Дневник Аделины Блейз. Часть 1 - Антон Медведев

— Выбор осуществляется посредством намерения, — ответил Сергей. — Но вот понять, что такое намерение, это задача всех задач. С одной стороны, когда ты добираешься до намерения, когда осознаешь его, то понимаешь, насколько это просто. Но помнишь и все сложности, через которые тебе пришлось пройти на пути к нему. Научиться намерению в данном случае — это не столько чему-то научиться, сколько от чего-то отучиться. Кастанеда называл намерение главной действующей силой во вселенной. Уверен, что христианский Святой Дух — это то же намерение. Сравни: верующие стремятся к снисхождению на них Святого Духа. Маги очищают связь с намерением. Все один к одному.

— Подожди, — остановил я Сергея. — По-моему, мы говорим о разных вещах. Намереваться — значит, хотеть что-то сделать. Так?

— В целом так, — согласился он. — Просто обыденное понимание намерения является выхолощенным, оно утратило свою суть. Намереваться — значит, не просто чего-то захотеть, а войти в контакт с намерением — главной движущей силой по вселенной. Есть два вида намерения: внутреннее и внешнее. Внутреннее — это наше намерение, находящееся в нашей внутренней сфере. Внешнее намерение находится вне нас, во внешней сфере. сравни это с представлениями христиан о том, что и каждом из нас находится частичка Бога. На мой нагляд, это одно и то же.

— Хочешь сказать, что намерение — это Бог? — спросил я.

— Скорее, одна из Его ипостасей. Его часть. Любые происходящие в этом мире события основаны на взаимодействии намерений. Чье внутреннее намерение сильнее, правильнее, у кого чище связь с внешним намерением, тот побеждает. И наоборот — если твое намерение недееспособно, то ты всю жизнь будешь марионеткой в играх тех, чье намерение оказалось сильнее. Именно поэтому маги такое большое внимание уделяют взаимодействию с намерением, очищению своей связи с ним. Овладеть намерением очень сложно. Но когда ты сделаешь это, то поймешь, что правильно намереваться очень легко.

— Сергей, но можно же как-то объяснить, как нужно намереваться? — поинтересовалась молчавшая все это время Вика. — Хотя бы на уровне ощущений?

— Вот и я о том же! — подхватил я. — Слова — оно, конечно, хорошо. Но как все происходит на самом деле?

— Есть некоторые технологии, позволяющие научиться намерению, — ответил Сергей, глядя на меня. — Скажем, Хакеры Сновидений предлагают учиться ему на каких-то очень простых вещах. Например, ты сидишь в кресле, рядом на полу сидит твой кот — не знает, чем заняться. В данном случае очень легко выбрать вариант, при котором кот подойдет и запрыгнет к тебе на колени. Но здесь надо соблюдать некоторые правила. Прежде всего, само намерение должно быть очень легким. Ну, представь: ты захотел пить, перед тобой стоит стакан с водой. Чтобы напиться, ты не будешь вымучивать какое-то намерение, на что-то себя настраивать, к чему-то готовить — ты просто протягиваешь руку, берешь стакан и пьешь. При этом ты даже не замечаешь, что задействовал свое намерение. Именно таким и должно быть правильное намерение — легким, тонким, скользящим. Никакого насилия, никакой ломовой воли. Все, что тебе нужно, — это указать мирозданию правильный вариант. Просто выбрать его. И когда ты хочешь, чтобы кот прыгнул к тебе на колени, в твоем намерении больше знания, нежели хотения. Просто спокойное, непреложное внутреннее знание того, что произойдет. Ты указываешь мирозданию правильный вариант, и событие происходит — кот подходит и прыгает тебе на колени. На первых порах лучше сопровождать намерение мысленной картинкой того, что хочешь увидеть, — и трансерфинге такие картинки называют слайдами. То есть надо представить очень зримо, как кот поворачивается, смотрит на тебя. Затем подходит и прыгает к тебе на колени. Картинка тоже должна быть легкой, почти как вспышка. Бах! Увидел то, что должно произойти, и тут же отпустил слайд, забыл о нем. Результат обычно бывает в течение ближайших тридцати секунд.

— Все так просто? — удивилась Вика.

— Да — когда поймешь, как это работает. Весь секрет именно в нежности, тонкости — малейшая попытка вложить в выбор волю тут же все портит. Прилагая волю, мы пытаемся изменить текущую ситуацию, тогда как нам позволен только выбор вариантов ее развития. Еще может помешать ожидание результата: если ты отпустил слайд и напряженно ждешь, когда же этот поганый кот соизволит себе подойти. Это серьезная ошибка. Мир противится нашим желаниям, нашим ожиданиям. Чем больше мы чего-то хотим, тем меньше вероятность получить желаемое. Поэтому к результату нужно относиться очень спокойно: ты знаешь, что у тебя все получится, что результат будет именно таким, какой тебе нужен. Ни тени сомнения. Но в это знание ты не вкладываешь силы, энергии — это просто констатация факта. Внутреннее непреложное знание. Вознамерился — получил результат. Но даже осли результата вдруг не оказалось, не беда. Именно таким должно быть правильное отношение: получилось — замечательно. Нет — да и черт с ним.

— А можешь продемонстрировать, как работает намерение? — попросила Вика.

— Могу. Но только один раз — с намерением лучше не баловаться. Кирилл, открой вон ту дверцу в шкафу, — попросил Сергей. — Да, правую, рядом с тобой... Там в коробке лампочки... Нашел? Достань одну.

Я послушно вынул лампочку, закрыл шкаф и взглянул на Сергея.

— Ну, достал. И что теперь?

— Замени сгоревшую лампочку, — улыбнулся он. Я непонимающе смотрел на него, как вдруг в комнате стало темнее — одна из трех лампочек в люстре неожиданно погасла.

Это было удивительно. Я растерянно взглянул на погасшую лампочку, потом на Сергея. Снова поднял глаза на лампочку, не понимая, как он это сделал. Если это был фокус, то фокус очень классный.

— Здорово! — Вика даже зааплодировала. — Просто фантастика!

— Никакой фантастики, — покачал головой Сергей. — Просто правильное намерение.

Я подошел к люстре, взглянул на погасшую лампочку — так и есть, перегорела. Коснулся ее — горячая, зараза...

— Кирилл, садись, — окликнул меня Сергей. — Потом выкрутим — когда остынет.

Положив лампочку на стол, я сел. То, что Сергей не мог все это подстроить, было для меня очевидно.

— Научившись намерению, человек становится магом, — сказал он, с мягкой улыбкой глядя на меня. — Но научиться намерению очень сложно, здесь много тонкостей. Тот же Кастанеда, например, писал, что намерение привлекается глазами. Я долго не понимал этого. Но однажды осознал, что все так и есть. Глаза нужны нам не только для того, чтобы смотреть. У них есть и другая функция — приманивать намерение.

— Как это? — поинтересовалась Вика. Ее глаза блестели — было видно, что ее увлекает этот разговор.

— На самом деле у нас не одна, а две пары глаз, — ответил Сергей. — Но они так тесно работают в связке, что наличия второй пары мы просто не замечаем. Вторые глаза — это глаза нашего внимания. Можно сказать, что луч внимания всегда связан с лучом зрения. Мы там, куда смотрим. Проще всего осознать наличие луча внимания таким образом: закрыть глаза и попытаться посмотреть затылком. То есть увидеть то, что у тебя за спиной. Попробуйте, — он с улыбкой посмотрел на нас.