Осада Макиндо - Джон Фланаган

На лесной прогалине, которую Уилл окрестил Поляной Целителя, стало тесновато. В небольшом домике Малькольма уже разместились лорд Орман с Ксандром, так что Уиллу с Хорасом пришлось поставить одноместные палатки у одного края поляны рядом друг с другом, чтобы можно было относительно спокойно разговаривать. Скандианцы принесли с собой парусину и веревки с корабля и принялись сооружать общий навес на дальнем краю поляны. По крайней мере, в Лихой чащобе не наблюдалось недостатка леса, как подумал Уилл.

Посредине поляны соорудили большую яму для костра, на котором предполагалось готовить пищу и у которого скандианцы собирались отдыхать холодными вечерами. В первый вечер Хорас бросал на него неодобрительные взгляды, вспоминая пристрастие жителей северной страны к огню, шла ли речь о поджоге деревень или о простых посиделках с выпивкой.

– Какой большой костер, – с сомнением в голосе сказал он Уиллу. – Его могут увидеть за много миль.

– Особого вреда в этом нет, – пожал плечами рейнджер. – Подумаешь, просто добавится еще немного подробностей в легенду о Лихой чащобе, где тебя повсюду встречают зловещие огни и непонятные звуки.

В это же мгновение скандианцы, разгоряченные аквавитой – крепким напитком из зерен, который они щедро сдабривали семенами тмина и бочонки которого они захватили с собой с разрушенного корабля, – громко запели матросскую песню.

– Вот уж поистине зловещие звуки, – вставил свое слово Малькольм. – Если бы мне удалось воспроизвести нечто подобное, люди бы держались подальше от моего леса еще лет десять.

Один из скандианцев отделился от компании и подошел к небольшой группе наблюдателей, зажав в руке полную кружку, которую и вручил Хорасу:

– Вот тебе, генерал. Пей!

Хорас осторожно пригубил напиток. Он попытался сохранить невозмутимое выражение лица, но ничего не мог поделать с волосами, которые буквально встали дыбом. Когда к нему вернулась способность дышать, он протянул кружку обратно.

– Неплохо, – вымолвил он не без труда.

Скандианец расхохотался и хлопнул своего новоиспеченного командира по плечу. Уилл подумал, что представления о военной субординации у морских волков находятся еще в зачаточном состоянии.

– А ты силен духом, как я погляжу! – воскликнул скандианец и, шатаясь, отправился обратно к своим товарищам.

– О боже! – вздохнул Хорас, которому пойло до сих пор щипало горло. – Такой бурдой можно чистить доспехи от ржавчины!

При первых звуках песни на крыльцо хижины вышел Ксандр. Он постоял немного с презрительным выражением лица, рассматривая скандианцев, а потом не вытерпел и присоединился к небольшой группе наблюдателей.

– И долго будет продолжаться эта какофония? – спросил он, не обращаясь ни к кому конкретно.

Малькольм, Хорас и Уилл искоса посмотрели на Ксандра, но каждый решил, что спрашивают не его, и поэтому все предпочли помолчать. Ксандру не понравилось, что его игнорируют, и его лицо вытянулось еще сильнее.

– Малькольм, как, по-вашему, мой хозяин может уснуть при таких адских звуках? – ехидно спросил он.

Малькольм задумался.

– Согласно моему опыту, если человек достаточно устал, он может заснуть и при небольшом шуме, – парировал целитель.

– Небольшом шуме! – выпалил секретарь. – Вы называете то, что издают эти вар вары…

Уилл не дал ему закончить. Он зажал невысокому человечку рот ладонью, и тот бессвязно мычал до тех пор, пока наконец не замолчал, поглядывая со страхом на рейнджера. Глаза рейнджера, обычно веселые и приветливые, теперь казались ледяными, как будто чья-то незримая рука приподняла покров, скрывавший до поры до времени тайную сторону его натуры.

– Ксандр, – строго начал Уилл, удостоверившись в том, что внимание секретаря обращено на него, – с тех пор как мы обрели здесь убежище, ты постоянно ворчишь и жалуешься. Малькольм спас жизнь твоего хозяина. Он предоставил тебе кров и пищу. Эти скандианцы – варвары, как ты выразился, – мои друзья. Они помогут вам вернуть замок. Некоторые, возможно, при этом погибнут. Конечно, мы им заплатим за услуги, но факт остается фактом – они нам нужны. В отличие от тебя. Мы все устали от тебя, Ксандр. И ты должен понять, что ты нам нисколько не нужен. Так что, если я услышу хоть еще одно слово жалобы, еще одно презрительное замечание, клянусь, что лично отведу тебя в Макиндо и передам Керену. Это понятно?