Барон страданий - Амврелий

— …

— Нет, он был смущен и прятался под снегом, когда я нашел его, но знаешь, личность у него вполне была более приятней, чем у тебя, — Еще более сильное разрастающееся раздражение Хатимана сразу заставило Кумабити опустить свой взгляд к земле. А как только сорящийся со своим фруктом Хатиман повысил голос, Кумабити и вовсе потер глаза. То, насколько сильно он ощущал себя не в своей тарелке, было просто непередаваемо.

— Кхм. Хатиман, давай вернемся уже на корабль, — И к удивлению самого Кумабити, эти далеко не самые громкие слова заставили Хати сразу заткнутся. Парень лишь замер, и успев только похлопать глазами, сразу удивленно уставился на Кумабити.

— Ты же сказал, что они на вершине горы.

— Были, три часа назад. Я думал вы вернетесь раньше, и мы пойдем туда вместе. Но они уже спустились. И из-за того, что были чем-то нагружены, ушли на корабль, — Хатиман молча моргнул, и…нечитаемым взглядом осмотрел всего Кумабити. Его немного испачканный серьезный костюм, а также смущенное лицо.

— И они не вернулись, чтобы помочь тебе в случае чего? — Взгляд Хати казалось вернулся к совершенно обычному. К тому состоянию, в котором парень мог даже анализировать связь взаимоотношений, на которую ему было плевать, — Как бы они отреагировали, если бы ты здесь умер из-за жуков? — Только казалось, спрашивал он все это не из-за того, что был недоволен Баронами, которые оставили человека в опасном месте одного, — Это ваше так называемое дружеская взаимовыгодная поддержка?

— Эм-м… — Однако Кумабити от еле насмехающегося тона лишь смутился еще сильнее. И посмотрев себе под ноги, слегка сгреб рукой комок пыли, который сразу же и подкинул в воздух, создав перед собой завесу. Правда то, что с ней стало следом, вполне могло бы считаться молчаливым ответом на вопросы Хати. Пыль остановилась в воздухе, словно стена, — Я не могу останавливать крупные вещи, но делать из мелких — щит, вполне, — Пока тишина продолжала висеть, Хати даже приоткрыл свои глаза. А только он повесил ананас обратно на свой пояс, так сразу попытался до щита и дотронуться.

Хоть он прямо сейчас не глядя и использовал клинок для создания слешей, сосредоточиться на удивительной вещи это ему не помешало. И как Хати убедился, стена из пыли действительно не продавливалась, даже когда он приложил силы. Удивление на лице парня было явным.

— Даже пули обычно не могут пробиться через это. А вот пушечные ядра смогут очень сильно промять, — Как и Хати Кумабити точно так же не обращал сейчас внимание на окружающих жуков, словно каждый верил, что они не подойдут, — Но кстати если так заморозить уже пушечное ядро, то его будет пробить куда сложнее, чем пы…

Кх*

Но неожиданно, к удивлению самого Кумабити, его щит все же оказался пробит. Пальцы Хати резко впились в пыль с удивительной скоростью, и смогли выйти с обратной стороны. А через секунду Хати усмехнулся, и вытащив пальцы, пошел попросту в сторону корабля. Сидящий же на месте Кумабити только и смотрел немигающим взглядом в сторону своего пробитого щита.

Удивление на его лице хоть и нельзя было прочитать, однако вот шок в глазах был заметен очень ярко.

— Простыми пальцами… — Мужчина еле вздохнул, и перевел взгляд к спине молча уходящего Хати, — Даже ядра пробивают щит не так быстро…Действительно сложно найти кого-то, кто умеет настолько много вещей, — Шок постепенно сменялся серьезностью. Тихо вздохнув, Кумабити в конце концов поднялся с пола, и заставив щит упасть, поспешила догнать Хати. Тот сейчас можно сказать создал вокруг себя безопасную зону, к которой жуки попросту не могли подойти.

Правда, даже когда Кумабити догнал Хати, тот не ускорил свой еле плетущийся шаг, и словно даже не собирался как можно быстрее вернуться на корабль. Он просто шел с особо хмурым лицом, словно опять кто-то подбил его настроение, однако сам с собой уже не говорил. По крайней мере первое время, пока они отдалялись от горы.

— Задрал уже, — Недовольно пробубнил себе под нос Хати, как только почесал подбородок. В мгновение ока он привлек скрытый взгляд Кумабити, — Мне твои нотации о важности чужой личности не трогают. И то, что своими словами я наношу душевны травмы, которые куда серьёзней физических, меня так же не трогает. Хотя нет, я даже этому рад. Если я с кем-то разговариваю грубо, значит его генофонд это ошибка. Угадай, что бы я хотел, чтобы такие люди с собой сделали?

— …

— Нет, чтобы ты совершал что-то подобное я не хочу. Однако ты продолжаешь мне говорить вещи, которые меня бесят. Думаю, что оставлю тебя в своей каюте и брать с собой не буду, чтобы ты подумал над своим поведением.

— …А из-за чего у вас спор? — Тихим голосом спросил Кумабити, не так давно поравнявшийся как-раз рядом с Хати. Однако вопрос тут же приковал ледяной взгляд.

— Не лезь не в свое дело, а то я тебе оторву уши, — Ответ был особо грубым. Правда Кумабити он не заставил даже поджать кубы. Только и тихо вздохнув, он окончательно погрузился в себя, и продолжал путь уже молча, даже не обращая внимание на ссоры Хати. Правда в конце то концов, преодолели весь остров они не за такой уж и большой срок. Жуки, которые их преследовали от горы большую часть пути, уже даже все передохли. Оказались около судна они с только вдвоем.

Однако им двоим предстала немного нестандартная картина. У утеса стояло два корабля, и Бароны сейчас перетаскивали вещи с родного, на незнакомый. Их белое, красивое судно уже даже на первый взгляд было практически все опустошённо, и были даже сняты паруса. А вот незнакомое, которое было хоть и некрасивое, но даже на первый взгляд имело куда больше парусов, было под завязку набито их же вещами.

— Что происходит? — Все еще стоя на утесе, Хати удивленно осмотрелся по сторонам, и сразу встретился взглядом с Пандорой, которая очень довольно сидела в вороньем гнезде незнакомого корабля.

— Мы поменяли судно. Нашли заброшенный корабль, когда осматривали остров с вершины перевернутой горы. Тут был пиратский влаг, но мы его поменяли. Скажи же, что он круче нашего прошлого? — Хати сразу приподнял свои брови, и только начал сравнивать два судна, как Кумабити без какого-либо интереса в глазах пошел к новому кораблю. Даже не осматривая ничего, он прошел мимо стоящего на палубе Либала, и к каютам. Казалось, он был