Падение сквозь ветер - Олег Никитин

– Не отвлекайся.

– Мне показалось, что она без труда может рассказывать только о том, что было до июня. У нее действительно хорошо налажено хозяйство, разве что в доме как-то слишком много вещей. Она показала мне его комнату… Собственно, там мы с ней и общались. По ее словам выходит, что магистр был ею полностью доволен и во всем доверял, отдавал почти все деньги, которые получал в Ордене – сто дукатов в неделю или около того. Когда я попросил для музея все его личные бумаги, она вынула из сундука целую кучу тетрадей, перевязанных веревкой, и отдала мне. Кстати, читать она не умеет. Сказала, что Мегаллин изредка что-то записывал, когда был жив его отец, а потом забросил, потому что стал слишком поздно возвращаться из Ордена.

– И что же случилось в июне?

– Не знаю! У нее иногда проскакивали намеки, что еще с мая он стал какой-то странный. Ну, помните, она сказала, что по положению в доме чувствовала себя старшей. А в конце весны он вроде бы сделал так, что Наддина поняла, кто настоящий хозяин в «семье», и ей это не понравилось… Она не стала мне ничего толком рассказывать. Да, и с деньгами у нее возникли проблемы, вроде бы он стал отдавать их не все.

– У него были проблемы со здоровьем?

– Почему вы так думаете? – поразился юноша. – Извините, магистр. Когда я рассматривал его комнату, мне на глаза попалась баночка с какой-то мазью, но без этикетки. Я ее открыл и понюхал, и она явно пахла магией. Я спросил у Наддины, что это такое, она сморщилась и сказала что-то вроде: «Как намажется этой дрянью, так мне дурно становилось, уж я ее прятала было, да он меня заставил отдать». Я хотел ее расспросить, зачем ему понадобилась эта мазь, но она разозлилась и выгнала меня за дверь.

– Ты успел прихватить вещество?

– Конечно, господин Валлент! Все бумаги тоже со мной.

Он извлек из портфеля увесистую пачку из пяти толстых тетрадей, растрепанных по углам. Вслед за ней появился флакон с широким горлышком, закрытый также стеклянным колпачком. Магистр открыл его и убедился в том, что в нем осталась почти половина от первоначального количества желтой субстанции. Запах был незнакомым, и Валлент сильно подозревал, что неведомое вещество является собственным изобретением Мегаллина. Во всяком случае, в банке имелось достаточно мази, чтобы провести анализ ее компонентного состава. А может быть, и помазаться самому, если это будет необходимо для овладения магией третьего уровня.

– Значит, это все, что тебе удалось раздобыть? – Валлент сунул пузырек в ящик стола.

– Да, – виновато ответил Бессет. – Но я смотрел, как Наддина вынимает пачку из сундука, и точно знаю, что там больше не было никаких книг или тетрадей. А эти она отдала с таким видом, будто они ничего не стоят.

– Твои предположения справедливы только в том случае, – наставительно молвил магистр, – если Мегаллин не дал служанке никаких инструкций относительно того, как поступить с его вещами в случае его исчезновения или смерти. Кроме того, он мог прятать свои записки в таком месте, где она не смогла бы их обнаружить. Но в одном ты, конечно, прав – все указывает на то, что в последнее время маг не вел никаких записей. А жаль, они могли бы нам помочь. Но я все же надеюсь, что он всего лишь постарался их как следует спрятать, и мы их рано или поздно найдем.

Юноша заметно приободрился, а при последних словах магистра даже улыбнулся и расправил плечи. Валлент разрезал бечевку, стягивавшую тетради, и раскрыл последнюю из них. По переплету он определил, что маг писал на отдельных листах и лишь затем, по истечении какого-то времени, сшивал их друг с другом. Последняя запись была сделана двадцатого июня прошлого года. Открыв самую первую тетрадь, магистр узрел выведенные на всю страницу витиеватые цифры «801», украшенные ботаническим орнаментом – листками, усиками и цветочками. Таким образом, восемнадцать лет жизни Мегаллина оказались разбитыми на пять примерно равных периодов, если, конечно, он придерживался хоть какой-нибудь логики, когда решал, что пора начинать новый «том».

