Опасно быть студентом - Маргарита Блинова

Моя ладошка попала в плен огромной руки, тонкое лезвие перекочевало к Крысенышу в карман, а затем взятую в плен ладонь осторожно погладили горячими пальцами.

– Не получается у нас нормально разговаривать, – как-то отстраненно, с печалью на лице, тихо констатировал Хорст, продолжая легкие поглаживания.

Я дернулась, вырывая руку, и Темный не стал удерживать, хотя был физически сильнее.

– Эми – самое доброе существо из всех, – с неожиданной теплотой в голосе заговорил парень. – Она выросла у меня на глазах. Я водил ее на ярмарку, учил плавать, рассказывал на ночь сказки… Возможно, поэтому никак не могу поверить в то, что девочка стала взрослой.

– Так ты… Вы… родственники? – поразилась я.

Темный улыбнулся, и от этого недовольные черты лица разгладились, а он сам весь стал каким-то непривычно мягким.

– Она моя племянница.

Ну, конечно! Я чуть не треснула себя по лбу, внезапно осознав очевидное.

– Так вот почему ты хотел спихнуть Шарги домой. И вот почему Эми – единственная, кто отважно пошел против тебя и не подписал ту дурацкую докладную на меня. И вот почему она не смущается тебя! – догадалась я и тут же нахмурилась: – Доставала, а чем тебе Шарги не угодил?

– Всем, – безапелляционным тоном заявил он. – Слабый, молодой, без положения, без перспектив.

Я едва заметно улыбнулась. Уж очень сейчас Хорст напомнил мне Крестного. Вот точно с такой же интонацией тот отзывался о Руслане.

– Проблема в том, что Эмилии он очень нравится, – продолжил Темный. – Она увидела его год назад, когда я привел ее на совет, и влюбилась в этого невзрачного мальчишку, а когда встал вопрос о нашей поездке, она отказалась ехать без него. И ни я, ни семья не смогли ее переубедить!

Старательно сдерживаю рвущуюся наружу улыбку. Ай да скромняшка Эми! Так значит, вот как начались их отношения с Шарги. Но больше всего в этой ситуации меня веселила реакция Хорста. Он недовольно хмурил брови и нервно барабанил пальцами по коленке, словно обеспокоенный папашка.

– Ангел, – тихо позвал Темный, – посоветуй мне что-нибудь…

«Все! Я свой лимит на сегодня уже исчерпало», – заявило удивление и скрылось в неизвестном направлении.

– Гауф-ф-ф, – согласно сообщил песик и, лизнув мою руку, умчался в ближайшие кусты.

– А что тут посоветуешь? – вздохнула я и дружески похлопала растерянного дядюшку по плечу: – Смирись и жди! В конце концов либо ты, либо Эми измените свое мнение о Шарги.

Хорст хмыкнул и отвернулся, в очередной раз доказывая, что узколобые бараны своих мнений не меняют.

Эх, бедные несчастные Шарги и Эми! Чувствую, обеспечит им дядя веселую жизнь.

– Доставала, ну, посуди сам, – принялась я сыпать доводами. – Эми – влюбленная дурочка, и, если ей запретят встречаться с Шарги, она сделает все, чтобы быть с ним. Просто из чувства противоречия.

– Стоять и смотреть я не буду, – твердо сказал Темный.

– Так и не стой! – обрадовалась я, взволнованно сжимая пальцами мускулистое плечо парня. – Что тебе там не понравилось? Молод – ну, это быстро проходит. Слаб – сделай из него воина, – горячо продолжила я. – Без положения и будущего? Так помоги ему сделать карьеру. – На лице блондина мелькнуло нечто вроде понимания. – Шарги – не дурак, и если ему действительно нравится Эми, он сделает ради нее все и даже более!

– Мне не нравится Шарги, – честно признался парень.

Я громко фыркаю.

– А мне не нравится вставать по утрам! Но это – неизбежное зло, с которым приходится бороться на пути к счастью.

Хорст молча смотрел на меня какое-то время, по всей видимости обдумывая разговор, а потом по-мальчишески улыбнулся.

– Зазнайка! – дурашливо толкнул он меня в бок.

– Доставала! – широко улыбаясь, ответила я и с удивлением обнаружила в кармане брюк зеленое яблоко, которое, вероятно, прихватила со стола Натки.

– Кстати, – вспоминаю, громко хрустя немного кисловатым фруктом. – Эми – твоя племянница. Шарги – брат профессора Дарона. Еще родственники в группе есть?

Крысеныш улыбнулся и покачал головой, а потом сделал то, что по идее должен был сделать в первый день нашего знакомства: он начал рассказывать о тех, кто был в группе Темных.

– Ты в курсе, что Кимми и Корк не совсем лекари?

– О-о, – насмешливо протянула я, непроизвольно поглаживая живот. – Поверь, о последствиях лечения Кимми я еще очень долго не забуду!

Хорст расхохотался и, немного успокоившись, наклонился близко-близко.

– А правда, что ты ему чуть горло не перерезала?

– Это я так кокетничала, – делаю смущенную моську.

Темный засмеялся в три раза громче, а я вдруг застыла. Потому что вот он – Хорст. Сидит рядом и смеется. Такой теплый, такой нормальный и какой-то весь свой в доску.

А еще он улыбался!

– Что? – настороженно глянул парень.

– Впервые вижу, как ты улыбаешься, – призналась я и придвинулась ближе.

Коснулась его руки, почувствовала, насколько горячая у Темного кожа, другой рукой смело провела по влажным волосам, убирая за ухо непослушные светлые пряди.

Мне дико хотелось коснуться его улыбки. Понять, что в ней такого магического, что она так изменила Крысеныша. И я потянулась к нему губами, чем же еще?

«А любопытство Линку сгубило», – фыркнула кошка, живущая внутри.

Хорст просто смотрел на меня, продолжая улыбаться, то ли притворяясь, что не понимая, чего я хочу, то ли сознательно игнорируя. Не знаю, что было у Темного на уме, но, когда до таких вожделенных губ оставалась всего пара сантиметров, парень неожиданно отпрянул и громко выдохнул.

– Ангел…

– Мм-м?

Меня его демарш нисколько не смутил: упрямо подвинувшись еще немного, потянулась к заветной цели. Я была готова на все, в том числе схватить и насильственно удержать Темного ради удовлетворения собственного любопытства.

Парень вновь шумно выдохнул и резко встал.

– Ангел, то, что ты пытаешься сделать…

– Ой, да ладно тебе! – возмущенно поднялась на ноги и я. – Ты же хочешь этого, – уверенно глядя в серые глаза, сказала я роковую фразу, а потом еще больше ухудшила ситуацию, сделав шаг навстречу и прижавшись к невероятно горячему телу.

Чужие руки обожгли своим прикосновением, беззастенчиво начиная нагло исследовать мою спину и бедра. Тело откровенно кайфовало, а я продолжала смотреть в его глаза, ожидая, когда же этот упрямый осел наконец сдастся и поцелует.

Не дождалась…

Говорят, приличные девушки никогда не станут вешаться на шею парню. Ну, что сказать? Воспитание у меня и впрямь на редкость отвратительное.