Утечка мозгов - Владислав Выставной

«Мазохист какой-то», – решил Никита, а вслух сказал:

– Искренне завидую вашему оптимизму.

– Я бы тебе посоветовал никому и никогда не завидовать, – ответил незнакомец, и в голосе его, казалось, поубавилось оптимизма. – Ведь неизвестно, отчего человек иногда может радоваться смерти…

Никита не успел призадуматься над словами странного собеседника, а тот уже снова развеселился:

– Нет, ну что может быть приятнее, чем беседа двух заключенных через тюремную стенку? Тем более когда охрана смотрит на это сквозь пальцы. Уверяю вас – этого не понять, пока сами не просидите в одиночестве неделю-другую. Настоятельно рекомендую!

– А что, вас держат здесь уже неделю? – спросил Никита упавшим голосом. Он и суток тут не выдержит…

– Месяц! – радостно заявил незнакомец. – Целый месяц вел беседы только с самим собой, пока благосклонная фортуна не послала мне наконец товарища по несчастью!

– А, – протянул Никита, – тогда понятно…

Незнакомец заливисто расхохотался. Никите стало не по себе. Неужели через некоторое время у него также поедет крыша? Этого только не хватало для полного счастья… Одно только утешает – у него будет достаточно времени на попытки убраться из этого негостеприимного мира…

– Так ты решил, что я сумасшедший? – отсмеявшись, спросил сосед. – Нет, люди, долго просидевшие в одиночестве, конечно, начинают проявлять странности поведения, но месяц – слишком скромный срок для этого. Сидел я как-то в одиночке два года…

Сосед снова расхохотался, но быстро прекратил смеяться, очевидно, сделав над собой некоторое усилие.

– Прости, – сказал он. – Просто бывает иногда хорошее настроение, понимаешь ли…

– Да уж… – промямлил Никита. Понять, откуда в этом мрачном сарае может взяться настолько хорошее настроение, было трудно. Может, через месяц заточения он начнет так же безумно хохотать и мечтать о том, чтобы его повесили на рее?

– А за что вы здесь? – поинтересовался Никита.

– За тягу к приключениям, – немедленно ответил сосед. – Тянуло на разные авантюры…

– Да? То есть вы сознательно лезли в это в пиратское логово?

– Ага. Что-то типа того. Было у меня здесь одно дельце. Но провалилось самым идиотским образом…

– У меня тоже…

– Вот видишь, сколько у нас общего! Ух, поболтаем… Ты что, тоже из штурмовой группы?

– То есть?

– А-а… А я думал, Отель опять пытались взять штурмом…

– Отель?

– Ну да… Ты что, не знаешь, где мы все находимся? Ну и ну… Так вот, если тебе интересно: это бывший кочующий Отель. Азартные игры на планетах ведь запрещены уже лет как пятьдесят. Вот он и кочевал от звезды к звезде. Огромный такой развлекательный комплекс. Прибыли давал невероятные, просто моря кэша! Особенно на некоторых пуританских планетах, где развлечения вообще не в чести и под запретом…

– Эдакий летающий Лас-Вегас…

– Типа того… Ха-ха… Не понял… Постой, что ты сказал? Откуда ты знаешь про Лас-Вегас?

Никита почувствовал, будто его треснули обухом по голове. Что-то было не так. И неуверенно произнес:

– К-как откуда? Ну, по телику видел…

За стенкой повисла странная пауза. Потом раздался неуверенный смешок:

– Парень, ты откуда?

– Оттуда…

– А-а… Я так и подумал…

Наступило неловкое молчание.

Обмен этими тремя нелепыми фразами оказался более информативным, чем вся предшествовавшая болтовня. Теперь каждый из собеседников анализировал сказанное им и делал свои выводы. Никита даже подумать боялся о своих вполне конкретных предположениях. Ведь из ЕГО мира, кроме них с Лизой, добраться сюда мог только один-единственный человек.

Копатель.

Неужели он так нелепо открылся врагу? Но… С другой стороны, враг так же, как и он, под замком. А отсюда следуют два вывода. Как обычно – один позитивный, другой – негативный.

Первый был, конечно, неплох: Копатель (если это был он), как и Никита, оказался схваченным пиратами. А значит, его возможности небезграничны.

Второй вывод выглядел более удручающим: если Копатель за целый месяц сидения в «одиночке» не смог вынырнуть, значит, дело дрянь. Значит, для того чтобы вернуться домой, в свое собственное тело, надо как минимум найти возможности для возвращения на планету появления. Если, конечно, все дело действительно в пространственном положении ныряльщика, и данное предположение верно…

Однако теперь у Никиты времени много, а Копатель – вот он, за стенкой. Надо постараться воспользоваться представившейся возможностью, чтобы вытянуть из него всю сколько-нибудь полезную информацию. Только с чего начать? Как бы потоньше подойти к этому делу? О чем спросить этого куда более многоопытного мозгового шпиона, чтобы выяснить как можно больше и не остаться в дураках?

– На кого работаете? – сурово спросил Никита, сразу же поняв, что сморозил несусветную глупость.

Невидимый собеседник зашелся в хохоте. Он снова наслаждался ситуацией.

– Нет, ну я представлял себе возможный допрос при собственной поимке по-всякому, – заявил он. – Но чтобы мне задавали вопросы вот так, из соседней камеры… Дружище, послушай меня – будь проще. Я понимаю, что ты из тех, кто заслан сюда по мою душу. Но пойми и другую, очень простую вещь: мы с тобой сейчас в совершенно равном положении! Давай и беседу вести соответственно – по-дружески и доброжелательно…

– Почему я должен быть с вами доброжелательным, – запальчиво произнес Никита. – Вы – грязный шпион…

– Ха-ха!

– Вы вор!

– Ха-ха-ха!

– Вы негодяй и самый настоящий враг моей страны! Да чем вы лучше этих бандитов?!

– О боже! Какой пафос! Аж дрожь берет! Впрочем, я не спорю. Ты прав. Отчасти, конечно. Хотя я лично считаю, что в случае с проникновением в сферу интересов твоей родины я просто спасал технологии, которые в вашей стране совершенно бесцельно гибли или уходили в руки весьма нечистоплотных людей…

– Чушь! Бред! Ложь!

– Громче, громче! А то нас давно не били плеткой-семихвосткой. Знаешь, что это такое?

– Не переводите тему!

– То, о чем мы говорим, дела спорные, и более того – дела прошлые. Я посоветовал бы тебе озаботиться проблемами более насущными…

– Да?! А что для нас может быть насущнее «утечки мозгов», кражи идей и технологий у моей страны?

– Да все верно, верно. Только я бы на твоем месте задумался, куда эти самые мозги утекают!

– Да за кордон они утекают, к вам!

– Ну, у меня другая информация… Положение несколько изменилось, и теперь, так сказать, ваша проблема коснулась всех… землян.