Магистр сложил приобретение обратно в саквояж Бессета.

– Нам нужно узнать состав этой желтой мази. Кто из магов возьмется сделать хотя бы приближенный анализ?

Юноша ненадолго задумался, затем уверенно произнес:

– Мастер при мне несколько раз говорил, что после смерти Бекка только Дессон может точно определить, из каких веществ состоит смесь.

В самом деле, Валлент припомнил, что во время своих прежних визитов в Орден почти всякий раз встречал в лаборатории эксперта его ученика, полноватого молодого человека.

– Он по-прежнему работает в Ордене? В бывшем кабинете Бекка?

– Конечно, только сейчас, кажется, он находится вместе с экспедицией на западном берегу.

– О какой экспедиции ты говоришь?

– Разве Мастер вам не сказал? Семь членов Ордена в конце июня отправились на берег океана, чтобы пополнить запас «морских» компонентов. Наловить разных тварей, чтобы порезать их на кусочки и засушить. С ними три человека обслуги – конюх, прачка, повариха и еще пара стажеров.

– И часто они предпринимают такие вылазки?

– Каждый год. А разве они не всегда так делали? Я думал, вы знаете.

– Вот почему в Ордене так необычно тихо! Я было подумал, что все выжившие маги разъехались по стране и не живут в столице…

Несколько раз за время службы в Отделе Валленту приходилось слышать, что кто-то из магов уехал за недостающим ингредиентом туда, где его можно было купить или добыть. Но в основном этим промыслом занималось местное население, а затем купцы развозили магический товар по стране, в отделения Ордена. Разумеется, большая часть прибывала в столицу. Сами маги разыскивали такие вещи, которые никто больше не брался найти, или нужные только им и больше никому. Был известен случай, когда некий оригинал полез в горы, чтобы украсть яйцо скального орла, гнездящегося исключительно на отвесных кручах. К сожалению, скорлупа куриного чем-то его не удовлетворяла. С тех пор этого смелого мага никто не видел.

– Узнай, пожалуйста, у Блоттера, где сейчас Дессон.

«Неудивительно, что магам в наши дни приходится самим обеспечивать себя нужными для работы веществами», – подумал Валлент. В самом деле, коммерция пришла в упадок, сохранились только основные маршруты между провинциями. А также, как ни странно, торговый путь между Эвраной и Азианой, самый оживленный из всех. Несомненно, объемы товарного оборота по сравнению с довоенными упали в несколько раз, но с другой стороны, во время войны и долгое время после нее они вообще равнялись нулю. Так что, несмотря на разгром торговой миссии Азианы семь лет назад, в августе двенадцатого года, некоторые успехи были налицо. Имел ли к этому отношение вице-консул Даяндан, магистру было неизвестно, но на всякий случай он решил как-нибудь выяснить, как долго тот находится в бывшей метрополии.

Пока Валлент вяло размышлял о послевоенной ситуации в мире, его помощник успел сбегать на первый этаж и вернуться с неутешительным докладом. Увы, Дессон убыл в экспедицию, но в настоящий момент она должна была уже свернуть свою работу и направляться к Ханнтендиллю, так что загорелых и отдохнувших магов и их помощников ожидали в Ордене в первой декаде августа. Так, во всяком случае, было оговорено при планировании похода, в том числе финансовом. Просто удивительно, до чего осведомленным в делах Ордена оказался Блоттер. Мало того, что он знал приблизительную дату возвращения путешественников, он смог также поименно перечислить отсутствующих в столице членов Ордена, и Бессет записал всех семерых в свой гроссбух, заведенный им по совету Валлента. Там уже имелся краткий конспект его беседы с Наддиной, довольно сумбурный и маловразумительный.