Королева крови - Сара Бет Дерст

– Я живу в столице, – сказала Реви. – Мы пользуемся мостами, как цивилизованные люди. И лестницами. На нескольких торговых площадях даже есть плоты на тяге, по которым можно переправляться от дерева к дереву. Да, лесная девочка, мы не прыгаем, как белки.

– Где ты так научилась лазить по веткам? – спросила другая студентка. – Привет. Я Эввлин. Ты почти поймала меня сегодня. Я была в двух деревьях от тебя, когда мастер Бей окончила урок. – Далеина узнала ее: одна из тех, кто вышел из лабиринта раньше нее. У Эввлин были разноцветные волосы и очень короткая стрижка. По шее за ухом тянулась татуировка, изображавшая птиц.

– Я выросла в деревне, в гуще леса, – сказала Далеина. – Впервые в жизни я так близко к столице. Мы с семьей приехали только ради вступительного экзамена. – Она ощутила ком в горле, и это был не хлеб. Сейчас Айрин и ее родители едут домой. Оставаться в столице слишком дорого, а еще нужно приготовиться к зимней стуже. Может, они тоже остановились где-нибудь перекусить, разбили лагерь или нашли станцию на пути. Далеина надеялась, у них достаточно амулетов и они будут осторожны. Она знала, что родные способны позаботиться о себе. Как будто они не нуждаются в ней. Но все же… – А ты? Откуда ты?

– Север, граница с Семо, – сказала Эввлин. – Мои родители пограничные стражи.

Другие тоже представились, десяток человек, что сидел за их столом, – все были новичками. Далеина поняла, что Лида, которую она поймала на деревьях, отсутствует, неужели сдалась? Далеина надеялась, что это не так. Она не хотела думать, что можно просто сдаться. Лучше думать об этом, как о чем-то важном, – как о предотвращении лесного пожара или помощи ведунье с ногтями на ногах. Только тут нужно больше магии.

Старшекурсницы сидели вместе и совсем не выглядели уставшими, кроме тех, которые ели молча. Далеина посмотрела на них. Лишь четверо, они сидят за одним столом с директрисой, но не поднимают глаз от своих тарелок. Они ели так, словно это их единственная обязанность в мире. Одна из них вздрагивала каждый раз, когда кто-то проходил мимо.

– Что с ними не так? – спросила Эввлин.

– Здесь чемпион, который собирается выбирать кандидата, – сказала Мари так, будто знает все, что происходит вокруг (и, наверное, правда знала, раз была дочкой смотрительницы). – Учителя всегда толкают вперед старшекурсниц, надеясь, что выберут кого-то среди них. Не волнуйтесь. На нас еще долго никто не обратит внимания.

Глядя на них, Далеина едва различала вкус рагу. Если после обучения студенты выглядят вот так… Но только потому, что это нелегко, не значит, что оно того не стоит.

«У меня все получится», – ее не покидало чувство, будто она еще не раз скажет себе это. Секрет в том, чтобы никогда не сомневаться, но это сложно, когда чувствуешь свои сомнения и страх, зарождавшиеся в глубине сознания, словно искры костра, готовые разгореться. Далеина знала, что недостаточно сильна, недостаточно умна, недостаточно сообразительна, мало знает и не может похвастаться талантом…

«Прекрати, – сказала она себе, но сомнения не послушались ее и начали жарить сосиски над костром. – Глупый мозг». Она подумала, может, директриса Ханна тоже сомневалась в себе, когда встретилась лицом к лицу с духами во время Бойни Дубов. Или королева Хьюнерью, когда прогнала ураган с моря, защищая острова Белейн. Или королева Фия, когда приказала духам вырастить первый город Аратея, южную Цитадель, на берегах Иорианского моря. Или…

– Все готовы к завтрашнему дню? – поинтересовалась Линна.

– А что? Что будет завтра? – спросила Далеина.

– Завтра мы узнаем, кто на самом деле заслуживает здесь учиться, – сказала Мерекот, будто бы подсказывая другим, что пора уйти. – Первый урок призыва духов. Лучше ни с кем не завязывать дружбу. Не все студенты выживают на этих уроках.

Опустив ложку, Далеина больше не хотела есть. По правде сказать, ей было плохо.

– Правда? Студенты умирают?

Мерекот серьезно кивнула, а затем начала смеяться.

– Не знаю. Я тоже здесь первый день. Но видела бы ты свое лицо.

– Заявляю официально, – громко сказала Реви. – Мне она не нравится. – Другие студентки тоже сердито глянули на Мерекот, по крайней мере те, у кого еще остались на это силы.

– Я не собираюсь вам нравиться, – сказала Мерекот, все еще улыбаясь. – Я собираюсь победить.

* * *

Директриса Ханна довела свое искусство поглощения пищи до совершенства, чтобы наблюдать за студентками настолько аккуратно, что они этого не замечали. Это был единственный способ сделать так, чтобы студенты хорошо питались. За годы она поняла: будучи уверенными, что на них смотрят, девочки всегда теряют аппетит. Ей и так хватало учениц, терявших сознание от изнеможения. Не нужно добавлять к этому числу недоедавших. С аппетитом поглощая рагу, она покосилась на них и проглотила очередную порцию еды.

– Новый поток студенток, кажется, подает надежды, – сказала мастер Клии.

Директриса не ответила. Все потоки подавали надежды, пока эти надежды их не покидали. Она оторвала ломтик хлеба и обмакнула в рагу. К тому моменту, когда они доберутся до последнего года обучения, от большинства останется лишь оболочка. Она посмотрела на старших студенток – их глаза опущены, плечи ссутулены. Вряд ли у кого-то из них остались внутренние силы, чтобы стать потенциальной преемницей.

– Скажи-ка мне, Клии, что мы здесь делаем? Мы создаем героев или разрушаем их?

Мастер Клии уставилась на нее, будто увидела духа, вырвавшегося из ее уха.

– Директриса?

Ханна выдавила улыбку.

– Не слушай меня. У меня сложный день. – Прибытие новичков всегда оставляло ее в таком настроении – словно она украла детство у маленьких и беззащитных, и неважно, что те сами хотели стать студентами и что их всегда с радостью отпустят домой. Дети не могут понять, чего от них просят, а когда понимают, слишком глубоко погружаются в эту жизнь и уже не могут представить иную.

Один из смотрителей подошел к ней и прошептал на ухо:

– Срочное сообщение для вас в вашем кабинете.

Ханна опустила свой кубок и поднялась.

Все взгляды устремились на нее, беседы затихли.

– Продолжайте ужин. – Однако звон вилок и ножей по тарелкам не возобновился, пока она не покинула зал и не поднялась по лестнице в свою башню.

Ее колени начали болеть на третьем этаже. В этом заключался недостаток кабинета, расположенного на вершине академии. Однажды суставы перестанут это терпеть. Конечно, скорее всего, в этот же день духи заберут ее, так что это не имеет значения.

«Да, определенно, радостное настроение сегодня».

Ей стало легче, когда она добралась до вершины, воздух наверху был свежее. Может, потому что Ханна оказалась дальше от шума столовой или запаха пота, тянувшегося с тренировочной арены, или ей так только казалось. Солнце висело низко над горизонтом, лучи не проникали в купол академии, однако все еще освещали верхние ступеньки.