Фэй. Сердце из лавы и света - Катарина Херцог

К сожалению, скептицизм мамы по поводу решения Карлссона не продержался долгое время.

– Еще ни одному архитектору не удалось настолько хорошо реализовать мои задумки. Удивительно, как вам успешно удалось совместить функциональность и эстетику, – промурлыкал он. – Я был уверен в вас, когда получил план гостиницы, да и ваши предыдущие работы говорили сами за себя. Очень хочу работать с вами на долгосрочной основе, – продолжил Карлссон. – Недавно я купил строительную площадку в Новой Зеландии.

– Новая Зеландия! – морщинки на лбу мамы разгладились. – Расскажите поподробнее.

Карлссон посмотрел на джип. Было видно, что он торопился уехать.

– Ну, у меня осталось совсем немного времени, – сказал он.

Карлссон достал свой мобильный и показал ей фотографию.

– Отель находится прямо на пляже Коекохе, – продолжил он еще немного, прежде чем снова взглянуть на часы. – Но сейчас мне действительно пора… Если у вас будет время, я подробнее расскажу об этом проекте. Может быть, даже за ужином… Сегодня в восемь… Я пришлю за вами водителя.

Мама кивнула.

– С удовольствием. Я давно мечтала съездить в Новую Зеландию.

Карлссон улыбнулся.

– Как хорошо, что я, возможно, могу внести свой вклад в исполнение этой мечты.

Меня сейчас вырвет. Этот треп был невыносим!

– Но дерево нельзя срубать, – выпалила я. – Просто постройте свой отель в другом месте.

– Фэй! Достаточно! – мама сердито посмотрела на меня.

– Ох, оставьте это! – легкомысленно произнес Карлссон, но пронизывал меня своим угрожающим взглядом. Я попыталась отвернуться, но как ни старалась, просто не могла пошевелиться и вспотела от напряжения. Этого просто не могло быть! Карлссон смотрел прямо на меня. А я на него. Я даже не могла закрыть веки. Мне показалось, что я чувствую его пальцы на своем горле. Они безжалостно сжимали мою шею все сильнее и сильнее. Мое дыхание было прерывистым. Вот-вот я потеряю сознание. Окрестности начали расплываться перед моими глазами. Почему никто не хотел мне помочь? Они должны были видеть, что мне нехорошо. Я пыталась кричать, но из моего горла не вырывалось ни звука.

– Вот оно! – будто сквозь сон я услышала голос строителя.

Карлссон отвел от меня взгляд, и я снова смогла дышать. Потребовалось несколько вдохов, чтобы паника утихла. Я потерла шею рукой. Бред! Неужели я действительно вообразила, что меня душит невидимая сила? Но я определенно прочувствовала на себе холодный взгляд Карлссона и его беспринципность. Он не был просто очаровательным мужчиной. У Карлссона была и другая сторона, которая мне совсем не нравилась: для достижения своей цели он ходил по головам. В данном случае по деревьям. Он действительно собирается срубить дерево. Я должна помешать ему. Вопрос только в том, как. Непроходимая изгородь из шипов, высотой в метр, как в «Спящей красавице», определенно помешает процессу. Например, боярышник, возле которого мы стояли, может помочь. Из-за сказки братьев Гримм Crataegus monogyna также называли шипом сна. К сожалению, боярышник был всего около полутора метров в высоту и одного метра в ширину, а рос максимум на 25 сантиметров в год.

– Может быть, ты сможешь немного поторопиться! – прошептала я кусту и провела указательным пальцем по одному из его белых цветов.

Строитель полез в сумку, чтобы показать нам улику. Она была сделана из стекла. Со свечой внутри.

Лампа! Меня начало бросать то в жар, то в холод. Вчера вечером я оставила ее у корней бузины, а потом просто забыла. Из-за Арона… Если они узнают, что фонарик из домика, значит, они узнают обо мне! Карлссон снова посмотрел на меня, хотя я все еще пыталась избежать его взгляда. А мама может подумать, что это я сломала экскаватор. Она знала, чем мы занимались в Зеленых Дьяволах. Я могла только надеяться, что такие лампы не редкость в Исландии. И что мама не успела внимательно осмотреть крыльцо. Когда ее взгляд на мгновение коснулся стекла, выражение лица казалось совершенно нейтральным, но все же мне пришлось перестраховаться.

– Ой! Выглядит мило! – вскрикнула я и, для лучшего эффекта, закрыла лицо руками. – Это исландские фонарики? А можно купить что-нибудь подобное здесь?

– Без понятия! – прорычал коренастый мужчина.

Я избегала взглядов других присутствующих. Должно быть, все они думали, что я была совсем дурочкой, но в данный момент мне было все равно. Если бы мама подумала, что я во второй раз за несколько дней преступила закон, она бы прилипла ко мне как банный лист, и еще долго я не смогла бы сделать и шага без ее надзора. Мне действительно нужно было узнать про фонарики.

– Могу я взглянуть на него? Возможно, там указана марка.

– Фэй, пожалуйста, прекрати! – сказала мама с явным раздражением в голосе, но, к счастью, рабочий уже отдал его мне, достаточно грубо предупредив, чтобы я была осторожна.

– Ага. Какой он красивый! – я восхищенно держала его на солнце и крутила взад и вперед. Стекло было особенно тонким по краям. Очень хорошо. Я позволила фонарю выскользнуть из моих пальцев, что было совсем несложно с моими дрожащими руками, и стекло разбилось о землю. Не мелкими осколками, но главное, что лампы больше нет.

– Упс! – я выглядела расстроенной.

– Господи, девчонка! – прокричал строитель.

– О, Фэй! – простонала мама.

– Разве нельзя было поосторожнее? – рявкнул Карлссон. На его лбу появилась вена, но на этот раз я не совершила ошибку и смотрела на мочку его уха, а не в глаза.

– Не делайте из этого драму. Она же не специально, – вступился за меня Арон, к моему безграничному изумлению.

– Точно, – Лиля тоже встала на мою сторону. – Я тоже постоянно роняю вещи, – она немного оттолкнула лошадей в сторону, чтобы они случайно не наступили на осколки.

– Мне очень жаль, – жалобно произнесла я. – Он просто выскользнул из рук, – я опустилась на колени, чтобы собрать осколки.

– Я помогу тебе, – Арон присел рядом со мной. Его взгляд встретился с моим, и я заметила, как он пытается скрыть ухмылку. Я поняла, что он все знал, и мысленно вздохнула.

– Позволь мне это убрать, – Арон осторожно взял осколок из моей руки.

– Вас подвезти? – спросил Карлссон у мамы, когда остатки улик исчезли в сумке.

– Я, пожалуй, пройдусь, – ответила она. – Увидимся вечером.

Карлссон и Арон уехали. Сзади я видела, как он возбужденно разговаривает со своим племянником. Он дико замахал руками, и все его тело, казалось, находилось в движении. Очевидно, Арон снова вызвал у него недовольство.

Так же, как и я у мамы.

– Чем ты думала, когда разговаривала с господином Карлссоном в таком тоне? – огрызнулась она, как только джип выехал на дорогу. – Никогда не делай этого снова. Ты хоть знаешь, что моя карьера зависит от этой работы? Нет, ты этого не знаешь, – сказала она. – Потому что ты всегда думаешь только о себе. И ты не задаешься вопросом, почему ты живешь в хорошей квартире и получаешь почти все, что хочешь. А я должна много работать для этого. Так что оставь меня в покое и больше не упоминай ни слова про это чертово дерево, – она недовольно развернулась и ушла.