Разная доля нас ожидает - Александра Черчень

— Насколько я прощупал ситуацию, рыжий уже уладил большинство проблем, — улыбнулся Мираж. — Плюс внешнеполитическая арена… у него много контактов в других странах. А что можешь предложить ты? Как консорт… совершенно бесперспективен.

— За мной сила Хранителей, ну и не забывай, что я тоже тут уже больше десяти лет, и не только протирал кресло зама начальника СБ. И, поверь, в других государствах у меня «ниточек» не меньше, чем у Пламенеющего… — Тут он нехорошо усмехнулся. — Отчасти благодаря специфике работы. Безопасник…

— А как быть с Алей? — поинтересовался наконец Иссо. — Она любит его и считает, что ты последний негодяй, который не может сдержать своих желаний. Более того, негодяй, который свою вину перекладывает на девушку! — Тинай отметил, как перекосило Лира, и с показным сочувствием осведомился: — Что, неприятно?

— Неприятно, — спокойно признал белокосый. — Да, я был идиотом. Но все равно не смогу ее отпустить, тем более даже не попытавшись отвоевать. Она же ничего не знает…

— Ну да, — хихикнул Грезы, и Воднику стоило больших усилий не наделать глупостей, глядя на эту глумливую морду. — Ведь та единственная ночь, когда ты был откровенен, стерлась из ее памяти… Там вообще много чего было, той ночью…

— Вот именно поэтому ты мне и нужен, — закаменел лицом Хранитель. — Конечно, лучше всего тут подошел бы Свет, ментальное воздействие все же. Но за неимением лучшего…

— А как же малышка Ровена? — вскинул темную бровь Тинай.

— Боюсь, что она на такое не пойдет, — скривился Лир. — Они с Алей сдружились за это время.

— Какой ты подлый тип, — восхитился Мираж и даже несколько раз в ладоши хлопнул.

— В любви как на войне, — пожал плечами Хранитель. — Я так просто не отступлю. Итак, мне нужно, чтобы ты подчистил память Александры и Евграна, мне нужно, чтобы они думали, что ничего не было. Ну и разбудить воспоминания о том, что произошло после Испытания.

— Ну ты и нагле-э-эц! Понимаешь, что первый мужчина так просто не забудется?

— Понимаю, — кивнул Лирвейн, напряженно следя за князем.

Тот немного подумал и наконец отрицательно покачал головой.

— Воспоминания — да, но память стирать не стану. Разве что могу сделать ее очень смутной. Но тогда нельзя допускать, чтобы Пламенеющий снова добрался до твоей зазнобы.

— Это мои проблемы, — усмехнулся блондин.

— Отлично, — хлопнул в ладоши Иссо и требовательно протянул вперед руку. — Камень!

— Держи! — И артефакт совершил краткий перелет из одних рук в другие.

— Замечательно. — Тинай нежно погладил камень. — А теперь до свидания, господа. — И спустя секунду Грезы растворился в лиловом сиянии.

Несколько минут царила тишина, блондин стоял у окна и напряженно о чем-то думал, нервно постукивая пальцами по подоконнику.

— Ты настолько отчаялся? — не выдержал Ярр.

Водник вздрогнул, повернулся к Искуснику и горько улыбнулся:

— Наверное, и так можно сказать… — Он со вздохом запустил пальцы в волосы и дернул, словно пытаясь заставить себя отвлечься от какой-то другой боли. Душевной? — Вы ведь чем-то напоили меня ночью, верно? Я проснулся почти спокойным. Это… позволило подумать. Если я переживу то, что она не будет со мной… а я переживу, почти в этом уверен, то буду всегда в таком же состоянии, как сейчас, а то и еще более опустошенном. Ярр, не хочу. Я… хочу, чтобы она была со мной, я не смогу без нее жить. Наверное, это снова эгоизм… но мне не хочется терять себя. И отпускать ее… — Он замолчал, а потом едва слышно закончил: — Ты, наверное, знаешь, как это… осознание любви. Что разгорается в сердце. И что без этого чувства жизнь кажется бессмысленной. К сожалению, я понял это слишком поздно.

Мидьяр подошел к столику, взял бокал, к которому так и не притронулся, пока рядом был его покровитель, сделал глоток и резко спросил:

— И это что, причина для подлости? То, что ты собираешься провернуть, по-другому не назвать!

— Если бы я был менее трусливым и благородным несколько дней назад и все же дал себе волю, а утром поставил ее перед фактом «было», то ничего этого не пришлось бы делать! — почти прошипел мужчина и, вернувшись к столу, снова наполнил свой бокал, чтобы залпом осушить его. — У Евграна методы не лучше! Тебе напомнить, что он сделал, чтобы стать консортом?!

— Не надо, — поморщился Ярр. — Да, там тоже было много чего… красивого.

— Красивое — это разве что схему действий рассматривать, — невесело хмыкнул Лир. — А вот с точки зрения морали, там все очень неприятно.

— Ты не лучше, — напомнил коллеге Искусник.

— А кто спорит? — Хранитель Воды развел руками.

— У меня вопрос… как ты сможешь не допустить повторения? И так ли уверен, что все было?

— Было, — с почти каменным спокойствием отозвался белокосый. — Удовольствие, потом боль… Что же это еще? А в остальном… Есть идеи. Правда, придется привлечь Мерцающего.

— А с чего ты взял, что Коршун покорно сделает, как ему скажут? — фыркнул Мидьяр.

— С того, что он очень не хочет, чтобы некоторые кудрявые узнали о том, кто на самом деле хозяин «Триэля». Также Кейран будет весьма благодарен, если проведает о планах Ровены на его маску. А то глупостей наделать может…

— Козел, — резюмировал Ярр. — Еще и Ро приплетаешь.

— Ей же на пользу, — возразил Лирвейн. — Давно пора перестать от мужчин шарахаться, тем более он ей нравится в любой, так сказать, ипостаси. Да и Кейран за нашей красавицей уже шестой год бегает, а это, согласись, срок немалый. Было бы это мимолетным увлечением, давно бы бросил гиблое дело. Тем более что первое время ему от Садовницы доставалось.

— Тоже верно, — едва заметно улыбнулся Мидьяр. — Растения с ее подачи не любили Кейрана, а Ро вообще даже на деревьях пряталась.

— А потому, что надо было головой думать, той, что на плечах, — рассмеялся Лир. — А не лезть с предложениями в стиле: «Вы привлекательны, я чертовски привлекателен. Чего зря время терять?»

— Ну он потом исправился, — вступился за Белого Хранитель Грез.

— Но впечатление уже было испорчено! — снова улыбнулся блондин, но радость вмиг пропала, и он, став серьезным, проговорил: — Ладно, у меня очень много дел.

Он подошел к шкафу, вытащил форменный камзол с нашивками СБ, щелкнул пальцами, накладывая привычную иллюзию, и уже в виде лорда Хора скрылся в портале.