Бункер. Иллюзия - Хью Хауи

— Мы можем обсудить его следующим… — начал было Марнс.

— А я считаю, его следует обсудить первым.

Он подтолкнул документ к Джанс. Это оказался договор о согласии на должность с несколькими подписями внизу. Одна строка оставалась пустой, под ней было аккуратно напечатано имя мэра.

У Джанс перехватило дыхание.

— Вы уже связывались с Питером Биллингсом по этому поводу?

— Он согласился. Судейская мантия становится ему тесновата, ведь он так молод и полон энергии. Думаю, он был отличным кандидатом на роль судьи, а сейчас стал еще более подходящим претендентом на должность шерифа.

Джанс вспомнила процесс выдвижения Питера на должность судьи. В тот раз она согласилась с предложением Бернарда, чтобы в следующий раз он пошел ей навстречу. Она рассмотрела подпись — почерк Питера был ей хорошо знаком по его многочисленным сообщениям, отправленным наверх от лица судьи Уилсона, у которого Питер в настоящее время стажировался. Она подумала, что один из носильщиков, с извинениями обогнавший их сегодня, мчался вниз по лестнице как раз с этим листком бумаги.

— К сожалению, Питер сейчас третий в нашем списке, — сказала наконец Джанс. В ее голосе неожиданно послышалась усталость. Он звучал тихо и слабо в огромном пространстве этого редко используемого и чрезмерно большого помещения.

Мэр взглянула на Марнса — тот испепелял договор взглядом, стиснув челюсти.

— Что ж, полагаю, мы все знаем, что имя Мерфи попало в список из вежливости. Он слишком стар для такой работы…

— Он моложе меня, — оборвала его Джанс. — А я справляюсь прекрасно.

Бернард наклонил голову:

— Да, но… боюсь, ваш первый кандидат просто не подойдет.

— Это еще почему? — спросила Джанс.

— Не знаю, насколько… тщательно вы ее проверяли, но у нас хватало проблем с этой кандидаткой, и я не могу на нее согласиться. Пусть даже она из отдела техобслуживания.

Последнее слово Бернард произнес так, точно оно было пропитано ядом.

— Какого рода проблем? — осведомился Марнс.

Джанс бросила на него предупреждающий взгляд.

— Ничего такого, о чем мы захотели бы сообщить. — Бернард повернулся к Марнсу. Теперь яд источали глаза коротышки — неприкрытую ненависть к Марнсу или, возможно, к звезде на его груди. — Ничего достойного внимания закона. Но были кое-какие… реквизиции из ее офиса, перенаправления материалов в обход нас, необоснованные заявки о приоритетности и тому подобное. — Бернард глубоко вздохнул и сложил руки на лежащей перед ним папке. — Я не стану заходить настолько далеко, чтобы называть произошедшее кражей, но мы посылали жалобы Дигану Ноксу как начальнику механического отдела, чтобы проинформировать его об этих… нарушениях.

— И это все? — прорычал Марнс. — Реквизиции?

Бернард нахмурился и накрыл ладонями папку:

— Все? Вы меня вообще слушали? Она практически крала вещи, перенаправляя то, что заказывал мой отдел. И не факт, что они использовались для нужд бункера. Она вполне могла их присвоить. Господь свидетель — эта женщина потребляла гораздо больше электричества, чем ей было положено по нормам. Может, она продавала его за читы…

— Это официальное обвинение? — осведомился Марнс, демонстративно доставая из кармана блокнот и щелкая механической ручкой.

— Э-э… нет. Повторю — мы не хотели беспокоить вас. Но вы сами видите, что она не из тех, кто достоин начать карьеру по охране закона. От механика я ожидаю честности. И боюсь, этой кандидатке следует остаться там, где она есть, «на глубине».

Бернард похлопал по папке, как бы подводя итог.

— Таково ваше предложение, — уточнила Джанс.

— Да. И я думаю, поскольку у нас есть наготове прекрасный кандидат, желающий служить и уже живущий на верхних этажах…

— Я приму ваше предложение к сведению.

Джанс взяла со стола новенький листок с договором и намеренно сложила его пополам, а затем прогладила сгиб ногтем по всей длине. Потом сунула листок в одну из папок, пока Бернард с ужасом наблюдал за этой процедурой.

— И поскольку у вас нет формальных жалоб против нашей первой кандидатки, приму это за ваше молчаливое согласие на разговор с ней по поводу работы. — Джанс встала и подхватила свой рюкзак. Сунув папки в наружный карман, она застегнула клапан и взяла прислоненную к столу трость. — Спасибо, что встретились с нами.

— Да, но…

Бернард выскочил из-за стола и догнал направившуюся к выходу Джанс. Марнс встал и последовал за ними, ухмыляясь.

— Что я скажу Питеру? Он ведь уверен, что в любой момент может приступить к работе!

— А не надо было ничего ему говорить, — отрезала Джанс. Остановившись в холле, она пронзила Бернарда взглядом. — Я послала вам свой список не для разглашения. А вы все разболтали. Поймите, я ценю все, что вы делаете для бункера. Мы с вами уже давно и мирно работаем вместе, наблюдая процветание, какого, возможно, у наших людей никогда еще не было…

— Именно потому… — начал Бернард.

— Именно потому я вам прощаю нынешнее злоупотребление. Это моя работа. Мои люди. Они доверили мне принимать подобные решения. Вот почему мы с помощником и решили спуститься. Мы дадим нашему главному кандидату возможность ответить на все вопросы. И я обязательно зайду к вам на обратном пути, если понадобится что-либо подписать.

Бернард развел руками, признавая поражение:

— Ну, хорошо. Извиняюсь. Я лишь надеялся ускорить процесс. А теперь прошу вас, отдохните немного. Вы мои гости. Позвольте принести вам еды, может быть, фруктов?

— Мы пойдем дальше, — сказала Джанс.

— Хорошо. — Он кивнул. — Но хотя бы воды? Наполнить ваши фляги?

Джанс вспомнила, что одна из фляг уже пуста, а им нужно пройти еще несколько этажей.

— Это будет очень любезно, — согласилась Джанс.

Она подала знак Марнсу, и тот повернулся, чтобы она смогла достать его флягу из рюкзака. Затем сама повернулась к нему спиной, подставляя свою флягу. Бернард махнул одному из своих работников, чтобы тот взял и наполнил фляги, сам же все это время не сводил с путников глаз.