Страхи мудреца. Книга 1 - Патрик Ротфусс

Я кивнул с суровым видом.

— Отчасти да, ваша светлость. Полагаю, я смогу изготовить… э-э… амулет, который вас защитит. Я лишь сожалею, что не подумал об этом прежде, но то одно, то другое…

— Да-да! — маэр жестом велел мне замолчать. — Что вам нужно, чтобы изготовить амулет?

Вопрос был с двойным дном. На первый взгляд, он спрашивал о том, какие материалы мне потребуются. Но маэр был человек практичный. Он, кроме всего прочего, хотел узнать мою цену.

— В мастерской в башне Кавдикуса должно быть все, что мне нужно, ваша светлость. А те материалы, которых в мастерской не найдется, я смогу найти в Северене, только на это потребуется время…

Затем я помолчал, обдумывая другую сторону вопроса. Маэр мог дать мне сотню вещей: денег выше головы, лютню из тех, какие могут себе позволить только короли… Я аж вздрогнул при мысли об этом. Лютня работы Антрессора! Я такой даже не видел никогда, а вот отец мой видел. Он как-то раз играл на Антрессоровой лютне в Анилене и временами, хлебнув винца, любил рассказывать об этом, обрисовывая руками в воздухе ее изящный абрис.

Так вот, маэр мог добыть мне такую в мгновение ока!

И не только это, разумеется. Алверон мог устроить мне доступ в сотню частных библиотек. Да и официальное покровительство такого знатного лорда — тоже дело немалое. Имя маэра способно открывать двери так же легко, как имя самого короля.

— Есть кое-что еще, — медленно начал я, — что я надеялся обсудить с вашей светлостью. У меня есть один проект, но для его завершения мне требуется ваша помощь. И еще у меня есть друг, талантливый музыкант, который нуждается в высокопоставленном покровителе…

Я сделал многозначительную паузу.

Алверон кивнул. Его серые глаза говорили о том, что он все понял. Маэр был не дурак. Он знал, почем хлебушек.

— Я прикажу Стейпсу дать вам ключи от башни Кавдикуса, — сказал он. — Сколько времени вам потребуется, чтобы изготовить талисман?

Я сделал вид, что размышляю.

— По меньшей мере четыре дня, ваша светлость.

Этого должно хватить, чтобы взбаламученные воды моего творческого колодца успокоились. Или чтобы Денна вернулась оттуда, куда она сорвалась так внезапно…

— Если бы я был уверен в его оборудовании, можно было бы и быстрее, но мне придется действовать осторожно. Я не знаю, какие ловушки подстроил Кавдикус, прежде чем бежать.

Услышав это, Алверон нахмурился.

— А вы сможете продолжать свои нынешние занятия?

— Нет, ваша светлость. Работа будет довольно утомительной и потребует много времени. Тем более что, как я предполагаю, вы предпочли бы, чтобы я соблюдал осмотрительность, добывая нужные материалы в Северене-Нижнем…

— Да, разумеется.

Он шумно выдохнул через нос.

— Ад и преисподняя, а ведь так все хорошо шло! Кого же мне приставить писать письма, пока вы будете заняты?

Последнее он произнес задумчиво, разговаривая сам с собой.

Эту мысль надо было уничтожить в зародыше. Я не желал делить честь завоевания сердца Мелуан с кем-то еще.

— Не думаю, что это так уж необходимо, ваша светлость. Дней семь-восемь тому назад — быть может. Но теперь, как вы говорите, мы сумели ее заинтересовать. Она взбудоражена, готова к дальнейшему сближению. И теперь, если она в течение нескольких дней не получит от нас новых вестей, она будет разочарована. Но главное — она захочет вернуть себе ваше внимание.

Маэр огладил бородку. Лицо его стало задумчивым. Я подумал, не пустить ли в ход сравнение с рыбкой, которую надо поводить на крючке, но не был уверен, что маэр когда-нибудь занимался столь плебейским делом, как удить рыбу удочкой.

— Не сочтите за дерзость, но… Ваша светлость, вам когда-нибудь, в юности, доводилось добиваться расположения юной дамы?

Алверон улыбнулся моей осмотрительности.

— Не сочту. Что вы хотели сказать?

— Какие из них казались вам привлекательнее? Те, что сразу бросались вам в объятия, или те, что казались более упрямыми, несговорчивыми, возможно, даже равнодушными к вашим ухаживаньям?

Взгляд маэра сделался отсутствующим — он вспоминал.

— Так вот, у женщин все точно так же. Некоторые не выносят, когда мужчина цепляется за них. И все они ценят, когда им предоставляют свободу и возможность сделать свой собственный выбор. Трудно жаждать того, что у тебя все время под рукой.

Алверон кивнул.

— Отчасти вы правы… Разлука питает страсть…

Он кивнул снова, уже увереннее.

— Хорошо. Три дня!

Он снова взглянул на пружинные часы.

— Ну а теперь мне пора…

— И последнее, ваша светлость! — поспешно сказал я. — Талисман, который я буду делать, должен быть настроен на вас. Мне потребуется ваше сотрудничество.

Я кашлянул.

— А точнее, немного ваших… телесных субстанций.

— Говорите прямо!

— Понемногу вашей крови, слюны, кожи, волос и мочи.

Про себя я тяжко вздохнул, понимая, что для суеверного винтийца это готовый рецепт для вызывания призрака или какой-нибудь подобной чуши.

Как я и ожидал, маэр, выслушав этот список, прищурил глаза.

— Я, конечно, не знаток, — медленно произнес он, — но мне кажется, что это именно то, чем мне ни в коем случае не следует делиться ни с кем. Почему я должен вам доверять?

Я мог бы начать распространяться о своей верности, напомнить о своих былых заслугах, поставить ему на вид, что я уже спас ему жизнь. Но за последний месяц я успел разобраться, как работает голова маэра.

Я улыбнулся ему своей лучшей проницательной улыбкой.

— Вы же умный человек, ваша светлость! Я уверен, что вы и так это знаете.

Он улыбнулся в ответ.

— Ну, предположим, будто я этого не знаю?

Я пожал плечами.

— Если вы, ваша светлость, умрете, мне с вас никакого проку не будет!

Его серые глаза заглянули в мои, потом он кивнул, удовлетворившись ответом.

— И то верно. Напишите мне, когда вам все это потребуется.

Он повернулся, собираясь удалиться.

— Три дня!