Я не отдам тебе детей - Екатерина Радион

По спине пробежала стайка мурашек, Тим невольно отступила на шаг. Она понимала, что в словах Вертона есть рациональное зерно, но алый рубин, переливающийся в солнечных лучах, не давал жрице покоя. Она понимала, что происходящее неправильно и несправедливо. Одного короткого взгляда на Катрию было достаточно, чтобы понять: девушка не в себе. Вот только ясно это тому, кто хоть немного сведущ в магии. А кин Вертон похвастаться подобными знаниями не смог бы.

— Вы не посмеете. Это как судить… впрочем, сейчас я вам кое-что покажу. Попросите девушку встать, — не дожидаясь его реакции, Тимара пошла вперёд.

— Катрия, поднимись, — скомандовал Вертон, двигаясь следом.

Жрица остановилась и посмотрела прямо в глаза пленнице. Да, так и есть, в глубине зрачков можно рассмотреть едва заметную сизую дымку. Разум несчастной частично скрыт.

— А теперь пусть снимет кулон.

— Катрия, сними украшение, — Вертон поравнялся с Тимарой и встал по правую руку.

Лицо Катрии исказилось, на нём застыла странная гримаса ужаса и брезгливости. Девушка отступила и, уперевшись спиной в ствол пальмы, принялась озираться по сторонам.

— И что с ней происходит? Невинная же просьба.

— Это проклятый предмет, кин. Я понимаю, почему вы могли его не разглядеть. Держите её, украшение нужно снять.

— Зачем?

— Как минимум для того, чтобы уничтожить. Не хотите же вы, чтобы Волки Пустыни знали, где находится ваш трофей? — хмыкнула Тимара, понимая, что сначала нужно снять кулон, а уже потом бороться за свободу Катрии.

Вертон кивнул и в два счёта скрутил несчастную пленницу. Та зашипела в ответ и попыталась его укусить, нелепо щёлкнув зубами. Тимара тем временем приблизилась, прочитала заклинание и резким движением сорвала украшение с шеи девушки. Рубин оказался горячим. Жрица даже удивилась, как он не оставил на нежной коже Катрии следа, не говоря уже об ожоге.

“Хос-сяйка, отдай. Я с-съем!” — попросил Блейз, как заворожённый глядя на рубин.

А камень продолжал раскаляться, и спустя десять секунд Тим выронила его. Ящер только этого и ждал, метнувшись к желанной добыче и проглотив её в один момент.

“Не бес-спокойс-са, чары рас-сеятс-са черес-с с-сутки”, — сказал Блейз. Тимаре показалось, что он довольно улыбается.

Катрия бесчувственным кулем повисла на руках у Вертона. Он удивлённо наблюдал за происходящим, совершенно не понимая, что же вокруг творится.

— Можете положить её. Скоро придёт в себя. И лучше свяжите, а то ещё убежит. Лови потом по пустыне, — хмыкнула Тимара, невольно прикладывая ладонь к животу.

Ей совершенно не нравилось то, во что она оказалась втянутой. Ведь все эти люди тоже чьи-то дети. Проклятье, почему она стала такой сентиментальной? То, что они дети, совершенно не говорит о том, что они не отвечают за свои поступки. А раз отвечают, то и взятки гладки.

— Может быть, поясните, что произошло? — процедил сквозь зубы Вертон, связывая щиколотки Катрии шелковой верёвкой.

— На неё надели артефакт, подавляющий волю. Что-то вроде того, что иногда используется для животных, но только более изощрённая версия. Я не знаю, кто изготовил эту мерзость, но готова поклясться, что он не только заставлял её слушаться вас по каким-то причинам, но и был маяком для того, чтобы её найти. К счастью, Блейз справился с этой проблемой, и скорого появления Волков Пустыни нам ожидать не придётся.

Тим старалась говорить ровно, чтобы голос не дрожал, но она понимала, что нагло врёт. Хотя бы в части фактов, но врёт. А вдруг Блейз не сказал ей правды? Вдруг у него не получится уничтожить проклятый предмет? Но это совершенно не повод давать в обиду девушку, даже незнакомую.

— Что ж… — Вертон задумчиво почесал подбородок и накрутил ус на палец. — Тогда мы дождёмся вечера и поедем в сторону города. Если я правильно понимаю, отсюда недалеко, успеем как раз к концу очереди и уже к ночи будем в Тарсе.

— Почему вы решили, что я пойду с вами? — бархатным голосом спросила Тимара.

— Потому что иначе я заберу с собой эту голубоглазку, — самодовольно улыбнулся Вертон.

Тим не ответила, понимая, что это дешёвый шантаж. А ещё она знала, что ни за что не позволит себе оставить в беде незнакомку. Что-то подсказывало ей, что Катрия одна из тех, кому уготована непростая судьба.

— Ну так что, кто составит мне компанию в Тарсе?

— Если она не захочет пойти добровольно, то я, — со скрипом в сердце ответила Тимара, понимая, что загоняет себя в ловушку.

Хвост четырнадцатый. Освобождение и добровольный плен

 Глава 15

В животе недовольно заурчало. Тимара невольно поморщилась, но постаралась не подать вида. Это её ошибка. Стоило подумать раньше о том, что в дорогу нужны припасы. Но жрица ещё никогда не отправлялась в путешествие самостоятельно, всегда был кто-то, кто оберегал её от разных трудностей. И сейчас поспешность может дорого обойтись.

— Сидите здесь, — прищурившись, скомандовал Вертон.

К кому он обращался было не очень понятно. Катрия всё ещё не приходила в себя. Не с шаграми же разговаривал?! Впрочем, пояснять торговец не стал, поднялся и направился в другой конец оазиса.

“А ш-што такого в том, ш-тобы говорить с ш-шаграми? Мы не идиоты, с-свёс-сдная”, — тут же подал голос Блейз.

— Ну началось. Давай тогда вспомним, что ты не совсем обычный, а? — устало спросила Тимара, протирая влажной тканью губы Катрии.

Состояние девушки вызывало у жрицы беспокойство. Тим раньше не приходилось разрушать проклятия, она только читала об этом, и страх, что где-то закралась губительная ошибка, периодически неприятно холодил ступни и ладони.

Оставшись наедине со спящей и ездовым зверем, Тимара позволила себе разглядеть пленницу. Та чем-то напоминала куклу. Восточную куклу-марионетку. Чуть заострённые скулы, маленький вздёрнутый носик, губки вишенкой, тонкие, выщипанные до ниточки брови. Длинные, до  лопаток, прямые чёрные волосы. Они напоминали конскую гриву: такие же блестящие и густые. Тим даже немного позавидовала, ей никогда не обзавестись подобной шевелюрой.

А ещё… у Катрии голубые глаза. И они совершенно точно выбивались из образа. Восточная красавица с северными глазами-льдинками. Что-то было странное в её внешности. Странное и неуловимо притягательное, хотелось смотреть в лицо Катрии ещё и ещё, словно упиваясь необычной красотой.

Неожиданно девушка открыла глаза и посмотрела на небо. Из-за яркого солнца по её щекам тут же покатились слёзы, но она продолжала смотреть, превозмогая видимую боль.

— Всё в порядке, не бойся, — с теплом начала разговор Тимара. — Хочешь пить?

Катрия перевела на неё непонимающий взгляд, потом медленно повернула в сторону жрицы голову и села. Тут же поморщилась и прижала указательные и безымянные пальцы к вискам.