Другие берега - Евгений Прядеев

– Слушайте, а может быть, вы всё таки расскажете мне, что происходит? – подал я голос, привлекая к себе внимание Бабы Яги и Василисы. – Как вы вообще узнали, что я в игре? Я оказался в ней совершенно случайно и никак не рассчитывал, что мы встретимся.

– Тогда надо было хотя бы предупредить об этом, – взвизгнула Василиса. – Чтобы нас не мучили и не заставляли ждать твоего возвращения. Почему я должна страдать из-за того, что ты решил позабыть о своих друзьях и не возвращаться?

– В каком смысле страдать? – выдавил я, не зная, как реагировать на выкрики Василисы.

– В прямом! – девушка поднялась из-за стола и упёрла руки в боки. Полностью обнаженная и разгоряченная своими эмоциями она выглядела безумно сексуально, но эта мысль явно принадлежала не мне, а ушедшему в туман мозгу. Я же чувствовал себя тонущим в водовороте непоняток и судорожно искал хотя бы какую-нибудь соломинку, способную объяснить происходящее. – Чуй постоянно говорил, что ты не бросишь нас и обязательно придёшь нам на помощь. Потом он создал эту игру и ждал твоего появления в ней. А ты всё не приходил и не приходил.

– Но я же не знал об этом, – попытка оправдания выглядела слабой, но просто стоять и молчать тоже не получалось.

– Мы пытались найти тебя в реальности, – подала голос Баба Яга, – посылали тебе сообщения в сети, однажды даже отправили посылку с курьером, но ты почему-то никак на нас не реагировал.

– Мы даже подумали, что ты умер, – перебила её Василиса. – А потом оказалось, что нет. И тогда Чуй пообещал, что умирать ты будешь долго, причём так, что проклянешь всю свою жизнь до последнего мига.

– За что? – изумился я. Где-то в черепе громко хлопнула дверь. Судя по всему, мозг отправился искать слетевшую крышу, и возвращаться не планировал. Я не понимал о каких письмах и курьерах мне рассказывают, но и придумать такую ересь казалось просто невозможно.

– Не знаю, – развела руками Василиса. – Чуй исчез и больше его никто не видел.

Глава 7

Ну вот и пришло время подвести некоторые итоги происходящего.

Я инвалид, которого запихнули в онлайн-игру. Этой игрой управляет искусственный интеллект, обещающий устроить мне ад на земле и в небесах. За что мне уготована такая участь, я не знаю и даже не представляю.

Но это всё ещё мелочи жизни, если вспомнить про сотрудников Системы, которые фактически держат в заложниках мою жену и требуют от меня исполнения загадочного поручения.

Причём сам факт моего желания им помочь фактически ничего не решает. Вот как, скажите на милость, я должен оказаться рядом с искусственным интеллектом, если он сам этого не хочет? Какой у него образ в игре? Это Финист, Кощей или кто-то ещё? Вряд ли по игре бродит персонаж с табличкой на груди «Я интеллект, искусственный и очень ужасный»! Может быть Чуй, как его отец, забился в какую-то глубокую нору и, словно опытный кукловод, просто дергает за ниточки, управляя игрой.

Я непроизвольно потёр затылок и упал пятой точкой на лавку возле стола. Сидящая напротив Василиса посмотрела на меня сначала с недоумением, а потом расхохоталась журчащим смехом.

– Эридан, а ты такой забавный в этом виде! Неужели нельзя было сделать в графическом редакторе что-то более приличное?

– Меня как-то не спрашивали, как я хочу выглядеть, когда запихивали в игру, – отмахнулся я от настырной девицы. – Меня больше другое интересует. Как вы узнали, что я в этом мире? Неужели действительно всё это время Максимилиан с Василисой ездили по городам в образе лягушек и ждали меня?

– Ты только от удовольствия не лопни, – посоветовала Василиса, делая очередной глоток из кувшина. – Вернее, от осознания собственной значимости. Но вообще-то, всё именно так и обстояло. Причём с каждым днём твой долг перед нами становился всё больше и больше.

– Какой долг? – удивился я. – Мне почему-то с каждой минутой эта игра нравится всё меньше и меньше. Я здесь без году неделя, а уже всем должен. Может, наоборот? Я считаю, что это вы мне должны! Для начала хотя бы всё объяснить. Например, зачем вы вообще меня ждали?

– Потому что Чуй так придумал, – проворчала у меня из-за спины Баба-Яга. – Он втемяшил себе в голову, что ты непременно должен появиться в этом мире, а до тех пор нам всем не будет никакого покоя. Я вот нигде, например, поселиться не могу. Как только где поставлю избушку больше, чем на день, так сразу какие-то неприятности происходить начинают. То пожар лесной старые кости поджарит, то ноги у избы в трясине увязнут.

– А я так вообще вынуждена постоянно лягушкой ходить, – плаксиво пожаловалась Василиса. – Стоило мне от этого цирка злосчастного подальше отойти, так сразу опять в зеленушку превращалась. А я девочка, мне романтики хочется, а не похотливых взглядов от этого конферансье. Ещё и по заднице меня гладить пытался при каждом удобном случае.

Максимилиан промолчал, за что лично я был ему просто таки безмерно благодарен. Выслушивать ещё и от него, кто и по каким местам его гладил, в мои планы пока что не входило.

– Вот и приходилось нам постоянно по городам да посёлкам в образе лягушек путешествовать, – продолжила свой трогательный рассказ Василиса. Правда теперь плаксивости в её голосе стало поменьше, уступив место язвительности. – Исполняли, так сказать, волю Всемогущего, который квест изобрёл, а сам неведомо куда смылся.

– Чуй сказал, что ты обязательно должен появиться в игре, а наша миссия тебя встретить и квест вручить, – внесла хоть какую-то ясность в слова Василисы Баба-Яга. – Вот мы и ждали…

Последовавший вслед за этим вздох был настолько красноречив, что мне в какой-то момент даже стало стыдно. Хотя, правды ради, очень долго чувство неловкости меня не терзало. Ну в самом деле?! С какого, извини за выражение, перепуга?

Я жил своей жизнью, которая вполне меня устраивала. Да, иногда я скучал по своим виртуальным друзьям, но это не значит, что мне стоило всё бросить и ломануться в Интернет их разыскивать. В конце концов, они же не живые существа, а просто напросто кусок программного кода. Ведь так?

В этот момент я натурально подвис, осознав, что вообще не представляю, как выглядит кусок программного кода, да и в принципе не осознаю, материальный ли это объект… В голове крутились какие-то строчки неизвестных символов, компьютерные платы с торчащими в разные стороны проводами, а откуда-то из-за стенки доносился голос мозга, по-прежнему