Ученик - Алексей Черненко

— Одна чешуйка — и полчаса.

— Полчаса и две чешуйки.

— Договорились. — Мы пожали руки и повернулись к ожидавшей окончания нашего разговора «комиссии».

— Итак, — начал дракон хорошо поставленным голосом оратора. — Позвольте рассказать вам о наших ночных приключениях. Все началось с того, что мы обнаружили вторжение в Первый Лес подлых слуг темных богов…

Дракон врал так самозабвенно, что даже я начал ему верить. Особенно порадовала часть, в которой он выносил на своей спине меня из боя, когда я получил рану от подлого удара одного из приспешников Сарака. Закончил он говорить, когда солнце уже вовсю светило над Лесом.

— Да что ты тут выдумываешь? — вскричал Альтуран. — Какое нападение? Какие слуги темных богов?

— Что значит выдумываю? — возмутился дракон. — У нас есть доказательство. Вот.

При этих словах он вытащил из-за спины труп непонятной твари и бросил его под ноги Альтурану.

Тот побагровел, потом начал покрываться пятнами.

— По-моему, что-то пошло не так, как мы планировали, — прошептал я дракону. Он только молча кивнул.

— Да я вас… — договаривать Повелитель не стал, а просто развеял фантома твари у своих ног. — Обоих под присмотр. Глаз с них не спускать. Даже когда мыться будут.

— «Доверься мне», «у меня есть план», — передразнивал я дракона, пока мы оба отмокали в бадьях с теплой водой. Рядом стояли четыре эльфа из личной гвардии Повелителя.

— А ты, между прочим, мог бы и не хохотать в том месте, где я рассказывал о том, как оседлал Сарака и погонял его отобранным у него же мечом.

— Да там все до слез смеялись, — ответил я. — Тебе надо менестрелем стать. Успех гарантирован.

Дракон только махнул рукой. Грязь за это время успела подсохнуть и теперь отказывалась смываться. Приходилось тереть себя губкой до покраснения кожи. Отмывшись, мы отправились обедать, по дороге обсуждая наше новое положение. Придя к неутешительным выводам, решили, что не стоит вообще никуда выходить. Самым большим шоком для меня было, когда эльфы попробовали зайти вместе со мной в уборную. Поругавшись с ними, мне удалось выторговать себе право на уединение при условии, что я буду постоянно говорить или петь что-нибудь. Спев несколько песенок из репертуара, подхваченного у наемников, я закончил свои дела. Начальник моей доли стражей предупредил, что они согласны давать мне время для уединения, но при условии, что петь я больше не буду никогда. С одной стороны, это, конечно, было хорошо, но звучало как-то обидно. Я в общем-то не претендовал на лавры менестреля, но считал, что пою довольно неплохо. Хотя, возможно, свою роль сыграл выбор песен. Петь я старался о том, какие все эльфы нехорошие существа. У наемников было много таких песен, а моя нелюбовь к этому виду заставила меня выучить их все.

Вечером вернулся дракон и позвал меня с собой на озеро. По дороге он сунул мне небольшой камушек и тихо прошипел:

— Проглоти его.

Заглотнув камень, я почувствовал резкую боль в груди. Дракон обернулся и, подхватив меня хвостом, нырнул в озеро. За одно мгновение у меня перед глазами пролетела вся моя недолгая жизнь. Меньше чем через минуту я понял, что задыхаюсь. Тело, не слушая приказов мозга, вдохнуло воду, но, как ни странно, ничего не произошло. Оказалось, что я могу дышать под водой, как и на земле. Вспомнив о синем камушке, который мне дал дракон, я успокоился и начал осматриваться по сторонам. Озеро оказалось довольно глубоким и имело несколько подводных ходов. По одному из таких отростков мы сейчас и плыли. Вынырнули мы примерно через час. Положив на берег, дракон несколько раз несильно ударил меня по спине, чтобы я отхаркнул воду.

Осмотревшись вокруг, я понял, что мы уже не в Первом Лесу. Вокруг вздымались огромные деревья гораздо выше тех, что я видел.

— Где мы?

— У меня дома, — довольно ответил дракон, но почему-то женским голосом. Повернув голову, я увидел сидящую на камнях девушку.

— Ты чего? — спросил я. — Ты давай принимай свой нормальный облик. Не надо меня тут смущать.

— Это и есть мой облик, — спокойно ответил дракон. Вернее, дракона. — Если ты про Салариса, то он скоро вернется.

— А-а-а-а-а-а-а, — протянул я. — Теперь все ясно.

— А ты думал, что я Саларис? — Дракона весело рассмеялась. — Ты и правда забавный мальчик.

— Сама-то… — огрызнулся я.

— А что я? Мне, между прочим, уже почти три сотни лет.

— Я читал, что по меркам драконов ты еще соплячка. Так что не надо мне тут кичиться своими веками. Не на того напала.

— А в глаз? — спросила дракона, сощурившись.

— А по шее? — раздался голос от воды. Оттуда выходил Саларис с огромной рыбой в лапах. — Как ты разговариваешь с гостем, Шилена.

— Он первый начал, — тут же наябедничала та.

— Ты старше, а значит, должна быть умнее. За свое поведение останешься сегодня без ужина.

— Подумаешь, — фыркнула она. — Сама наловлю себе рыбы. Не маленькая уже. — После этих слов дракона перекинулась и нырнула в воду.

— Не обращай внимания, — махнул рукой Саларис. — Дети — они всегда такие.

Бросив рыбу на землю, он быстро разделал ее своими когтями и, разогрев заклинанием песок, принялся укладывать на него куски рыбы.

— А тут красиво, — проговорил я.

— Да уж. Шилена постаралась. Она у меня мастерица на всякие иллюзии и фантомы. Вот и украшает наше жилище.

— Так это иллюзия? — удивился я. — Вот это да. А я решил, что это все настоящее.

— Не удивительно, — улыбнулся дракон. — Даже я не всегда могу видеть сквозь ее иллюзии. А уж для человека это вообще невозможно.

Проговорив весь вечер и почти всю ночь, мы съели всю рыбу и под утро отправились обратно. Как мне объяснил дракон — камень действует сутки. Поэтому все в порядке. Все это время я старательно записывал и зарисовывал все, что мне говорил дракон и как он выглядел. Я даже получил обещанные мне чешуйки.