Орфей и Ника - Андрей Валентинов

– Валюженич. Штат Индиана, – американец улыбнулся и протянул руку.

– О, товарищ Ю Жень! – Лю улыбнулся в ответ. – Я читал о вас.

– Увлекаетесь археологией?

Тэд говорил по-китайски скверно, но не хуже Косухина.

– К сожалению, нет, – командир Лю покачал головой. – О вас была статья как о большом друге Китая. Вы ведь подписали протест по поводу зверств в Шанхае…

– Подписать – не заслуга, – Валюженич нахмурился. – Знаете, мистер Лю, я был здесь впервые семнадцать лет назад и попал в очень похожую передрягу. Кстати, меня выручил в тот раз отец… товарища Хо. Годы идут, а здесь, похоже, все тот же ветер…

– Да, – Лю кивнул, – но не по вине китайского народа… Товарищи, нам лучше уйти. Бандиты могут вернуться…

– Точно! – в руках Валюженича тут же оказалась карта. – Черт, по ущелью дальше не пойдешь, напоремся… И откуда тут взялась эта публика?

Теперь карту рассматривали уже втроем.

– Вот – Лю указал на узенькую тропку, уводившую куда-то на север, попробуем обойти… Товарищ Хо, у нас потерь нет. Что делать с трофеями?

– Оу, заберем патроны! – вмешался Тэд. – Кстати, мистер Лю, я там, кажется, видел английскую одиннадцатизарядку. – Если не будет претендентов…

– Мы взяли пулемет, – продолжал Лю. – К сожалению, он сильно поврежден… Зато орудие цело… И даже снаряды…

– Лю, не потащим же мы его с собой! – удивился Чиф.

Молодой командир вздохнул:

– А жаль, полезная штука. Между прочим, советского производства… Здесь вообще много советского оружия… Странно, откуда оно на Тибете?

– Здесь неподалеку древний караванный путь, – пожал плечами археолог. – В Китае сейчас столько оружия… Но что это за типы?

Обсуждение отложили на потом, следовало спешить. Спутники Валюженича уже успели спуститься. Один был явно из местных жителей – немолодой тибетец в старой ватной куртке и шапке-капюшоне. Второй выглядел странно: в модном осеннем пальто, шляпе и белом шарфе он напоминал респектабельного бизнесмена, разве что на ногах вместо туфель были горные ботинки.

– Господин Чжао, сотрудник шанхайского музея древностей, – усмехнулся Тэд, – специалист по тибетскому фольклору.

Специалист по фольклору блеснул очками в золотой оправе и с достоинством поклонился. Было заметно, что вид бойцов Красной Армии не вызвал у него положительных эмоций. Похоже, чувство было взаимным. Тибетец, как предполагал Чиф, оказался проводником. Он бегло взглянул на карту и поддержал предложение Лю. Тропа позволяла обойти опасное место, прикрываясь грядой высоких скал. Лю собрал бойцов, наскоро подсчитал собранные патроны и с явной неохотой распорядился подорвать орудие. Взрыв услышали уже в пути – проводник вел отряд подальше от негостеприимного ущелья.

Только через несколько часов, оставив за спиной два перевала и глубокую седловину, решили отдохнуть. Пока бойцы разводили костер, Чиф и Валюженич присели на сгруженные с яков тюки, чтобы наконец поговорить без помех.

– Знаешь, Джон, – Тэд покачал головой и усмехнулся, – я, как тебя увидел, так чуть не испугался. Ну вылитый Стив! На фотографии ты как-то меньше похож.

Косухин-младший вспомнил тех, кого довелось встретить в Столице. Странно, его сходство с отцом почему-то пугало. Может, потому, что Степана Косухина слишком долго не видели под этим небом.

– Ну рассказывай! – велел Валюженич. – А то письма – письмами, а все кажется, что Тускула – просто легенда. Вроде Шамбалы, которую так мечтает найти мистер Ингвар… Как там Стив?

