Невозможный маг - Галина Львовна Романова

Но самому юноше не спалось. Он сидел, откинувшись назад, прижавшись затылком к стене, и сосредоточенно размышлял.

Обитель так и не уснула. То есть, разогнав послушниц и волшебниц рангом поменьше, старшие наставницы собрались на совет. Этот зал был надежно защищен от прослушивания и просвечивания всеми видами магии. Не то чтобы жрицы самого могущественного Ордена на планете опасались, что их секреты могут попасть в руки врага. Просто лишь избранные могли знать, чем здесь занимаются. Ибо колдовство, которое иногда вершилось в этих стенах, было запрещено в давние века.

Наставницы собрались возле круглого алтаря, на который сверху падали девять лучей света. Искусно подобранные линзы расщепляли обычный луч на девять, а не на семь составляющих, так что все девять лучей были разного цвета. В центре алтаря находилась девятилучевая звезда в рост человека. К четырем ее лучам крепились ремни. На алтаре лежала пережженная веревка, и все наставницы смотрели на нее. В этом маленьком знаке только слепая не могла заметить знака судьбы.

— Мы не должны этого так оставлять, — нарушила молчание одна из наставниц. — Особенно сейчас!

— А что сейчас? — тут же откликнулась другая. — Пока еще ничего не произошло…

— Вот-вот! Мы не сделали даже самого первого шага! Мы не сделали еще НИЧЕГО! Мы не имеем права рисковать нашими планами!

— Значит, надо поскорее что-то предпринять, — рассудила третья. — Пока не стало слишком поздно.

— Но что мы можем сделать? — Вторая наставница продолжала упорствовать.

— То, что и планировали, — подумала вслух первая.

— Нет! Только не это! — Долго молчавшая четвертая подняла руку, привлекая внимание. — Раз мы знаем, что у нас есть враг, мы сначала должны обезопаситься от него. То есть сначала мы должны выяснить, что ему известно, насколько он опасен, и только потом решать, что с ним делать.

— И нельзя ли использовать его в своих целях? — подала голос пятая.

Все остальные воззрились на нее с удивлением.

— А что вы так на меня смотрите? — пожала она плечами. — Если мне не изменяет память, он был когда-то медиумом! Значит, с ним кто-то работал. Медиумов тоже учат, развивают их память, и, значит…

— Ну конечно, сестра! — воскликнула первая наставница. — Это выход! Если он когда-то был медиумом, то это меняет дело! Кто-нибудь из вас работал с медиумами? Кто знает, чему и как их учили?

Наставницы переглянулись. Да, никто не брал талантливых юношей, так сказать, с улицы. Их сначала проверяли на наличие дара, потом этот дар развивали определенным образом, учили им управлять — и заодно дрессировали, чтобы обретший магическую силу мужчина не вздумал однажды обратить свои знания против наставниц. Каждого медиума обрабатывали в двух направлениях — во-первых, «обрезая» его дар до нужного уровня, а во-вторых, запирая его в строгие рамки, словно надевали ошейник с шипами на строптивого пса. Ибо всем известно, что мужчины от природы наделены властолюбием и стремлением добиться цели. Мужчина, ставший магом, мог захотеть власти в Ордене, а этого Видящие не могли допустить. Если юноша был медиумом, у него в мозгу должны были остаться неактивированные команды. Стоит только одной из волшебниц произнести нужную формулу — и…

— Значит, сначала надо разобраться с ним, а потом уже решить, как действовать, — подвела итог вторая наставница. — Кто этим займется?

— Я, с вашего позволения, — подняла руку та, которая предложила эту идею. — Только мне надо знать, где он, чтобы я смогла с ним работать!

— И, кстати, что с порталом? — подала голос третья наставница, самая молчаливая.

Видящие переглянулись, и глаза у них полезли на лоб. Об этом надо было подумать в первую очередь!

— Скорее! — Первая наставница сорвалась с места, увлекая за собой и остальных. Волшебницы выбежали из комнаты и помчались в зал переходов, где были устроены несколько порталов.

Дежурная волшебница обнаружилась на внешней галерее недалеко от зала. Она стояла, с любопытством прислушиваясь к звукам Обители.

— Как хорошо, что хоть кто-то пришел! — обрадовалась она. — Что там за шум?

— Что с порталами? — перебивая друг друга, закричали наставницы. — Порталы? Они закрыты?

— Ну… почти. А что? Что-нибудь не так? Но мне же сказали, что сегодня ночью нужен портал. Я все приготовила, активировала, настроила на прием и переход…

— Портал? — чуть ли не взвыла старшая наставница, хватая ее за грудки. — Скажи, он открыт?

— Вообще-то да. Я только на минуточку отлучилась, а до этого никуда не уходила. Он до сих пор открыт, хотя я заметила, что им воспользовались, — заговорила дежурная, по очереди вглядываясь в постепенно мрачнеющие лица наставниц. — То есть через него прошли. Я еще тогда подумала: ну что за народ пошел! Воспользовались порталом — закройте за собой, а то неизвестно кто проникнуть может! Я как раз хотела выяснить, кто это сделал, чтобы в следующий раз… А что случилось?

Волшебницы переглянулись. Им не было нужды что-то объяснять. И так все было понятно.

— Идите к порталам, — сухим голосом, не глядя на дежурную, распорядилась старшая наставница. — Закройте их все, опечатайте и не отходите от них вплоть до особого распоряжения. Это приказ! Если хоть кто-то, кроме меня, явится к вам и попросит уйти — разрешаю применить Силу! Сестры, за мной!

Наставницы направились прочь.

— А что случилось? — долетел сзади испуганный голос дежурной.

Уже несколько лет старую слепую Видящую не тревожили. Старуха жила в Обители, но ее больше не приглашали на заседания совета, к ней не обращались за помощью, ее не посвящали ни в какие планы. Будучи одной из самых старших Видящих — помнила еще легендарного короля Торандира, — она оказалась в стороне от активной жизни. Про нее практически все забыли, а если и вспоминали, то только для того, чтобы вздохнуть — когда же смертельная болезнь всех эльфов, скука, заберет ее с собой. Слепая старуха целыми днями сидела в своей комнате у окна, и две девушки-послушницы ухаживали за нею. Они оставались единственным звеном, связывающим ее с миром. Время от времени старая волшебница посылала одну из послушниц за новостями, и всякий раз ее старое сердце замирало — что будет? Вернется ли девушка? Захочет ли снова состоять служанкой при слепой? Или, что еще страшнее, а вдруг ее насильно задержат, чтобы она больше сюда не пришла?

Комната, в которой поселили слепую старуху, находилась далеко. Сюда практически не долетали никакие шумы извне, но в ту ночь старуха проснулась сама и резко села на постели, уставившись в никуда белыми глазами.

— Девочки! — закричала она, протягивая руки вперед. — Девочки, ко мне!

Испугавшись неожиданного крика, послушницы вскочили. Из-за тесноты они спали в одной постели и сразу бросились к старой волшебнице.

— Девочки! — Она схватила их протянутые руки. — Что-то случилось! Только что?! Что-то… что-то невероятное! Скорее! Бегите и все узнайте! Бегите!