Невеста против воли - Ольга Герр

Рентон проводил меня до столовой, где нас ждал накрытый стол. Ужин был простой, но вкусный — жареное мясо, хлеб, сыр и вино. Наличие последнего меня насторожило. У нас в семье доставали вино из погреба только по праздникам. Конечно, возвращение хозяина можно счесть за таковой, но, как вскоре выяснилось, напряглась я не зря.

Едва оказавшись в столовой. Рентон первым делом потянулся к графину с вином. Налил себе бокал, подумал и забрал графин на свою сторону стола. Похоже, мой муж помимо всех прочих недостатков еще и пьяница. Когда кажется, что хуже быть не может, жизнь преподносит сюрприз.

Надо сказать, Рентон выглядел лучше. Он переоделся в чистое и, насколько это возможно, привел себя в порядок. Правда, это не коснулось волос. Они по-прежнему напоминали нечесаную гриву. Да и бриться он не стал.

Мы сели по разные стороны стола. Именно так кто-то расставил тарелки. Что за странная прихоть? Хорошо, стол не длинный, и мне не надо кричать, чтобы меня услышали на другом его конце.

— Спасибо за горничную, — нарушила я тишину столовой. — Она пришлась как нельзя кстати.

Рентон нахмурился, посмотрел на меня задумчиво, а потом кивнул. Мол, не за что.

— Печально видеть «Полярную звезду» в упадке, — обвела я рукой столовую. — Почему ты не приведешь замок в порядок? Насколько я знаю, в средствах ты не стеснен.

— Чего ради? — пожал плечами Рентон. — Меня и так все устраивает.

Разговор не клеился. Я грызла сыр, запивая его водой. За годы жизни впроголодь я привыкла есть понемногу и теперь была не голодна. Рентон тоже почти не прикоснулся к мясу, зато регулярно прикладывался к бокалу. Чем больше он пил, тем мрачнее становился.

— У меня совсем нет одежды, — сказала я. — Только платье, что сейчас на мне.

— Я скажу Чарльзу, чтобы вызвал портниху. Закажи все необходимое. Не экономь, я все оплачу.

— Благодарю, — кивнула я.

— Если тебе не нравится комната, можешь выбрать любую другую, — добавил он.

— Спасибо, не надо. Я довольна своей спальней.

Мы снова замолчали. Я хотела как-то расшевелить Рентона, вызвать его на общение, но не получалось. Словно само это место негативно влияло на него. Мы провели в замке несколько часов, а Рентон стал еще более угрюмым и нервным, чем обычно.

Осушив залпом очередной бокал, он чуть ли не впечатал его в стол. А потом Рентон посмотрел на меня. Очень недобро посмотрел.

— Пора, — выдохнул он. — Ты отдохнула с дороги, поела. Теперь делай то, ради чего я тебя привез.

Я моргнула. Он сейчас о шаге за край? Мне почудилось, что Рентон меня ударил. Например, дал пощечину. До того вдруг стало больно. За время нашего путешествия я начала думать, что он не так плох. Мне казалось, мы нашли общий язык и даже сдружились, что ли. Но все это напускное, ненастоящее. Я как была для него вещью с нужной функцией, так ею и осталась.

Вся его забота — о моем здоровье, о комфорте — все ради того, чтобы я была покладистой. Когда вещь в хорошем состоянии, она и служит как надо. Не ломается. Для Рентона главное, чтобы я делала то, что он хочет.

— Я спасла тебе жизнь, — напомнила я, рассчитывая на ответное благородство.

Но услышала:

— Я об этом не просил.

А ведь верно, не просил. Напротив, всерьез подумывал остаться в мире мертвых. Так что о благодарности можно забыть.

— Призови тех, кто погиб в этом доме за последние три года, — потребовал Рентон, не замечая моего состояния.

А мне дышать было нечем. Я задыхалась в одном помещении с этим бессердечным чудовищем. Разве он не видел, каково там за краем? Разве не понял, насколько это опасно?

— Нет! — я вскочила на ноги. Аж стул опрокинулся. Шум его падения и мой крик заполнили столовую, отразились от стен и, кажется, пронеслись по всему замку.

В отличие от меня Рентон поднялся нарочито медленно. В каждом его движении, каким бы спокойным на первый взгляд оно не было, сквозила угроза.

— Я могу пустить себе кровь и заставить тебя, — заявил он, — но предпочту, чтобы ты сделала все добровольно.

Я сглотнула вязкую слюну. Он может, это точно. Но и я кое-что могу. Например, каждый раз возвращаться из-за края ни с чем. Как долго он будет меня пытать? Пока силы окончательно меня не покинут, или сдастся раньше? Не то что бы я хотела это выяснить, но, похоже, другого способа нет.

В любом случае продолжать этот разговор прямо сейчас у меня не было никакого желания. Подобрав юбку, я устремилась к выходу из столовой. Все, поужинали. Хватит с меня.

Но я не сделала и пары шагов, как дорогу мне перегородил Рентон. До чего же быстро и бесшумно он двигается! Казалось, только был у стола и вот уже заслонил собой дверь. Не сбежать.

Настал момент истины — кто кого? У меня в арсенале не так много оружия — хитрость да женское обаяние. Но это ничто по сравнению с мужчиной, вооруженным ментальным кинжалом. Битва еще не началась, а я уже проиграла.

Рентон навис надо мной подобно утесу над морской гладью. Суровый и неотвратимый. Я затаила дыхание и ждала — каким будет его следующий шаг. Неужели и правда пустит себе кровь, лишь бы заставить меня шагнуть за край?

Но лорд удивил. Он вдруг схватил меня за плечи и привлек к себе. Наши лица оказались напротив друг друга, слишком близко. Его дыхание смешалось с моим. Мой взгляд пересекся с его. И первое, о чем я подумала — о губах Рентона на моей коже. До чего же не вовремя! Никак не получается стереть из памяти ту сторожку и произошедшее в ней.

Я испугалась. Но не Рентона и его угроз, а собственной слабости. Моя тяга к этому мужчине неуместна и непозволительна, а главное — опасна. Причем в первую очередь для меня самой. Если я хочу выжить, надо выбросить подобные глупости из головы.

— Отпусти! — я дернулась. — Ты не имеешь права касаться меня.

— Вообще то я твой муж, — некстати вспомнил Рентон свой статус. — Если кто-то и имеет право касаться тебя, то это я.

— Наш брак фикция.

— Почаще используй этот аргумент в споре, и я это исправлю.

Ох, как мне сейчас не хватало ментального оружия! Например, ментальной сковородки. С каким удовольствием я бы огрела ею лорда.