Стратегия блицкрига - Алексей Фомичев

Гм… даже чересчур. Они же буквально плывут в улыбках! Ох, не накаркать бы беды, так сильно радуясь!

Молодая жена сменила наряд. Вместо красной туники надела белоснежную, подпоясанную зеленым пояском. Белый – знак замужней женщины, знак верности и чистоты.

В таком наряде Эбева смотрелась, пожалуй, даже более зрелищно и привлекательно, чем в красном. Во всяком случае, гости не сводили с нее глаз.

Маркиз остался в прежнем наряде, но пиджак снял и забросил на плечо. А рубашку расстегнул почти до живота. Вид у него немного бесшабашный, но по местным меркам очень даже ничего.

Когда молодожены подошли к своему столу, их приветствовали Шелегер, Элл и Лумор. А гости громко кричали здравицы молодым и их будущему ребенку, без сомнения, зачатому за довольно долгий период отсутствия.

В этот момент от пристройки в небо взлетели пять красных крельников. Это был знак того, что молодица была девственницей, а теперь стала женщиной.

Крики, и без того громкие, превратились в шквал. Из поднятых кубков и чаш выплескивалось вино, в небо летели венки. Все! Теперь молодые – самые настоящие муж и жена!

Шелегер обнял и расцеловал дочь, заглянул в ее сияющие глаза и шепнул на ухо:

– Ты счастлива, дочка?

Эбева поцеловала отца и также шепотом ответила:

– Очень! Он такой… самый настоящий! Я люблю тебя, папа!

Шелегер бросил на маркиза признательный взгляд, обнял и его, сжал литые плечи и ничего не сказал. Но Теладор все прочел во взгляде. Если раньше префект был его не совсем явным союзником, то теперь – самым настоящим родственником, а главное – очень и очень благодарным.

Теладор ощутил дрожь в руках префекта и с удивлением обнаружил, что и сам взволнован. Вот так! Вроде бы не очень серьезное, давно запланированное как политический ход событие вдруг стало жизненно важным для него, выходца с другой планеты.

– Муж и жена! – загремел голос Лумора. – Испейте эту чашу! И порадуйте Огалтэ и нас, соединив уста!

Эта чаша была раза в полтора меньше той, первой. Маркиз и Эбева без труда опорожнили ее, ощутив вкус легкого вина.

Потом следовало чинно поцеловаться, чисто символически. Но маркиз схватил Эбеву, приподнял над землей и крепко поцеловал. Девушка обняла мужа и ответила на поцелуй, да так, что дух заняло. Обалдевшие от такого слияния гости довольно загудели, а потом захлопали.

Поцелуй длился и длился, кто-то начал счет, но бросил после десяти. Наконец, молодые разъединили губы и расцепили объятия.

Даже самые большие скептики, до последнего утверждавшие, что вся затея со свадьбой не более чем политический альянс, и те вынуждены были признать – эта пара действительно любит друг друга. Ибо никакими силами не заставить гордую своенравную девушку вот так при всех повиснуть на муже.

Наконец, молодые уселись за стол. К ним подошел Бак. Склонил голову и негромко произнес:

– Все тихо, Алан. Посторонних не видно, никто не шумит. И Жагетер ведет себя спокойно.

Маркиз нашел взглядом командира третьей когорты, что стоял рядом с двумя вельможами и о чем-то говорил.

– Хорошо.

– Поздравляю, командир! Дай бог тебе счастья! А мой подарок в замке.

Теладор пожал руку Баку, хлопнул того по плечу. Здесь Оскар был единственным землянином и это грело маркизу душу. Свой, самый настоящий свой. Черт возьми, как это важно в такой дали от дома!

Между тем гости начали по очереди подходить к столу молодых и преподносить подарки. Каждый говорил короткий спич, выпивал чашу вина и ставил подарок на полку.

Кто-то преподносил украшение, кто-то мешочек с золотом, кто-то редкую вещь, дивной красоты сосуд (не пустой, конечно). Кто-то дарил плеть или шкуру. Это значит, в собственность молодых переходило стадо коров или овец.

Когда настала очередь Жагетера, маркиз подобрался. Нет, он не ждал от кавекера какой-то подлости. Для этого командир когорты был слишком умным. Но все же… в руках умелого воина даже маленький ножичек способен натворить дел. А погибший Рандор, как ни крути, родственник воина.

Так что Теладор следил за приближением кавекера с доброй улыбкой на губах и в полной готовности к активным действиям.

Оскар Бак невзначай подошел ближе на правах близкого друга маркиза и встал в паре шагов сбоку Одна рука его была спрятана за полой пиджака. Пальцы грели рукоятку небольшого пистолета. Оружие стреляет бесшумно, а мощные пули разят наповал. Если Жагетер вдруг рискнет… И никто не поймет, в чем дело.

Жагетер подошел к столу, склонил голову, поздравил молодых, пожелал долгой и счастливой жизни, много детей и богатства. А потом достал уздечку.

– У ворот виллы стоит прекрасная кобыла. Это из конюшни моего знакомого Вея Лаггета. Для вас, мэор маркиз, она может быть слишком легка, но для вашей несравненной жены будет в самый раз. Кобыла прекрасно обучена, хотя и молода. Ее зовут Боревва.

Боревва – легкий ветер, ветерок. Подходящее имя для лошади.

Подарок шикарный и очень дорогой. Неожиданно. И кто – Жагетер! Вроде бы враг, пусть и не явный.

Маркиз встал, сам налил кубок и подал кавекеру.

– Мы благодарны, мэор. Я всегда восхищался вашим военным мастерством, а вот теперь узнаю, что вы великодушный и щедрый человек! Воистину люди познаются со временем. Ради Огалтэ, будьте нашим другом!

Жагетер кубок принял, выпил до дна, опрокинул его, показывая, что он пуст, пристально посмотрел на маркиза и едва заметно кивнул. Маркиз вдруг протянул руку и кавекер после паузы принял ее. Рукопожатие состоялось.

Кавекер еще раз поклонился Эбеве и отошел. Бак убрал руку с пистолета и незаметно перевел дух. Неподалеку облегченно вздохнул префект и украдкой подал знак своему человеку, чтобы тот отошел. Слуга префекта уносил духовую трубку, стреляющую отравленными стрелами.

Шелегер не хотел никаких случайностей и был готов ко всему. Но вышло очень хорошо, и, кажется, маркиз приобрел еще одного сторонника. Талант у человека.

* * *

Гости все шли и шли, вино лилось рекой, подарки занимали полки и уже не умещались на них. По команде Элла принесли еще один стеллаж.

А гулянье шло своим чередом. Гости ели и пили, сидели, ходили. Единая группа распалась на несколько мелких. Но рядом с молодыми постоянно было человек пятьдесят– шестьдесят. Теладор и Эбева уделяли внимание каждому. Ведь надо было преподнести ответный подарок. Не такой дорогой, какие дарили им, но памятный. Сейчас важно внимание, причем индивидуальное.

Занятие это непростое и долгое. Так что молодые обходили гостей с перерывами.

Слух собравшихся услаждали музыканты, глаза – танцовщицы. Слуги перетаскали, наверное, половину запасов вина, напитков, парды и воды. Ну и конечно, яств. Кое-кто переел и теперь отлеживался в теньке. Но все были довольны. И праздником, и столом, и приемом. Шелегер постарался на славу! И Теладор, конечно, тоже.