Невеста – такая работа - Берта Свон

Из-за матери, не терпевшей без жизненной необходимости нарушений этикета, пришлось спускаться к завтраку. Правда: недовольный новым этапом своей жизни: Витор демонстративно вышел к столу в домашнем костюме, сером в клеточку, теплом, но совсем не парадном, но мать, взбудораженная вчерашней новостью, предпочла не заметить откровенный демарш сына. А остальным родственникам было все равно, в каком виде Витор станет завтракать.

— Я пригласил братьев, — отрывисто сообщил он матери, едва усевшись на свое место.

В ответ — мягкая улыбка.

— Я рада слышать, что ты меняешься к лучшему, сын.

Если бы не сидевшая рядом Алиса, Витор высказался бы, причем совершенно нецензурно. Увы. Теперь приходилось постоянно помнить о необходимости держать язык за зубами.

Витор ел, не замечая, что кладет в рот. Насытившись, поднялся и молча вышел из- за стола. Привычная жизнь рушилась на его глазах, и это бесило Витора, бесило настолько, что хотелось обернуться, принять боевую форму тролля прямо в обеденном зале.

Время до встречи с очередными родственниками Витор провел в оружейном зале, тренируясь вместе с Дортундом. Привычный к перепадам настроения своего хозяина, слуга был отличным напарником, что уж греха таить, «грушей» для битья.

Братья появились вечером: веселые, довольные жизнью, пышущие здоровьем. Весь их вид твердил: «Мы — баловни судьбы. У нас есть то, чего никто не будет у тебя, — природная красота, любовь женщин, положение в обществе. Завидуй, Витор».

— И где она, твоя красотка невеста? — сально подмигнул Джакоб, средний.

Витор подавил желание съездить ему по роже. Дамский угодник, он, наверное, уверен, что и Алису уложит в постель. Ощущая зашевелившееся в груди удовлетворение, Витор продемонстрировал ладонь.

— Истинная? — изумленно присвистнул Ларри, младший. — Ну тебе повезло, братец. Прям как утопленнику.

Витор и сам так считал.

Лестница, два пролета — и вот уже он с братьями стучит в дверь Алисы.

— Войдите! — позвала она.

Витор привычно потянул ручку на себя, зашел, посторонился, пропуская братьев.

— Алайса? — удивленно выдохнул Джакоб, едва переступив порог.

День прошел как обычно в этом средневековом мире: скучно. Сначала — завтрак и обед с гостями, притихшими и больше не пытавшимися уколоть истинную их дражайшего родственника, затем — тщетные попытки выудить хоть малейшую информацию из галафона. Алиса сидела в кресле и перечитывала все доступные статьи чуть ли не по пятому разу, когда в дверь постучали.

— Войдите, — крикнула Алиса, пряча за спину галафон.

Сначала в комнате появился Витор, посторонился, и следом в спальне очутился высокий смазливый брюнет. Переступив порог, он застыл, как соляной столб, мешая пройти третьему мужчине, стоявшему в коридоре.

— Алайса? — изумленно выдохнул он, растерянно глядя на Алису бирюзовыми

глазами.

— Алиса: — поправила она, уже догадываясь, что перед ней один из братьев Витора, слишком уж ярким было сходство. — Мы знакомы?

Брюнет несколько раз моргнул, получил тычок в спину, пошатнулся, неохотно посторонился, впуская последнего гостя. «Нравы у них, — подумала Алиса, — деревенские. А еще дворяне, аристократы…»

 — Н-нет, — выдавил из себя брюнет, безотрывно поедая Алису глазами. — Нет, извините… Но как… Это же..

— Отомри, — фыркнул миловидный шатен. — Простите его, госпожа. У Джакоба иногда случаются приступы грубости.

Названный Джакоб заалел щеками, но вроде пришел в себя.

— Витор? — вопросительно повернулась Алиса к жениху. — Ты нас представишь?

По обреченному виду Витора можно было понять, что он отлично обошелся бы и без представлений.

— Джакоб, Ларри, — буркнул он неохотно, — моя невеста Алиса.

— Ты… — повернулся к нему Джакоб. — У тебя истинная… она…

— Я все еще здесь, — иронично заметила Алиса. — Может, не стоит меня игнорировать?

Щеки заалели снова.

«Что ж он постоянно смущается? Как девушка», — фыркнула про себя Алиса.

Рядом тихо хмыкнул Ларри.

— Кто «она»? — Витор как всегда не блистал манерами. — Кто такая Алайса?

Джакоб с Ларри многозначительно переглянулись. Алиса без труда поймала их взгляд и теперь была уверена, что они оба относятся к брату со снисходительностью, как к ребенку, надевшему одежду взрослого.

— Алайса — принцесса эльфов, — проворчал Джакоб. — Я понимаю, ты отстал от жизни, но не до такой же степени.

— To есть я похожа на принцессу эльфов? — прервала их обмен мнениями Алиса. Джакоб замялся, Ларри ухмыльнулся.

— Я думаю, вы и сами это знаете, одно лицо, только чуть моложе, — заявил он.