Месть нибелунгов - Торстен Деви

К ним подошел Гернот, и по выражению его лица Эльза догадалась, что Сигурда он не нашел. Стараясь взять себя в руки, она спокойно произнесла:

— Может, он поехал на север, чтобы пообщаться с рабочими шахт?

Гернот покачал головой.

— Все лошади на месте. Кроме того, кровати Гелена и Иона тоже не разобраны.

Эльза вздохнула.

— Что ж, это относительно хорошая новость. По крайней мере, их трое.

— Их трое, — прорычал Гернот. — Но где они?

Нельзя сказать, что Эльза и Гернот не догадывались, куда направился Сигурд, но они оба не решались высказать эту мысль вслух. До них снова донеслись раскаты грома, и король направил свой взгляд в сторону материка.

— Нужно было поговорить с ним. И сделать это следовало еще вчера. Мы поступили неправильно, отпустив его рассерженным.

Эльза сжала руку мужа.

— В ссоре легко сказать что-то плохое. Но Сигурд мужчина, и он должен уметь с этим справляться.

— Вопрос только в том, что Сигурд считает правильной мужской реакцией на оскорбление отца, — донесся до них чей-то голос. Сквозь маленькую боковую дверь на крепостную стену вышел Эолинд.

По лицу советника тоже было заметно, что он волнуется.

— Ты знаешь больше нас? — спросил Гернот.

Подойдя, Эолинд опустился на корточки перед Лилей.

— Послушайте, принцесса. Я хочу, чтобы вы пошли в вашу комнату и там помолились за Сигурда. Тогда ваш брат вернется скорее.

Девочка с серьезным видом кивнула, сжала в ладонях рог дрыка и побежала к себе.

Эолинд выпрямился, и Герноту пришлось поддержать старика.

— Благодарю вас, мой король. Я не хотел пугать принцессу тем, что мы должны обсудить.

Эльза отреагировала быстрее мужа:

— Тогда говори! Где Сигурд?

Эолинд откашлялся.

— Он не в замке. И вообще не на острове.

— Что ты имеешь в виду? — раздраженно спросил Гернот.

Эолинд по-прежнему колебался.

— Сегодня рано утром я кое-что увидел, чему не придал особого значения. Но сейчас мне приходится сделать вывод, что…

Гернот властно поднял руку.

— Сейчас не время для вежливых фраз. Говори коротко и ясно.

— Я думаю, что принц отправился с друзьями в Данию, — сказал Эолинд. Это далось ему легче, чем он думал.

— Но как такое может быть? — спросила Эльза.

— Сегодня утром я видел… корабль, — ответил Эолинд. — И людей, которые очень старались взойти на борт, никого не потревожив. Я не подумал тогда, что это, возможно, принц…

Гернот в ярости ударил кулаком о стену, но его удар был бесшумным: вулканическая порода поглощала все звуки.

— Дания! Я должен был подумать об этом! Как только я велю ему что-то сделать, он тут же думает, как обойти мой приказ!

Эльза вздохнула. Конечно, она все еще была обеспокоена, но теперь чувствовала определенное облегчение.

— Во всяком случае, мы знаем, что с ним ничего не произошло. Пока еще не произошло.

— Что ж, я сделаю так, чтобы он наконец почувствовал гнев отца! — прорычал король. — Я целиком и полностью понимаю Сигурда. Но он воспротивился моей воле. Он пренебрег моим приказом. Ему придется дорого заплатить за это!

— Мне выбрать пару воинов, которые отправятся за ним? — спросил Эолинд.

Гернот кивнул.

— Надеюсь, они поймают его еще до того, как их корабль достигнет датского побережья. Даже этого триумфа я хочу его лишить.

Эльза протянула руку и погладила мужа по холодной щеке.

— И чего ты хочешь этим добиться? Побитая собака не научится уважать господина. Не лишай Сигурда гордости за собственное решение.

— Но я не могу оставить это без внимания, — в ярости заявил Гернот. Глядя на черные грозовые тучи, закрывшие горизонт, он добавил: — Я король, а он принц. Для него нет ничего постыдного в том, чтобы покориться мне.

Эльза обеими руками повернула лицо мужа к себе.

— Так пусть покорится — по доброй воле! Может, он вернется назад, еще не достигнув цели своего путешествия. Может, он поймет, что его хваленая свобода — это лишь мимолетный сон, который не сопоставим по ценности с его родиной. Тогда он вернется в радости, а не в печали.

— Наш сын должен был бы унаследовать всю твою доброту и мудрость, чтобы поступить так, — сказал Гернот, целуя жену в лоб. — Боюсь, сейчас его гонит кровь Ксантена. — Глубоко вздохнув, король повернулся к советнику: — Эолинд, я последую совету моей жены. Однако все равно отошли гонцов ко двору Дагфинна. Если кто-то повстречает исландского принца, то пусть обращается с ним как с простолюдином. Никаких привилегий: Сигурд хотел простой жизни — значит, он получит ее.

Кивнув, Эолинд оставил королевскую чету наедине друг с другом. Эльза благодарно посмотрела на Гернота.

— Сигурд отплатит тебе любовью, когда вернется.

— Мне бы хватило и его послушания, — пробормотал Гернот, притягивая жену к себе.