Владыка Сардуора - Виталий Зыков

Фалет Балтусаим мысленно запросил отчет системы безопасности. Перед внутренним взором начали загораться красные точки. Один, два, три… пятеро. Целая звезда! Гости почти не скрывались, шли нагло, в открытую. Как идут хозяева, знающие о своей силе и привыкшие ее демонстрировать. Губы ощутили знакомую горечь смертельной магии, первый советник понимающе улыбнулся. Кажется, его почтили своим присутствием бойцы клана Фек’яр. Он был мало знаком с интригами чистокровных сородичей, но если бы за К’ирсаном Кайфатом пришли эти бойцы, бой наверняка закончился бы иначе.

В глубине души все аж заледенело, но советник привычно подавил страх. Осторожно присев на скамеечку, с сожалением огляделся. Вдруг стало безумно жаль всех тех сил, что он вложил в парк. После предстоящей беседы окружающее великолепие вполне может обратиться в безобразные пятна сажи.

– Господа, не стоит унижать себя игрой в прятки. Выходите, присаживайтесь, – сказал советник громко.

Одновременно с этим, небрежно опершись левой рукой о край скамьи, он выпустил голема-телохранителя. Ящерка, до того прятавшаяся в широком рукаве, незамеченной скользнула в густую траву. Что ж, для своей безопасности фалет Балтусаим сделал все возможное. Можно было еще вызвать слуг, но против звезды Воинов Тени они не продержатся и секунды. Тогда зачем зря губить людей?

Ветки бесшумно раздвинулись, перед Тимаренисом появился воин, затянутый в комбинезон грязно-зеленого цвета. Пренебрегая маскировкой, гость не стал скрывать ауры. Вблизи излучаемая им сила подавляла. Маг, специализирующийся на убийствах чародеев, казался много опасней всех виденных советником князей-магов. Выигрывая в обширности знаний и умений, те явно проигрывали в способности уничтожать себе подобных.

– Фалет Тимаренис Балтусаим? – спросил воин.

– Именно.

– Я представляю Совет князей и лично главу клана Фек’яр. – Эльф продемонстрировал браслет с изображением красной жабы.

Убедившись, что хозяин понял, кто именно заявился к нему в гости, воин одернул рукав и с подчеркнутой неторопливостью отстегнул с пояса небольшой сверток. Советник представил, как тот под маской кривит в усмешке губы. Чистокровные никогда не любили полукровок, а тут – такой повод…

Ткань зашуршала, и на свет показалась черная шкатулка. Убийца небрежно подал ее Тимаренису.

– Прошу принять послание глав Маллореана.

– Что это? – поинтересовался фалет Балтусаим. Брать неожиданный подарок в руки он не спешил.

– Возможность выбора. Ну же, берите. Мало кто удостаивается такой чести…

– С удовольствием бы ее избежал, – сказал советник, принимая шкатулку. Он догадывался о ее содержимом, отчего его руки начали немного подрагивать.

Точно. Внутри на черном бархате лежали три предмета – флакон из синего стекла, кинжал с волнистым лезвием и шелковый шнур. Выбор, который ему предоставили, – это был выбор способа уйти за Грань. Тихая смерть от яда, открытый бой или быстрая смерть от удавки в руках профессионала.

– Могу я узнать о причинах такого решения Совета? – Тимаренис все-таки смог заставить не дрожать хотя бы голос.

– Разумеется, – пожал плечами убийца. – В Чилизе появился враг всех Светорожденных, и от вас, советник, требовалась самая малость – помочь свершить честный суд над негодяем. Не лезть в бой, не рисковать своей жизнью, а всего лишь помочь присланной из Маллореана команде. Что же сделали вы? Мало того что приняли мерзавца в своем доме, так еще и допустили гибель всех своих собратьев… На мой взгляд, после такого в самой возможности лично выбрать свою смерть – слишком много чести для предателя и полукровки.

– Что?! – Тимаренис аж зашипел от ярости. – Что?! Совет даровал мне свободу жить так, как мне нравится, много лет назад. Обосновавшись здесь, я признавал власть князей, но не являлся их подданным. Даже та помощь, которую я оказал заявившимся сюда боевикам, была уступкой силе, но никак не моей обязанностью.

– Советник, советник… – сказал убийца укоризненно. – Вы так давно во власти, а ведете себя как полоумный человеческий кликуша. Они любят эти сказочки про равенство, мораль в политике, право слабого и прочую чушь. Раньше вам позволяли сохранять нейтралитет, однако то время прошло. Вам дали шанс быть полезным родине, а вы его провалили…

– Но я не обязан участвовать в боях! Все, что мог, сделал, а дальше забота…

– Хватит болтовни! Это Совету решать – что вы можете, а что нет. Погибло две звезды бойцов, среди них – два князя-мага и четыре простых чародея. Не во всяком сражении у нас были такие потери, и объяснить их просто силой врага не получится. Ведь вы выжили, а они – нет!

– Ясно. Совету нужен виновный, на кого можно спихнуть вину за поражение, – сказал Тимаренис устало. – Последнее: я могу спросить о судьбе моей дочери?

– Маллореан не интересует судьба жалкого квартерона… – сказал, словно плюнул, посланник Совета. – Итак, ваш выбор?

Тимаренис в последний раз оглянулся, вздохнул полной грудью:

– Разумеется кинжал, – сказал и мысленно активировал систему безопасности. Раз уж ему предстоит последний бой, то пусть эти негодяи запомнят его надолго.

По парку прокатилась дрожь изменений. Советник знал, что сейчас десятки артефактов переводятся в активный режим, пробуждаются от сна големы и магические автоматы. И все ради одной цели – уничтожить пятерку незваных гостей.

Фалет Балтусаим сам уже не помнил, где разместил собственные творения. Порой он отправлял в парк неудачные результаты экспериментов, уничтожить которые не поднималась рука. Ставил в укромном уголке, подключал к общей сети, маскировал да и забывал об их существовании. Однако пришло время, и такая предусмотрительность принесла свои плоды.

Огромный валун за спиной убийцы треснул и развалился на две части, обнажив сердцевину – покрытый рунами стержень из обсидиана. Эльф только успел вызвать защитный кокон, как в него одновременно ударили Стрела Эльронда и несколько молний. Его буквально смело в кусты, где тут же жахнул взрыв. Грозно жужжа, откуда-то прилетел рой механических пчел и скрылся в облаке дыма, где сразу же засверкали вспышки.

Советник не стал никуда уходить, так и оставшись сидеть на скамейке. Он сам выбрал бой. Если Тимаренис сейчас сбежит, то… тогда маги займутся не только им самим, но и Мелисандрой. Ради дочери он должен драться, а если ему суждено погибнуть, значит, такова воля Света.

Прикрыв глаза, фалет Балтусаим мысленно обратился к сигнальной сети и… досадливо поморщился. Не погасла ни одна из точек: все Светорожденные были живы. Внезапно от его ног в воздух взвилась ящерка-телохранитель, принимая на себя удар какой-то пакости, следом за нею стал обжигающе-горячим браслет на левой руке, а амулет на шее осыпался ледяным крошевом.

Мархузово отродье, чем это его так приложили?! Тимаренис стряхнул оцепенение, и с перстня на правой руке сорвался десяток черных молний, ударив в пространство между двумя пылающими кустами. Ни одна не промазала. Воздух задрожал, а с убийцы сползло заклинание невидимости.