнулись.

– Упустили! – заорал Кука на спутника. – Это все из-за тебя!

– Нет, из-за тебя! И отдай мой кошелек, я его честно украл! – Жлоб, крутя над головой палицей, бросился на Куку, тот встретил его выставленным вперед копьем – и началась драка, закончившаяся тяжелыми увечьями с обеих сторон. Кстати, досталось и неуклюжим псам: карлики в наказание за то, что те упустили добычу, поколотили собак древками копий.

Убедившись, что камни перестали долетать до их маленького кораблика, Бормоглотик встал со дна лодки, где все они лежали, и перевел дыхание:

– Уф! Я думал, мы погибли! Если бы карлики не перессорились, я не успел бы поставить парус.

– Хорош у нас капитан, и паруса быстро поставить не может! – фыркнула Трюша. – С таким капитаном и в тарелке с супом утонешь.

– При чем тут капитан? Женщина на корабле приносит несчастье, а две женщины сумеют быстро превратить корабль в подводную лодку, – проворчал Бормоглотик.

– А у меня ножки мокрые, – пожаловалась вдруг Бубнилка. – Кажется, наше корыто протекает.

– Быть не может, я сам его конопатил! – запротестовал мутантик.

– Наверное, потому и протекает, – съязвила Трюша.

Бормоглотик осмотрел лодку и обнаружил, что во внешней стороне борта торчит короткое метательное копье, а в пробоину вовсю хлещет вода.

– Ну и как, капитан, скоро мы утонем? Я это просто так спрашиваю, из любопытства, – поинтересовалась девушка.

– Возьми ковшик и вычерпывай воду, а я постараюсь заткнуть чем-нибудь дыру, – дал указание Бормоглотик. Кое-как он вытащил копье и приладил к пробоине резиновую заплатку, вырезанную из надувной подушки. Течь на время удалось устранить, и «Отважный Первопроходец», освободившись от груза воды, с удвоенной скоростью устремился вперед, подгоняемый попутным ветром.

Быстро наступало утро. Небо над равниной посерело и раздвинулось, красный диск луны потускнел и затянулся предрассветными тучами. А до Старого города плыть было еще далеко.

Со стороны реактора, разрушенное бетонное основание которого виднелось за деревьями, донесся какой-то ужасный протяжный рев, от него даже здесь, вдалеке вибрировал воздух и закладывало уши. Наконец, противный крик прекратился…

– Это Большой Паук, – прошептала Бубнилка. – Он требует пищи… Мы можем не успеть.

– Уверен, лобастики и Пупырь с Мумуней что-нибудь придумают. Они намного хитрее карликов. А нам нужно очень поторопиться, чтобы успеть, – и Бормоглотик, стараясь не смотреть за Трюшу, взялся за весло, направляя движение маленькой лодочки.

– А у тебя уже есть какой-нибудь план? – тихо спросила его подружка.

– Я не уверен, что он сработает, но план у меня есть. Единственное, чего карлики боятся, это воды, и если бы мы как-то смогли затопить реактор… Но это будет непросто.

Русло ручья повернуло, и маленькие мутантики увидели вдали громады заброшенных многоэтажных домов. Кое-где в окнах еще сохранились стекла, и восходящее солнце отсвечивало в них.

Около осыпавшегося железнодорожного моста Бормоглотик убрал парус.

– Дальше мы пойдем на веслах. За этим мостом начинается Старый город… – сказал он.

Бубнилка прижалась к девушке своим слабеньким, как у всех лобастиков, тельцем, и Трюша почувствовала, что малышка дрожит.

– Там уже знают, что мы идем… – Бубнилка обняла ее ручками за шею.

– Где?

– Там, в городе… Он думает о нас… Он видел, как мы плыли по ручью…

– Кто «он»?

– Не знаю, кто-то, – печально добавила малышка.