Ожог от зеркала - Александр Доставалов

Тарас не пытался уходить – по лицам казаков он ясно понял, что делать этого не следует. Три трупа. Стало быть, будет допрос. Дознание, протокол, ушедшая незнамо куда информация... Не стоило влипать в такие вещи.

И всё же он вздохнул с облегчением, чувствуя, как отлегло от сердца. Варька цела. Варька цела, и хвала Создателю. А остальное как-нибудь перетрётся.

– Это ты их? – спросил хмурый казак, на вышитом кафтане которого не было колючек. Лучник отрицательно помотал головой.

Тётка, сидевшая в самом углу, вытянула длинный палец, указывая на Варьку. Говорить она не могла, только беззвучно разевала рот.

– Ведьма, – восхищённо сказал один из младших торговцев, заканчивая затаптывать последние огоньки. Казак перевернул одно из тел, с характерной серьгой в ухе.

– Кажись, Мустафа. Наконец-то завалили. Неужто ты?

Хрупкая Варька покаянно кивнула. Отпираться при таком количестве свидетелей было бессмысленно.

– Молодец, девка.

Казаков в лавке собралось уже шестеро.

– А чего это вдруг...

– Так она деньги вынула. Цельный кишень. – У тётки в углу вдруг прорезался голос. Она уже приподнималась на тонких кривых ногах, каким-то образом это угадывалось, несмотря на длинное, до полу, платье. – Много денег.

– Ты с деньгами-то поосторожнее, – нравоучительно сообщил Варьке старший наряда, и тут Тарас понял, что на этом и закончились все формальности.

– Отволоки их в холодную, – сказал хозяину лавки старший казак. Остановился, придирчиво глядя на Лучника, на валявшийся арбалет, хотел что-то спросить, но, видимо, передумал. Один из приказчиков уже протягивал пострадавшему чистый, снятый с витрины платок. Лучник приложил его к ране.

– Протокол составлять будете? – скучно поинтересовался казак в «оплётке». Судя по интонациям, протокол здесь на хрен никому не требовался. Мол, три трупа в лавке – это дело житейское. Тарас даже подумал, что, если Варька согласится на протокол, последует что-нибудь вроде «формы закончились» или «пиши сама, как знаешь», но Варвара отрицательно замотала головой. Казаки, помогая приказчикам, взяли тела за руки и поволокли их наружу. Тарас, Лучник, Лёнька и Варвара вышли в другую дверь и сразу пошли в сторону стоянки.

– Как тут у вас просто... – восхищенно сказал школяр.

– Граница, – объяснил Лёнька. – Если б казака зацепил, хана тебе, а этих... – Он беспечно махнул рукой. – А чем это вы их грохнули?

– Она, – разлепил губы Лучник и поморщился. Тарас вытащил из-за пазухи коробочку с бальзамом. Лучник подставил ладонь, вопросительно посмотрел на школяра, тот кивнул, и принялся накладывать мазь прямо на разрубленную щёку. Затем снова прижал к ней окровавленный платок.

– Странно всё-таки. Даже не спросил, кто мы такие.

– Да какая разница, – снова ответил Лёнька. – Если беглые, так отсюда выдачи нет. Не принято. А если из благородных каких или бояре, так сами б захотели бумагу составить. И потом, без протокола всё, что там было, казакам достанется.

– Так они и Мустафу себе припишут? – полуутвердительно спросил Тарас. Лёнька крутнул лопоухой головой.

– Не, это не принято. Запишут, убили на рынке в драке, и всего делов. Если вообще что-нибудь запишут. Нажрутся вечером.

Тарас вспомнил лица всех шестерых и подумал, что двое точно нажрутся. Насчёт остальных было непонятно. Впрочем, всё оборачивалось не так уж плохо.

– А ты-то что ж? – укоризненно спросил он Лучника. Тот виновато пожал плечами.

– Да это звери, а не ребята, – и здесь объяснил Лёнька, как будто был не в цирюльне, а в одежной лавке. – Я не пойму, как девчонка могла с ними совладать.

Варька улыбнулась ему так, что пацан сразу заткнулся и дальше всю дорогу молчал. Не восприняли всерьёз, подумал Тарас. По виду действительно не скажешь. Фифа с кошельком да при одном охраннике. Деньги забрать да лавку поджечь – уходить при пожаре проще. А тут «крылышко дракона». Или она всё же оба нацепила?

Он вспомнил, как лежали тела, и содрогнулся. У двоих было разорвано горло, в груди третьего торчал чей-то нож. Отбить чужой удар так, чтобы он пришёлся в соседа, – это классическая тактика «струнного дракона». Им бы с Варьки начинать, как тому оглоеду в тверской лавке. Недооценили. Да и тот всерьёз не воспринял, остальных припугнуть хотел. Кажется, Клещ... И Муха. Как будто несколько лет прошло.

Тарас посмотрел на Лёньку. Парнишка хмурился, но шёл ходко и вопросов больше не задавал.