Лунатики - Юлия Набокова

— Она стоит десяти бойцов, — с гордостью заметил профессор и кивнул пленнице: — Отдыхай, Марта.

Девушка сонно моргнула, одернула белую больничную рубашку и сделала шаг по направлению к кровати.

— Нет, — потребовал мужчина в черном. — Пусть она разобьет стекло.

— Но это невозможно. — Профессор замялся. — Это пуленепробиваемое стекло. Ни одному человеку на свете не под силу его разбить.

— Пусть. Она. Разобьет. Стекло.

Профессор молчал, и тогда его визави резко добавил:

— Или я закрою лабораторию и сворачиваю все твои исследования.

Не выдержав его властного взгляда, профессор нехотя обратился к подопытной:

— Разбей стекло, Марта.

Девушка в один прыжок приблизилась к прозрачной стене. Худенький кулачок с кольцом ударил в стекло, сбив костяшки пальцев в кровь. Стекло даже не дрогнуло. Марта отбежала назад, примеряясь, и со всех сил бросилась на стекло. Раз за разом она повторяла попытки. Будто невидимая сила швыряла ее на неприступную преграду, сдирая кожу до крови, но подопытная словно не чувствовала боли. Мужчина в черном завороженно наблюдал за ней, и на его тонких губах играла кривая улыбка.

— Как видишь, она совершенно послушна, — заметил Полозов. — Давай на этом остановимся.

— Пусть продолжает, — прозвучал безжалостный голос в ответ.

— Это убьет ее, — угрюмо возразил профессор.

— Или сделает сильнее. — Мужчина в черном жадно прильнул к стеклу, о которое, как бабочка о лампу, билась девушка. — Истинная валькирия, — с восхищением заметил он и положил руку на стекло.

Словно почувствовав его касание, девушка с нечеловеческой силой швырнула себя на стекло — и упала на пол сломанной куклой. Ее шея неестественно выгнулась, застывшие глаза смотрели через стекло на начищенные носки дорогих черных туфель. Кольцо на выброшенной в сторону руке сверкнуло синими бликами в последний раз и потухло, вместе с жизнью хозяйки из него ушел свет.

— Жаль, — разочарованно произнес мужчина в черном. — Я думал, она способна на большее. Сворачивай эксперимент и освобождай лабораторию.

— Но, Константин! — в отчаянии вскинулся профессор. — Это глупо — сворачивать эксперимент на середине. Я предупреждал, что быстрых результатов не будет, но я уже смог добиться многого в исследовании лунатизма.

— Не впечатляет, — равнодушно ответил мужчина в черном.

Он отнял руку от стекла, собираясь уйти, и вдруг внимательно пригляделся. Ту сторону стекла прорезала тонкая трещинка.

— А впрочем, — он повернулся к профессору, боявшемуся вздохнуть, — я дам тебе последний шанс.

— Обещаю, что не разочарую тебя! — горячо пообещал Полозов.

— И еще. — Мужчина в черном взглянул на кольцо на руке мертвой девушки. — Дай мне ее кольцо.

— Зачем? — напрягся профессор. — Я бы не хотел, чтобы мои разработки покидали стены лаборатории.

— Твои желания меня мало интересуют, — отрезал меценат. — Мой сын захотел его себе. Я жду.

Профессор неохотно вошел сквозь неприметную в стене дверь в палату Марты, снял кольцо с еще теплой руки и преподнес хозяину тайной лаборатории. Мужчина в черном сжал кольцо в кулаке и вышел за дверь.

— Ничего, — сквозь зубы проскрежетал профессор, — когда я получу лунный камень, ты больше не сможешь мной командовать.

Когда Соня освежилась под душем и вышла из ванной, переодевшись в длинную футболку Марты, в квартире было темно и тихо. Соню захлестнула паника — показалось, ее бросили здесь одну.

— Эй! — охрипшим голосом позвала она и наугад двинулась по коридору. Пальцы нащупали выключатель у входной двери, и яркий электрический свет от лампочки под потолком резанул по глазам.

А в следующий миг из спальни мальчиков метнулась высокая тень, оттолкнула ее к стене и рявкнула голосом Яра:

— Свет!

Квартира снова погрузилась во тьму — еще более напряженную и пугающую, чем прежде.

Соня ошарашенно замерла, не понимая, в чем провинилась. От резкого толчка она выронила рюкзак, который несла в руках, а из пучка на голове выпала шпилька и волосы рассыпались по плечам, но Соня боялась шелохнуться.

— Первое правило лунатиков: не отсвечивать, — сгладил неловкость шуткой Лис, появившись в проеме. — Особенно в нежилых новостройках, где нас быть не должно.

— Извините, — пробормотала Соня, готовая провалиться под пол от неловкости. До нее с опозданием дошло, почему после заката никто не спешил включить свет в комнатах, исключение сделали только для ванной. В залитой светом квартире без штор на окнах, да еще под самой крышей, они оказались на виду у всего района. Она чуть не подставила всю команду.

— Надеюсь, нас не заметили, — проворчала Ви, выныривая из темноты.

— Почему ты ее не предупредила? — накинулся на девушку Яр. — Твое упущение!

Сонины глаза постепенно привыкали к сумраку, и она увидела, как Яр нависает над Ви, а Муромец маячит за спиной Лиса, готовый в любой момент броситься на защиту своей любимой.

— Не успела, — огрызнулась Ви.

— Ладно, проехали. — Яр шагнул в гостиную, где на полу грудой темнели спальные мешки, а Ви потянула Соню в комнату за углом.

— Прости, — пробормотала Соня, — я чуть всех не подставила.

— Джинсы надень. — Ви втолкнула ее в комнату и закрыла дверь.

— Что? — Соня неловко одернула футболку, доходившую до колен. Она вполне могла сгодиться в качестве ночной сорочки. Джинсы после душа она решила не надевать и убрала в рюкзак, а рюкзак выронила в коридоре. Сейчас, заметив, что Ви одета в джинсы и футболку, Соня поняла, что снова сделала что-то не так.

— Второе правило лунатиков: всегда будь готов бежать, — усмехнулась Ви и сунула ей в руки рюкзак Марты, который успела подобрать. — Мы не дома, Соня, мы на войне. А в одной футболке далеко не убежишь.

Соня вытащила свои джинсы из рюкзака, и, пока она одевалась, Ви деликатно отвернулась к окну, за которым тускло мерцал серп убывающей луны.

— Так-то лучше, — заметила Ви, когда Соня закончила. — Помочь тебе со спальником?

Спальный мешок оказался похож на кокон, Соня неловко влезла внутрь и вытянулась на полу, а Ви ее проворно застегнула. Соня попробовала шевельнуться, но спальник сковывал движения.

— Поначалу неудобно, да? — сказала Ви, укладываясь в свой спальник. — Ничего, привыкнешь.

Соне не хотелось привыкать к спальнику. Ей хотелось домой, в свою кровать, чтобы в квартире сверху привычно ссорились темпераментные соседи, а из-за стенки доносился мерный храп бабушки… При мысли о бабушке Соня дернулась, собираясь встать, но спальник не дал. Ви устало приподняла голову:

— Что?

Соня на секунду замешкалась. Ви только станет преградой в том, что она задумала. Хотя она может помочь ей кое в чем разобраться.