Драконий подарок - Юлия Ляпина

Но вот настал день отъезда, с утра меня накормили горячим куриным супом, напоили противным вяжущим отваром и закутали в кучу шалей, платков и юбок. Жан сел в седло, и ему меня подали, как кулек.

Ехали недолго, но, наверное, я задремала, а когда проснулась – увидела карету и уже через несколько минут сидела внутри на мягком диване.

А потом карету накрыла тень. Кони заржали, забились, и кучер закричал на них, карету тряхнуло, и впереди раздался уверенный мужской голос:

– Добрый день, Жан-Валер.

Я осторожно выглянула из окна кареты – на дороге стоял высокий и крепкий мужчина в кожаной одежде. Странный – мне показалось, что вокруг него колышется тонкое марево, как горячий воздух над асфальтом.

– И тебе доброго дня, Ролен; я думал, мы встретимся в столице, письмо тебе оставил.

– Да я тут мимо пролетал и узнал герб графа, вот и решил взглянуть.

Мужчина очень по-мальчишески улыбнулся и взъерошил коротко выстриженные пряди на затылке, странная у него прическа – на плечи спускаются длинные пряди светлых волос, едва ли не до пояса, а на макушке волосы темные и короткие, торчат гребнем – забавно.

Валер, продолжая говорить, подошел к карете и представил меня незнакомцу:

– Господин Ролленквист, позвольте вам представить леди Марину, мою невесту.

– Невесту? – похоже, незнакомец был изрядно удивлен, но тут же справился с собой и склонился к моей руке.

Ощущение теплых губ на моей коже было непривычно, но вполне терпимо.

– Простите, леди, кажется, я совсем отошел от жизни и еще не слышал о столь важном событии, – теплый взгляд незнакомца заставил меня смутиться, а мужчина уже развернулся к Валеру: – Поздравляю, друг!

Незнакомец хлопнул Жана-Валера по плечу, но виконт устоял и, смеясь, сказал:

– Об этом еще никто не знает, кроме отца. Мы направляемся в столицу, чтобы заказать свадебные наряды и приданое.

Валер очень оживился, смеялся и шутил, словно сбросил с себя груз, который давил его эти дни; я смотрела на него, едва ли не открыв рот.

– Что ж, друг, если ты не будешь возражать, я хотел бы поехать с вами в столицу и помочь, чем смогу, – неторопливо сказал мужчина, оглядывая наше сопровождение.

– Спасибо, Ролен! С радостью принимаю твое предложение, я беспокоюсь за здоровье леди Марины, четыре дня назад на нас напали.

Незнакомец усмехнулся, шагнул к лошадям и уточнил:

– Ты позволишь мне ехать с леди или уступишь своего коня?

Мне показалось, что в его голосе звучала подначка. Жан-Валер ответил в тон- добродушно и с юмором:

– Как пожелаешь. Своей невесте я доверяю, как и тебе.

Улыбнувшись еще шире, Ролен перехватил повод:

– Тогда развлекай леди сам, я несколько неудобно одет.

Мне его одежда показалась, напротив, очень удобной: кожаные штаны и куртка, мягкие, расшитые бусинами и чем-то еще, не стесняли движений и выглядели чистыми, но в данном случае я сама предпочла бы поговорить с Валером.

Виконт, так же усмехнувшись, кивнул и, отдав повод, забрался в карету; кучер прикрикнул на лошадей, и мы поехали. Некоторое время ехали молча, а потом Валер заговорил:

– Леди Марина, мой друг Ролленквист и есть тот самый дракон, о котором я вам говорил; думаю, вечером можно будет расспросить его о магических переходах.

Я лишь кивнула, собираясь с силами, а потом заговорила, сама не знаю, как решилась, но я спокойно, почти не заикаясь, рассказала Жану, как мы провели ночь:

– Скорее всего, вы очень устали и не помните, что произошло, но уверяю вас, мы только поцеловались – и все.

Жан помолчал, а потом, взяв мою руку в свои горячие ладони, сказал:

– Леди, я рад, что не переступил границ чести, но я все равно смиренно умоляю вас стать моей женой.

Мне вдруг стало жарко: вот так? Настоящая свадьба? Белое платье и гости? А как же мама и папа, наш двор, заросший тополями, и запахи машинного масла и бумаги от старых книг в доме? Словно ощутив мои колебания, Валер коснулся запястья обжигающим поцелуем:

– Не нужно бояться, леди, я не обижу вас ничем, а мой дом будет вашим домом, – еще раз коснувшись губами запястья, он вдруг жарко прошептал: – Мои сны уже принадлежат вам без остатка.

Тут я покраснела и забилась в угол кареты, нужно было подумать.