Выбор судьбы - Вера Чиркова

— Где Веся? — едва распахнув глаза, хрипло произнес Берест, и откашлявшись, повторил вопрос: — Весеника где?

— Пока ты не выпьешь навар, я на вопросы отвечать не стану! — сухо объявил Ансерт, пряча глаза.

— Анс… а ты не забыл, кто из нас старше?

— Для лекаря возраст подопечного не имеет значения.

— А то, что я твой командир?!

— Звания и знатность, а также размеры замка и казны тоже не важны, когда речь идет о здоровье пациента!

— Согласен, — прищурился командир, — но я не твой пациент. Меня Веся лечила… я помню, как очнулся в лодке. А сейчас я себя чувствую намного лучше… и хочу знать, что с моей невестой?!

— Ты можешь ругаться, выгнать меня из отряда и вообще делать все, на что хватит совести… но пока не поешь, я ничего не скажу.

— Темная сила… все так плохо? — Бересту припомнилось, как падала побледневшая княжна, как тащил ее на руках какой-то мужик… — Куда она делась? Анс, я съем твой проклятый навар, только скажи… она жива?

— Жива, — несчастно промямлил алхимик. — А теперь ешь… ты пообещал!

— Да, пожалуйста. — Берест взял в руки миску и прямо через край принялся глотать мясной навар, как глотает измученный жарой путник долгожданную воду. — Вот и всё. Теперь давай одежду. И рассказывай, как её найти.

— Берест, — в дверь ворвались Даренс с Ранзелом, — как ты себя чувствуешь?

— Как тэрх. Кто меня проводит к Весе?

— Ансерт. — Даренс сел на стул напротив него и уставился в лицо другу необычайно серьезным взглядом. — Мы все обсудили и решили, с ним тебе будет лучше всего. А мы поделим отряд между собой… до вашего возвращения.

— Откуда? — замер командир и отпустил застежку куртки. — Откуда мы вернемся? Да чего же вы все загадками разговариваете, можете мне прямо сказать?

— Можем, — пробасил Ранзел, — но ты не волнуйся… её чародеи забрали.

— Кто?! — ошеломленно переспросил Берест и оглянулся на брата. — А почему вы отдали?

— Нас там не было… мы под Турой бились. Пока все переправились, туда вторая орда подошла… хорошо, что из первой большая часть хингаев к мосту умчалась, лодки ловить. А вот селяне пытались Весю не отдавать, она ведь всех их спасла… — Даренс сглотнул и смолк.

— Дальше!

— Говорят, как в варенье попали… ни рук поднять, ни ног вытянуть, — хмуро пояснил Ансерт, и Берест вдруг отчётливо понял, сейчас они говорят правду… но чего-то все же не договаривают.

— А что было потом? Ну, не тяните! Даренс!

— Я не могу… пусть Ранз.

— По-вашему, Ранз самый толстокожий, — обиделся вдруг богатырь, — и бессердечный.

— Ранз, ты просто самый смелый… — мягко сказал Берест, уже сообразивший, братья сейчас просто не представляют, как сообщить ему очень неприятное известие, и отлично их понимал.

Сам точно так же мучился, когда приходилось сообщать кому-то плохую весть. Но раз Веся жива, он её из Цитадели вытащит. Не имеют они права решать судьбу просватанной невесты без жениха и его родни. Ради Весеники Ардест готов отца умолять, у дяди прощения просить, к матери в ноги кинуться… хотя отец и запретил расстраивать княгиню. Да и Радмиру написать нужно… он ради дочерей на все пойдет, это Берест теперь точно знал.

— Для того чтобы человеку такие вещи говорить, не смелым нужно быть… — мрачно рыкнул тот, — а сумасшедшим. Но раз вы хотите, я скажу. Но сразу предупреждаю, хотя я тут спорил с ней… когда она из Кладеза ушла, но вовсе не считал Весю злой или жестокой. Поэтому я не верю, будто она могла сама все отдать… наверняка они отобрали, пока куница без сознания лежала.

— Да что такое отобрали-то, вы скажете наконец или нет?! — обозлился командир, снова понимая неведомым чувством правоту брата.

— Вот… — горько поджав губы, подал ему Ансерт деревянную шкатулку.

Берест почти вырвал ее из рук, резко распахнул и застыл, неверяще глядя внутрь. Туда, где на куске полотна лежал его обручальный браслет, преподнесенное Весе ожерелье и шкатулочка с украшениями. Серьги, диадема и ожерелья из камней сиреневого цвета, лучшие, какие он нашел в своём сундучке. И Весе они нравились… Берест подсмотрел, с каким удовольствием невеста перебирала камушки.

Следовательно, прав Ранзел, у неё все это отобрали. И в таком случае нужно не просто ехать, а мчаться, не останавливаясь ни на минуту.

— Ансерт, ты готов?

— Да. И тэрхи ждут… и Ныр с Рыжем. Думаешь, я зря просил тебя сначала поесть?

— Явились!

— Доброе утро, дед, — вежливо ответил Ансерт.

— С чего это оно у вас так подобрело?!

— А с чего ты сегодня такой ядовитый? — устало осведомился Берест. — Вроде никого чужого мы не привезли.

— Лучше бы привезли! Ну и как вы умудрились проворонить куничку?

— Дед, я тебя очень уважаю, — разъяренно рыкнул Ансерт, — но если ты не уймешься, полью таймальским зельем!

— Думаешь, у меня не найдется, чем полить в ответ? — едко ухмыльнулся стоящий на балконе старик.

— Мне всё равно! Но Деста оставь в покое, не нужно сапогами по больному! Мы все за них радовались… Прости, Дикий.

— Анс, не надо. Дед, ты едешь с нами или нет? Наверняка ведь тебе твои шпионы из Серого гнезда уже обо всем донесли.

— Они не шпионы… а такие же внуки, как вы, — ворчливо заявил Ольсен, поворачиваясь к ним спиной, — пока не пообедаете, никуда не поедем.

Княжичи только мрачно переглянулись и торопливо направили тэрхов к крыльцу, в спор с дедом лучше не вступать. Меньше времени зря потратишь, и сам же он будет в этом после упрекать, проверено.

— Вот и правильно, — заявил Ольсен, с усмешкой посматривая на торопливо мелькавшие ложки, затем спокойно сел напротив и начал аккуратно нарезать ветчину и копченую гусятину, — вот мяска еще пожуйте, да начинайте рассказывать мне всё, как на духу.

— В дороге расскажем, — категорично отказался Берест, — и мясо можно в дороге жевать.

— Тогда сразу спать ложитесь, — покладисто кивнул мельник, — я вас рано разбужу.

— Ольсен! — возмущенно уставились на прадеда княжичи. — Мы едем сейчас.

— Скатертью дорожка.

— А ты?

— Я выеду перед рассветом. Предпочитаю спать в собственной постели, а не на земле под стенами Цитадели.

— Ты думаешь… нас не пустят?

— Даже меня не пустят… у них ведь охраны нет. Просто колдовством своим закрывают Цитадель, и всё. Кричать и стучать бесполезно.

— Ольсен, — задумался Дикий Ястреб, — а если что-то случится? Они так и будут спокойно спать?

— Если случится нечто непредвиденное, то им сообщат те из чародеев, которые живут в окрестных городках и деревнях. Ну чего вы так уставились, только теперь начало доходить, что ваш Лайонис просто шпион Цитадели? Я вообще удивился, когда вы его из Кладеза выставили.