Город - Стелла Геммел

Эмли посмотрела вверх. На крутых склонах Щита среди темных лесов в лучах послеполуденного солнца сверкали дворцы. Эмли разглядела белую петляющую дорогу, которая поднималась к самой вершине, то показываясь среди деревьев, то вновь пропадая. Эмли принялась гадать, поедут ли они по этой дороге. Вот бы в самом деле попасть туда! Она вывернула шею, но вершину горы так и не рассмотрела.

«Есть ли дворец там, наверху? – подумала она. – Это там живет архивестница?»

Еще она подумала о том, что хорошо бы послать весточку Эвану. Но через два дня Бартеллу устроят похороны, достойные героя. Уж туда-то Эван точно придет…

Внимание Эм привлек нарастающий грохот копыт. Она вновь высунулась в окно. К ним приближался крупный отряд. Всадники были в сером, и у Эм сжалось сердце: она поняла, что это враги. Она отшатнулась в глубину кареты и с беспокойством посмотрела на архивестницу. Та, казалось, тихо-мирно спала, склонив голову на подушки в углу.

– Не бойся, – проговорила она вдруг, даже не открывая глаз. – Никто тебя не тронет.

Потом выпрямилась, пригладила волосы, поправила воротник платья.

Приободрившись, Эмли посмотрела наружу. От войска отделился всадник и теперь разговаривал с предводителем охраны архивестницы. Старая женщина нетерпеливо прислушалась, потом перегнулась через Эмли и резко окликнула:

– Полководец! – Оба оглянулись, и она приказала: – Да пропустите уже его, дурни!

Всадник был в потрепанной темной одежде. Эмли поняла: на нем был какой-то мундир, украшенный эмблемой на груди. Он был немолод, с серыми неряшливыми волосами, и выглядел так, будто неделю не спал. Оружия при нем вроде как не было.

– Приветствую, государыня, – сказал он, подъезжая к дверце кареты.

Дверцу он даже открыл, но остался стоять снаружи, в пыли. Голос у него был грубый, словно человек песка надышался, но по выговору в нем чужестранца было не определить.

– Хейден! – Архивестница протянула костлявую руку, и он коснулся ее бледных пальцев своими, грубыми и грязными. – Я сожалею о гибели твоего брата.

Впрочем, в голосе ее особой скорби не прозвучало.

– Этого я и боялся, – произнес он внешне спокойно, но Эм заметила, как в глубине его глаз словно бы погас огонек. – Как он умер?

– Марцелл убил его.

– Они сквитались. – Солдат кивнул. – Марцелл ведь, говорят, тоже погиб?

– Покончил с собой.

– Вот уж кого я всех менее заподозрил бы в намерении руки на себя наложить… – нахмурился Хейден.

– Ты не был с ним близко знаком. – Она пожала плечами. – А я разговаривала с солдатом, который находился подле него. Мне, например, полностью ясно, что он избрал смерть.

Мужчина ничего не ответил.

– За тысячу лет жизни можно накопить тяжкий груз деяний, которыми отнюдь не гордишься… – помолчав, продолжала архивестница. – Думается, этот груз безмерно тяготил его душу. Он жил слишком долго. Наверное, он ничего не планировал, это был внезапный порыв. Каприз в горячке сражения…

На стекла кареты пала тень: к Хейдену приблизились двое солдат. Один что-то коротко сказал ему, второй – вручил кожаную чашку. Хейден так же негромко отдал распоряжения, потом прополоскал рот и сплюнул наземь.

– От этого ничего не меняется, архивестница, – сказал он. – Наш договор по-прежнему в силе. Завтра утром я начну выводить свое войско.

– Начнешь? – переспросила она. – Чтобы вторгнуться в Город, тебе понадобилось лишь несколько часов. Значит, и уберешься столь же быстро.

– Я и сам, поверь, не стремлюсь задерживаться на месте такой бойни. Однако перед нами далекий путь, а раненых много…

– Это мы с тобой уже обсуждали. Мы позаботимся о ваших раненых, если оставите своих лекарей для ухода за ними и за нашими.

– Твоему слову я верю, государыня. А вот войску твоему что-то не особенно.

– Придется, – сказала она. – Я ведь доверилась твоему. Между прочим, уже вовсю ползут слухи о насилиях и грабежах.

– Виновные уже казнены. Все они были наемниками. Война, которая нам предстоит, священна. И начнем мы ее так же, как и продолжим, со всей честью и справедливостью.

Архивестница вздохнула и посмотрела на юношу с девушкой.

– Кто это? – Всадник тоже посмотрел на них, словно только сейчас заметив.

– Юные родичи, которых я хочу уберечь. Далее я собираюсь встретиться с Марком.

– Мне была обещана его армия.

– И ты получишь ее. – Архивестница подалась вперед. – Хейден, ты освободил наш Город. Люди Города в свой черед помогут тебе освободить твою страну. Даю слово. Но теперь, когда погибли Ареон и Марцелл с Рафаэлом, дел у меня невпроворот. Мне потребуется некоторое время для того, чтобы их место заняли мои люди. Мы встретимся на закате, как договаривались. Со мной будет Марк… – Она откинулась на подушки и разгладила платье. – И его армия.

– А кто станет твоим первым советником?

– Дол Салида. Это старый солдат вроде тебя, притом умный и проницательный. Он наверняка понравится тебе. С ним, право, можно дело иметь.

– А полководцы Ареона? Ты оставишь кого-нибудь на местах?

– Очень немногих. Тех, кого в свое время выдвинул Марцелл. Большинство прежних погибли. А кто уцелел, спаслись в основном бегством. Это были надутые пустышки, что о них вспоминать! У меня свои люди есть… – Она покосилась на Эм, жадно вбиравшую каждое слово. – Это мы с тобой попозже обсудим.

Он кивнул и хотел было отъехать, но затем повернулся и сказал:

– Приятно было вновь свидеться, архивестница.

– И мне с тобой, старый друг. – Она улыбнулась.

* * *

В карете воцарилась тишина, только было слышно, как удалялись синие. Эм все думала о разговоре, свидетельницей которого стала, и наконец спросила:

– Кто такой Марк?

– Марк Рэй Хан – полководец и один из нас, Высших.

Эм подумала о том, что было сказано о военачальниках, и застенчиво спросила:

– А Эвана сделают полководцем?

– Нет, девочка, он слишком ценен для меня, чтобы так им разбрасываться! – Архивестница фыркнула и улыбнулась. – Тебе еще предстоит узнать, что мужчины ужасно любят рассуждать о чести и верности, будь они солдатами, купцами, любовниками или ворами. Остерегайся! Если мужчина при тебе начинает рассуждать о чести, знай, что это подает голос самая себялюбивая часть его сердца… Уж не такими ли словами Эван Броглан тебя в постель заманил?

Эмли опустила голову и по примеру архивестницы немного подумала, прежде чем говорить. Потом спросила:

– Означает ли это, что ты не доверяешь своему другу Хейдену?

– Я верю, что он будет делать то, в чем заинтересован. – Архивестница тонко улыбнулась. – А сегодня случилось так, что наши интересы совпали.