К чему приводят девицу... Объятия дракона - Анна Рассохина

— Ма-шерра, позволь мне подойти и помочь тебе, заодно и поговорим.

Глупое девичье сердце взволнованно подпрыгнуло в груди, слезы сами появились в глазах, и мне до боли захотелось кинуться в объятия своего любимого. Сердце плакало, кричало, умоляло послушаться Арриена. Я вспомнила слова Олии и бабушки, что нужно слушать лишь свое сердце, но разум не дремал. Он злился, опровергал, указывал на очевидное. С остервенением я продолжала вырывать морской булыжник. В итоге сломала ноготь и упала на колени. Шайна отбросило на шаг назад. Волк жалобно заскулил.

— Ма-шерра, — жених поднялся на ноги, — тебе не кажется, что уже хватит боли в нашей жизни? Я хочу всего лишь поговорить с тобой. Клянусь, что не причиню тебе зла!

— Вы уже однажды обещали, что не обидите меня, — я воспользовалась подсказкой разума, — однако, не раздумывая, нарушили свое обещание!

— Ма-шерра, я помогу убрать тот шрам, потому что кровь дракона обладает целебными свойствами, — тихо произнес Шайнер.

— Не утруждайтесь! — Я со злостью разгребала песок, поднимая со дна муть и мусор. — Мне уже помогла живая вода!

— Да сними ты уже этот хмарный браслет! Позволь мне подойти! Можешь ударить, я все стерплю, только объясни мне уже наконец, отчего ты сбежала от меня после всего того, что между нами было? — начал злиться Арриен.

И это он сообщил при всех! Что теперь обо мне подумает мой друг да и остальные мужчины? Я покраснела от гнева и стыда.

— Нилия, да посмотри ты на меня! — повелительно рыкнул дракон.

— Не хочу! Насмотрелась уже! — огрызнулась я.

Шайнер сделал несколько отчаянных попыток подобраться ко мне, но его раз за разом отбрасывало на песок. Теперь жених разозлился по-настоящему:

— Если ты не скажешь мне, в чем дело, я сожгу весь этот город к хмару лысому!

Я подняла голову и увидела, что Шайн частично перевоплотился: черные когти на руках и синяя чешуя на лице говорили об этом. Я тоже вскипела:

— Что я должна вам сказать? Сообщить то, что услышала в оранжерее? Напомнить вам, что говорила ваша любовница своей подруге?

— К-какая еще любовница? — ощерился Арриен.

— Ой, только не делайте вид, что удивлены! Арри говорила мне, что вы сразу обратили внимание на Шекреллу, а я как-то не придала этому значения, за что и поплатилась. Хорошо, что мне удалось подслушать разговор двух дракониц о том, что вы с Шекреллой все продумали. От меня вам нужен только сын, потому что это приказал Фрест, и когда вы получите от меня наследника, то прогоните за ненадобностью, а сами женитесь на Шекрелле!

— Что за ерунда? — возмущенно посмотрел на меня Шайн, а потом перевел недоуменный взгляд на Андера.

Парень пожал плечами, а Шайнер вполне искренне сказал:

— Да это все ложь! Шекрелла никогда не была моей возлюбленной, все она придумала!

— Сударь, — я перешла на крик, — вы же сами просили у меня сына! Неужели не помните? Вы говорили, что восстановите Ранделшайн, если я подарю вам сына! — Снова опустила глаза к цветку, это занятие позволяло мне не расплакаться от обиды.

Дракон шумно выдохнул и уже спокойно ответил:

— Я все помню, девочка моя, но получить наследника — это вполне естественное желание для мужчины. Если не веришь, спроси у любого парня.

Я посмотрела на Ксимера с Ларданом. Конечно, они оба кивнули. Перевела взор на Андера — друг, немного подумав, тоже подтвердил слова Арриена. Я, сдерживая рвущееся наружу бешенство вперемешку с рыданиями, опустила взгляд к цветку.

— Ма-шерра, — без надрыва проговорил Шайн, — это ты из-за Шекреллы сбежала? Хочешь, я выгоню ее из Торравилля?

Хотела в очередной раз огрызнуться, но в этот самый миг я наконец-то выдернула морской цветок из песка и упала назад, не рассчитав свои силы. Шайнер рванулся ко мне, но, как и всегда, был отброшен магией браслета. Мне помог подняться Андер.

— Ма-шерра, — послышалось с берега, — прошу, поговори со мной еще…

— Поговорить? О чем? О сыне, которого вам надо? Или о том, что этот ребенок убьет меня? — На меня накатила самая настоящая истерика. — Сударь, я уже неоднократно рассказывала вам о нашем семейном проклятии, но вы остались глухи к моим словам. Поймите, нам нельзя рожать сыновей! Господа мир Оллариль и мир Урбирель, это к вам тоже относится. Проклятие убьет любую из женщин мир Лоо’Эльтариус, когда она родит сына. Это случилось с нашей бабушкой Товилией. Это не Сульфириус убил ее, а проклятие!

Лардан так разволновался, услышав мои слова, что тут же перекинулся и спрятался за широкую спину Ксимера, а Андер открыл рот, узрев перед собой оборотня. Несколько мгновений все молчали, я переводила дыхание. Тишину нарушил друг:

— Может, пойдем, раз мы все собрали? — неуверенно спросил он.

— И как вам избавиться от этого проклятия? — наконец поинтересовался Шайнер спокойным, деловым тоном.

Я молчать не стала — захотелось показать дракону, что он не всемогущ и уж в этом вопросе от него ничего не зависит.

— Единственный, кто может нам помочь, это Рион. Но из-за его вражды с собственным братом он не станет этого делать. Я уже спрашивала.

— Так вот о чем вы просили мальчишку тогда в Эртаре… — прозрел Лардан.

— Именно об этом, — заверила я и объявила: — Сударь мир Эсморранд, отойдите чуть дальше, мне нужно выйти на берег!

Жених послушно отступил на три шага, поглядел на задумавшегося сверх обыкновения дуайгара и снова перевел взор на меня. Я ступила на горячий песок, высушила платье и волосы с помощью бытовой магии и, не глядя на мужчин, направилась прочь. В спину мне донесся тихий вопрос:

— Если я уступлю трон брату, он поможет вам?

— Вряд ли, — и горько и зловеще откликнулась я, посмотрев на демона. — Ваш отец с детства прививал ему ненависть ко всему нашему семейству, так что Рион лишь посмеется над нашими мучениями. Но вы же это не всерьез предлагаете, сударь мир Оллариль. Вы уже когда-то показали моей сестре, что вам нет никакого дела до ее чувств, что вам важны лишь ваши желания. Вам всем! Троим! — Я отвернулась от мужчин.

Дойдя до лошадей, не выдержала и расплакалась. Андер прижал меня к себе, погладил по голове и шепнул:

— Справимся, подружка! Мы обязательно со всем этим справимся!

Я уткнулась в его плечо, успев заметить, как невдалеке от нас неподвижно замерли на пляже трое мужчин, среди которых был он.