Сен. Следующий шаг - Илья Арсенов

— Да ладно! — неподдельно удивился я. — Я же ему стилет в шею вогнал!!

— От этого его, похоже, просто парализовало. А когда ты ему глотку зубами рвал, то никаких артерий не задел.

— Вот живучая тварь. Но такая живучесть должна быть вознаграждена: пакуем его и везем к Бератрону. Может, ему понравится подарок. Черт!

— Что случилось? — немного заволновался вампир.

— Забыл о другом нападавшем.

— Это которого ты заживо похоронил?

— Он самый.

— Может, пусть себе лежит? — резонно спросил Торрен.

— Ну уж нет, еще вылезет.

— Там пять метров земли!

— А ты много людей знаешь, которые со стилетом в шее продолжали бы жить?

— К примеру, ты, — ухмыльнулся вампир. — Судя по тому, как рубашка на тебе болтается, у тебя сейчас вообще внутренних органов целых нет. А ты ничего… бегаешь даже.

— Я из-под земли вылез бы… наверное…

— Хм… логично. Откапывай гаденыша, — согласился Торрен.

— Хорошо, тогда я пошел его искать.

Приглашение элементалей удалось на редкость тяжело. Кажется, быстрый резерв еще не успел восстановиться, а накопитель был опустошен уже во время драки. Я немного откопал первого нападающего, оставив нижнюю его половину в земле. Парень оживал, будто выходя из состояния анабиоза.

— Родигес, — крикнул я, — дай-ка свою дубинку.

— На, Сен, — сказал парень, протягивая мне запрашиваемый предмет.

— Спасибо.

Подошел к противнику со спины и опустил дубинку ему на затылок. Подросток потерял сознание.

— Ха, — громко рассмеялся я, — против лома нет приема. Ладно, вяжем этих двоих, потом в лагерь этих мразей, забираем там все и возвращаемся.

Понадобилось еще больше получаса, чтобы все собрать, а пленников и трупы закрепить на Малыше.

Домой мы вернулись далеко за полночь. На крыльце, освещенном магическими светильниками, нас ждали обеспокоенные Джула и Бератрон.

— Что случилось? — бросилась к нам Джула. Увидев нас с Торреном вблизи, она вскрикнула и стала нас ощупывать. — Не больно? Не больно?

— Пока ты нас не трогала, ничего не болело, — усмехнулся вампир. — Да не расстраивайся ты так. Все в порядке. Все живы и почти целы.

— Ага, почти целы, — улыбнулся я.

— Фериш, Родигес, а с вами что? — быстро спросила девушка.

— Да все с нами в порядке, — ответил Род. — Мы в бою почти не участвовали. Ни одной царапины.

— А что с твоей рукой?.. — начала Джула.

Но ее перебил лич:

— Четко и по делу: что случилось?

— Попали в засаду. Двадцать один враг, среди них один маг, два непонятных подростка, двигавшихся с немыслимой скоростью, и восемнадцать обычных разбойников.

— Пленники есть?

— Да. Маг, оба подростка, пятеро разбойников, а все остальные — трупы.

— Хорошо. Их в мой комфортабельный подвал. И все-таки что с рукой?

— На маге какая-то защита висела, вот и лишился руки.

— Это проблема?

— Нет, — отмахнулся я, — вырастет новая.

— Вам повезло, — сказал лич, после того как пленники были упрятаны в подвал и надежно зафиксированы, чтобы не смогли покончить жизнь самоубийством, а трупы отнесены в прозекторскую: на них Бератрон обещал показать азы некромантии.

— Мы знаем, учитель, — ответил я.

— Рад, что вы это понимаете. Значит, так. Приводите себя в порядок, быстро перекусите и ко мне в подвал. Касается только вас. — Лич указал на меня с Торреном. — Остальные — спать.

— Но… — попробовал возразить Фериш.

— Хочешь поспорить?

— Нет, — стушевался парень.

Российская империя, Святоград, императорский дворец, один из личных кабинетов императора

— Хорошо, я рад, что все работы идут с опережением графика, — сказал император, заканчивая обсуждать вопросы восстановления лабораторий. — Еще что-нибудь? Кстати, как там поживает, если так можно выразиться, граф Уральский?

— Об этом я и хотел с вами поговорить, ваше императорское высочество, — ответил Ботан. — Дело в том, что у него на днях появились проблемы со здоровьем.

— Как это возможно? Ведь он лежит в реаниматоре?

— Так точно, но факты таковы: в один момент у него произошел разрыв сердца, сломалось нескольких ребер и полностью деградировала правая рука до середины предплечья. И это далеко не весь список повреждений.

— Хм… — Дмитрий Третий задумался. — А причины?

— Неизвестны.

— Я знаю, у вас есть гениальные ученые, которых вы называете жнецами. Это правда?

— Да.

— Они осмотрели графа?

— Нет.

— Почему?

— Ваше высочество, надеюсь, вы знаете, за что их называют жнецами?

— Догадываюсь, — усмехнулся Дмитрий.

— Я не готов отдать жизнь своего давнего друга в их руки. Из интереса они могут его выпотрошить. Поэтому я категорически против данной идеи.

— Хорошо. Возражение принято.