Доля отцовская - Ольга Болдырева

— Сам не знаю, — довольно миролюбиво сказал он, — сидим с Петровым, вспоминаем молодость, а тут бац! — стою на четвереньках в этом кругу. — Он обвел взглядом выжженное пятно. — Тут вылезла эта из кустов, — кивок в сторону Маришки, — демоном стала обзывать. Только-только вроде контакт наладился…

Объяснения получились фиговыми, но, кажется, его передумали убивать. Хотя плюньте в лицо тому, кто скажет, что бывший военный растерял сноровку — кто там к нам с мечом? Ну вот, то-то же! Так что можно было и поспорить, кто бы одержал верх, если бы драка все-таки завязалась. Но она не завязалась — и это было просто замечательно.

Незнакомец загнал меч в ножны и повернулся к Маришке.

— Рассказывай, — прямо-таки приказал он.

Они знакомы? По взгляду новой знакомой — да.

— Ваша светлость, я даже не знаю, с чего начать… — Девочка помялась, но их снова прервала сиреневоволосая девушка, дернувшись как в припадке.

Хм… «ваша светлость» — что за дикость?! Куда он умудрился попасть? Василий покачал головой, чувствуя, что скоро от всего происходящего заработает мигрень.

Незнакомец с мечом и странными глазами тут же забыл про объяснения, схватил сиреневоволосую в охапку и понес ближе к озеру. Обернувшись, приказал Маришке:

— Займись Квером и лагерем. А ты, иномирец, — теперь он, похоже, обращался к Василию, — если хочешь, можешь помочь мне, потом я отвечу в меру своих знаний на твои вопросы и объясню, что лучше делать в твоем положении.

Вопросов было много, предложение оказалось дельным. Так что, пораскинув мозгами, Василий решил, что выполнять приказы ему не впервой, а уж если учесть то, что мужчина знал, о чем говорил, и был в этих местах «своим», то лучше уж он поможет ему.

Так что, недолго думая, Василий направился за незнакомцем, на ходу отмечая, что теперь глаза мужчины стали ярко-синими и теплыми, словно у святого с иконы. Что за чертовщина? Или тут у всех глаза могут изменять свой цвет?

Доигралась! Просил же тихо ждать нас и никуда не влипать… Нет, умудрилась найти на свою голову чернокнижника, собирающегося вызывать демона. Спрашивается, откуда у нас тут такие взялись?! Не далее как вчера говорил, что в наших землях даже захудалых упырей не осталось. А тут целый чернокнижник, который появился именно там, где была в это время Юльтиниэль…

И как она смогла, скажите мне, демона уничтожить? Были известны случаи, когда их получалось с помощью порталов отправлять обратно, ценой многих жизней. Иногда приходилось взывать к Пресветлой Алив… Но чтобы вот так с полпинка, ограничившись обычным обмороком… Хотя нет, необычным. По моим соображениям, магическое истощение дочка заработала сильное. Будет знать, как демонов уничтожать…

Опустившись у самой кромки воды и бережно придерживая Юльтиниэль, попытался припомнить, как же правильно использовать стихийную магию для пополнения резерва. Однако долго вспоминать не пришлось — озеро само откликнулось на слабый зов.

— Можешь ее подержать?

Иномирец стоял рядом со мной. Совершенно серьезный и готовый исполнять команды. Сразу чувствуется военная выучка. Так что Юльтиниэль он перехватил без лишних слов. Только в глубине глаз появился осторожный интерес. Правильно — сначала делай то, что командир (в данном случае я) приказывает, а потом спрашивай. Это небольшое правило может помочь сохранить жизнь.

Одной рукой я продолжал сжимать запястье дочери, другой осторожно коснулся водной глади. Вода мягко засветилась. Придется поработать проводником стихийной магии. Забирая чуть-чуть энергии и так пропуская через себя, вливал ее в Юльтиниэль. Конечно, не лучший вариант. Все-таки огонь подкреплять водой несколько нерационально. Но, как известно, на безрыбье и рак рыба. Главное, не переборщить. Поэтому, как только магия отступила, словно говоря, что теперь дочка способна восстановиться самостоятельно, я не стал ее удерживать. Только последним усилием захватил чуть-чуть энергии для себя.

Потом забрал Юльтиниэль у иномирца. Кстати, мы так и не познакомились. Что ж, лучше поздно, чем никогда.

— Благодарю, — кивнул я мужчине, который шел на шаг позади меня. — Мое имя Оррен Рит. Надеюсь, сейчас мы сможем устроить небольшой перекус и поговорить о делах.

— Василий Иванов, — представился иномирец.

С вопросами он пока повременил. Похоже, продумывал в уме их список и расставлял по уровню важности. Правильный подход. Невольно проникнешься уважением к человеку. Сталкивался я с несколькими личностями, совершавшими переход не по своей воле. Истерики, поток бесполезных уточнений и криков «Этого не может быть!», требования немедленно вернуть все на круги своя или желание нестись по первому же маршруту, при этом не убедившись в его точности и искренности того, кто по нему направляет.

В общем, после таких встреч невольно начинают закрадываться подозрения, что при переходе что-то происходит с психикой перемещаемого существа и оно становится малость невменяемым. Однако у каждого правила свои исключения, и мне все-таки посчастливилось встретить одно из них. Только исключению со мной не повезло. Неприятности любят перепрыгивать с одного на другого, как блохи. А у меня их столько — неприятностей, — что хоть волком вой.

Маришка — умница. Она успела устроить на покрывале еще находящегося без сознания лейтенанта и сейчас перемешивала что-то аппетитно булькающее в походном котелке — запах от него распространялся умопомрачительный.

Дочку я устроил на своем плаще. Уверен: как только учует еду, сразу же очнется. Ну а пока пусть еще отдохнет.

Мы расселись вокруг огня, на котором готовилась еда, и несколько минут молчали. Маришка, которая стала свидетельницей моего преображения в слугу Хель, явно хотела осторожно уточнить — не привиделось ли ей это. Мне, в свою очередь, не терпелось узнать подробности столкновения с чернокнижником. А Василию, кажется, не нравилась идея начинать первым. Однако, поняв, что спутники ему достались странные, все-таки спросил. Причем о таком, что я еле-еле удержался от того, чтобы неприлично не выругаться.

— А что, тут у всех глаза двухцветные? — благодушно щурясь на пламя, уточнил иномирец.

Не хотелось бы мне начинать вечер с объяснений, почему у меня глаза меняют цвет. Это скучно, нудно, долго, и к тому же я сам мало что в этом понимаю. Стоп… Он сказал «у всех»? Значит, я оказался не первым, кого он увидел с разноцветными глазами? Но до этого он встретился только с Маришкой… Эх, девочка, вот и сдал тебя добрый дядя с потрохами, даже не подозревая об этом, хорошо, хоть не святым отцам.

Маришка смущенно улыбнулась, поняв направление моих мыслей, и сверкнула чуть удлинившимися клыками. Что-то я за сегодняшний день сел в лужу столько раз, сколько не садился за последние восемнадцать лет. Все-таки таинственный вампир существовал…

— Нет, не у всех, — так же по-доброму отозвался я, отдыхая после утренних и дневных переживаний, — только у существ, принадлежащих Хель, как сказали бы у вас — темных. Нечисть там всякая, нежить, черные колдуны, демоны, ну и далее по списку.