Армия Тьмы I - Николай Трой

Легата на шаг отбрасывает вперед, он оглушенно вертит головой. Тормозит чуть дольше положенного, и я вовремя понимаю, что он не так прост, как кажется.

Легат вдруг с гибкостью леопарда прыгает влево, выставив плечо, защищенное броневыми пластинами с шипами, на манер тарана. Достаточно коварный и мастерский удар в схватке танка с ассасином, однако не в этот раз.

Вместо того, чтобы продолжать пляску по кругу, я отпрыгиваю, едва замечаю, что стан Легата проходит, а он все еще одурело вертит головой. И вовремя! Товарный поезд не мог бы похвастаться той мощью, с какой прыгнул Легат.

В мгновение ока он оказывается на краю крыши, загребая сапогами снопы сена, а затем молниеносно разворачивается в противоположную сторону. Меч белой молнией рубит воздух справа.

Крыша слишком узкая для полноценных маневров, но все же прокачанная Ловкость позволяет избегать ударов.

С грохотом меч Легата проламывает в крыше еще одну дыру. Соперник выдергивает его и со скоростью, достойной льва, вдруг прыгает прямо на меня.

«А почему бы и нет?»

Прыжок навстречу, но выше, быстрее. Легат явно надеется, что я вновь буду уклоняться, а потому защиту я вновь пробиваю. Мое колено бьет в нижнюю часть его шлема, делаю сальто, и уже на излете, оказавшись за его спиной, бью обоими мечами одновременно.

Крыша содрогнулась от приземления наемника, тот опасно закачался, едва не сверзившись. Развернулся.

— Дерись, трус!!!

О, задыхающийся крик — хороший знак.

Вместо ответа я подбрасываю короткий клинок, рву поясную сумку, затем успеваю подхватить оружие, а в Легата уже летит дымовая шашка.

Я отступил, ожидая, что в дыму Легат начнет исступленно кромсать воздух, как Тангейзер сарацин, но из дыма вдруг вырвалось огромное, как черное ядро. В щели забрала глаза Легата пылали яростью.

— Ты!!!

Его широкий меч, словно выкованный из десятков топоров, стал быстро опускаться. Я выставил катану, удара сперва не ощутил, лишь брызнули вишневые капли раскаленного от столкновения металла. Затем по руке ударило, запястье больно вывернуло, по локтю прошла волна онемения. А инерция выпада гнула и гнула ко мне скрещенные мечи!

Легат заорал победно, навалился всем весом. Его клинок ударил по моей плечевой пластине, одновременно зажимая мой собственный меч в самом неудобном положении.

Мы ударили одновременно. Я двинул коленом в пах и добавил левой рукой, тщась вонзить короткий меч куда-нибудь в печень. А Легат коротко и мощно качнул большой, как котел, головой в черном шлеме.

Перед глазами вспыхнуло! От гулкого «бам-м-м» в глазах раздвоилось. А в следующий миг я осознал себя уже сидящим на крыше.

— Сдохни!!!

Легат вновь прыгнул, выставив меч на манер копья. Я откатился, отпрыгнул, крыша застонала, когда рядом со мной образовалась новая дыра от меча наемникам.

«Быстрее же!»

Второй прыжок дался легче. В этот раз даже ветром не обдало, Легат остервенело выматерился, выдергивая меч из крыши.

— Я все равно доберусь до тебя!

— Обломишься!

Вскочить, увильнуть от выпада и не клюнуть на обманный маневр — бах! Печная труба превращается в кирпичное крошево.

— Как… — Он сорвался на какой-то совершенно дикий визгливый хрип. — КАК ты смог привести их сюда?! Да еще в таком количестве?!

— Я просто старался.

Легат попер с яростью быка, воздух застонал, перед глазами вспыхнуло от серии взмахов. Блокировать вновь не пытался, уворачивался и прыгал, используя ключевое превосходство.

— Да ты больной! Где ты их нашел-то?!

Я легко увернулся от не слишком удачного выпада, огрызнулся:

— Просто у меня активная жизненная позиция!

Хрясь!

Часть крыши рухнула вместе с переборками, Легат отступил и… закричал от боли. Он закачался, угодив ногой в одну из дыр, послышался хруст и стон железа.

А вот теперь пора!

Я швырнул тело в прыжок, от удара внутри все зазвенело, когда налетел на гиганта — будто в гранитный утес впечатался!

Ударил мечом по его правой руке, отбиваясь, примерился, и с силой вогнал короткий клинок в щель забрала.

Ужасающий вой потряс! Легат рубанул свободной рукой, меня отшвырнуло. Наемник не переставал орать, из-под бронированной личины потоком шла кровавая пена. Но… он еще жил!

Забыв про торчащий из переносицы меч, Легат выдернул ногу из дыры. В сапоге хлюпнуло, между пластинами доспеха потекли красные струйки. Но обезумевший от боли, он не только смог двигаться, но и заработал клинком так, что у меня похолодело внутри.

Хрясь! Новая дыра в крыше, под ногами опасно заскрипело, прогнулось. Едва успел пригнуться, как над головой прогудело, словно самолет едва крылом не задел. Бах! Флюгер, притороченный к тонкому бревнышку, срезало, будто тростинку!

Я изо всех сил прыгал, стремясь не угодить в яму, но еще больше — под страшный клинок, рубящий все вокруг, от него даже воздух стонал.

Легат замешкался у края крыши, помотал головой, расшвыривая тяжелые красные капли и клочья пены. Склонил голову, словно теперь мог видеть лишь одним глазом. Я видел, как доспех на могучей груди вздымается и опускает, а дыхание вырывается с хлюпающим хрипом. Удерживая одной рукой гигантский меч, Легат второй зажимал рану на боку, между пальцами набухают пузыри черной крови, дымящейся на морозе.

— Где… ты… — прохрипел он. Закашлялся. Вновь провыл: — Где ты, Лис?!

Я не знал, а вдруг это очередная уловка? Но время давно закончилось, я безнадежно опаздывал. В дыму ни черта не видно, но мертвечиной разит так, что дышать тяжело.

«Пора!»

— Я здесь!

Легат развернулся быстро. Даже успел блокировать удар меча, но меня уже было не установить. Катана исполосовала его доспех, слишком крепкий, чтобы легко разбить, но в любой броне есть слабые места.

Наемник взвыл в отчаянии, захлебываясь кровью.