Стажер - Дмитрий Дашко

Я обернулся и понял почему. Не может быть! Позади возникла точно такая же пульсирующая стена, справа и слева тоже. Медленно, но верно они сужались, и было в этом неторопливом сближении нечто ужасающее.

Мы были окружены. Тихая заводь оказалась ловушкой. Немного погодя на наших глазах случилась демонстрация ее возможностей.

Белая птица в бреющем полете врезалась в одну из стен. Миг, и размазанная птаха потекла, будто по стеклу. Заработали «дворники»: поднялись языки воды и слизнули окровавленные остатки. Они упали в реку и тут же пошли на дно, утянутые неведомой силой. Глубина плотоядно зачавкала.

С ума сойти!

Не каждый раз выпадает возможность оказаться в эпицентре таинственного явления. Но как-то не хочется расплачиваться за просмотр собственной жизнью, даже если увиденная фантасмагория потрясает воображение.

Снова запахло тухлыми яйцами: отвратительное амбре усилилось в разы. Стало невозможно дышать. Атмосфера загустела, превратилось в плотную, почти осязаемую субстанцию. Воздух, наверное, можно было резать ножом. Я хватал его ртом, но не мог сделать ни единого вдоха. Это было ужасно, однако я не мог оценить весь кошмар своего положения. Удушливый газ сам забился в легкие, как в баллоны.

Бум! Бум! В ушах стоял сплошной гул от бухающих пузырей. Голова закружилась еще сильнее, не знаю, почему я сразу не потерял сознания.

В глазах двоилось и троилось. Меня повело. Я упал на колени, обхватил руками раскалывающийся на мелкие осколки череп и попытался застонать, однако из горла вырвалось только змеиное шипение.

Кто-то схватил меня за плечо, сильно сдавил, едва не сломав кости.

Я повернул окостеневшую шею, увидел Гидроперита. Он что-то кричал, пытался мне объяснить, но его не было слышно. Взрывающиеся пузырьки заглушали все.

Губы Гидроперита поднимались и опускались, я прочитал по ним:

– Противогазы! Быстрее!

Я толкнул Дэна, знаками показал, что к чему. Он кивнул и повернулся к Кокосу.

Гидроперит первым натянул на себя маску, умудрившись при этом не выпустить штурвал.

Мы находились в сердцевине ловушки, и только благодаря умелым действиям рулевого не впечатались в одну из прозрачных стен. Однако долго так продолжаться не могло. Еще немного, и они нас расплющат.

Я, как учили, задержал дыхание, закрыл глаза, вытащил противогаз и надел. Уф, намного легче. Разве что стекла моментально запотели. Я протер их рукавом.

Зеленая вспышка озарила катер, неуклонно приближающийся к аномалии.

Недолго думая, Дэн полоснул по ней из автомата. Пули вспарывали колышущуюся пелену, пробивали насквозь и падали, не долетев до скал. Пробоины тут же затягивались тонким зеленоватым студнем.

КИП завибрировал, привлекая мое внимание. Я с досадой посмотрел на запястье. Поняв, что иного способа передать неискаженную информацию не будет, Гидроперит разослал сообщение:

«Стреляем из подствольника по моей команде. Выбираем общую цель и идем на прорыв»

«Что это за аномалия?»

«Потом объясню. Выполняйте, стажер Арчи».

Я быстро перевел «Грозу» в режим подствольного гранатомета. Прапорщик развернул катер к берегу и несколькими трассирующими пулями из пистолета Ярыгина обозначил цель для массированного обстрела.

Теперь все зависело от слаженности наших действий.

Первым открыл огонь Дэн. Граната пробила в мерзком студне брешь, но ее размеры были недостаточны для габаритов катера. Сразу за приятелем стрелял я. Моя граната расширила «ворота», но они стремительно затягивались. Катер набрал скорость. Филя, Кокос и Гидроперит влупили практически одновременно. Пробоина увеличилась. Кажется, наши акции пошли на повышение.

Мы попáдали на днище. Лишь Гидроперит остался сидеть, правя штурвалом. В правой руке он держал «Грозу» и стрелял до тех пор, пока в рожке не закончились патроны. Потом прапорщик распластался над нами.

Не было ни удара, ни треска во время прохождения аномалии. Мы проскочили в пробоину, как шайба между ног у вратаря. Разочарованная стена гулко опустилась, обдав все вокруг мириадами брызг. К счастью, это была обычная вода.

А потом случилось кораблекрушение. Неуправляемый катер вылетел на берег, пропахал носом несколько метров и перевернулся. Нас швырнуло, потом крепко приложило об камни. Шарахнуло будь здоров, но я не почувствовал боли. Может, все еще находился в состоянии аффекта или просто повезло. Такое иногда бывает.

Над головой нависла «крыша» перевернутого катера. Под ней я ощутил себя сардиной в банке.

Лихорадочно работая руками и ногами, мы выползли из-под катера и отбежали в безопасное место. Взрыва не было, но меры предосторожности оказались не напрасны. Спустя несколько секунд наше плавающее средство передвижения загорелось. Жаркое пламя охватило его со всех сторон.

– Вот и покатались, – сплюнув на песок, сказал Дэн.

– «Водяная шкатулка», – сказал прапорщик, играя желваками.

– Что вы сказали, товарищ прапорщик? – не сообразил я.

– Я сказал, что это была аномалия «Водяная шкатулка». Причем довольно редкая.

– Ага, редкая, – ядовито ухмыльнулся Дэн. – В первый раз отправились по речке и сразу наткнулись на эту самую шкатулку.

– Новичкам везет, – хмуро бросил прапорщик.

– Скажете тоже, – покачал головой приятель. – Очень оно нам было надо. Больше на закон подлости похоже.

– Все верно, – кивнул Гидроперит. – В АТРИ закон подлости – главный из всех законов. Ладно, потопали, гаврики. Нам, если не забыли, еще диких перехватить нужно.