Тэд слушал внимательно, не перебивая, по загорелому небритому лицу то и дело пробегала грустная улыбка. Наконец он вздохнул:

– Значит, Стиву сейчас за пятьдесят? И Наталье Федоровне тоже? Ну ее к черту, эту физику! Стоило так далеко ехать, чтобы состариться! А я вот до сих пор как перекати-поле. Ни кола, ни двора, так кажется, по-русски? Последние слова он произнес на родном языке Чифа, правда с чудовищным акцентом.

– Вот видишь, стал русский забывать… А чуть было не выучил…

– Дядя Тэд, а почему ты – перекати-поле? – удивился Чиф.

– Оу, мне самое время обратиться к твоему отцу за социальной защитой! Я ведь безработный, остается надеть на шею плакат и выйти к Белому Дому. Контракт в Джонсвилле кончился, а новый предпочли не заключать. Впрочем, это мои проблемы…

– Тогда в самом деле, – оживился Косухин, – давай к нам, в Сент-Алекс!

Валюженич помотал головой:

– Нет-нет, Джон! Стив уже предлагал, но – нет! Что мне у вас делать? Вы будущее, а я занимаюсь прошлым. Вот и мистер Арцеулов так считает, так что нам с ним нужно оставаться здесь. К тому же, Шарль, то есть мистер Карно, обещает помочь с работой, так что – выкручусь. Можно поехать с профессором Робером в Анатолию, можно с Ростовцевым – в Дура-Европос… Представляешь, Джон, римский город в пустыне – целый, некоторые дома даже с крышами! Оу, ты бы видел!

– А отстреливаться часто приходится? – Джон вспомнил рассказы отца о мудреной науке «акэолоджи». Тэд засмеялся:

– Что ты, Джон! Археология – наука тихая, пыльная и довольно скучная. Два месяца копаешь, полмесяца стоишь под душем, а затем три месяца разбираешься, что ты, собственно, накопал.

– А это? – Косухин кивнул на грозный арсенал, которым был обвешан археолог.

– Ну… это на всякий случай. Конечно, даже в Дура-Европос револьвер не помешает… Кстати, Джон, ты видел одиннадцатизарядку? В этих горах за нее дают дюжину обычных винтовок.

– Я тебе еще скрайбер покажу, – пообещал Чиф, не принимая всерьез миролюбивые заявления Валюженича. Скрайбер должен понравиться дяде Тэду…

После обеда Лю Вэй-цзян намекнул, что неплохо бы посовещаться о дальнейшем маршруте. Чиф намек понял и собрал военный совет. Кроме него самого и товарища Лю возле большой карты Тибета расположились Валюженич и интеллигентный господин Чжао, который, отказавшись сидеть на расстеленном ватнике, притащил маленький складной стульчик.

– О'кей, господа! – начал Валюженич, на правах старшего открывший совещание. – Давайте подумаем, во-первых, зачем мы здесь, а во-вторых, что будем делать дальше. Мистер Лю, вы – единственный военный среди нас, так что вам слово.

Лю Вэй-цзян вежливо кивнул:

– Благодарю, товарищ Ю Жень. Я получил в Яньане приказ, согласно которому отряду ставились две задачи. Первая и главная – сопровождать товарища Хо. И вторая – провести военную разведку Центрального Тибета. Командование нуждается в новых данных, за последние месяцы тут многое изменилось…

Лю склонился над картой, остальные внимательно следили за рассказом.

По сравнению с бурлящими равнинами Китая, тибетские горы казались тихими, далекими от громыхавшей в стране войны. На востоке, в районе Ганьцзы, существовало несколько небольших освобожденных районов, контролируемых правительством Советской республики Тибет. На юге, вдоль границы с Непалом, англичане продвинулись вперед, заняв своими войсками главные перевалы. Лхасса с окрестностями контролировалась войсками далай-ламы, а остальной Тибет – огромные горные просторы – по сути, не подчинялся никому. Там действовали небольшие банды, горные селения охранялись отрядами местной самообороны, в целом же наблюдалось то, что на военном языке называется «стратегической пустотой». Затем карандаш Лю указал на запад: