Пляска смерти - Лорел Гамильтон

Мы оба стояли на коленях на диване, я отвернулась от него.Он намотал на руку мои волосы, до боли, отведя мне голову в сторону, открыввытянутую шею, движением бедер задрал мне короткую юбку, так что я ощущала егоголым задом, запустил руку под корсет и сжал мне грудь, крепко и туго – явскрикнула. Он прижался ко мне телом, но без крови был пока что мягок.

Ашер на ухо мне шепнул:

– Твоя кровь снова сделает меня мужчиной. Я наполнюжизнью свое тело, чтобы наполнить ею твое.

Что-то в этих словах должно было меня насторожить, но я немогла вылепить мысль до конца. Он подчинил мой разум блаженному приливу, имысли не выстраивались логически. Вся моя логика была в его руках, в мягкомприжатии его тела, в моем растущем напряжении.

Что-то пронзило это мое спокойствие желания. Это Дамиантянулся ко мне с криком: «Анита, кормись, будь оно все проклято!»

Я обмякла в руках Ашера.

– Что такое?

– Дай мне есть с первым укусом. Дай выпить твоей силы.

– Дамиан истаивает, – понял он.

– Да.

Голос мой звучал с придыханием, и не от удовольствия.

– Я не буду сопротивляться твоей силе, Анита. Я дамтебе взять меня, потом возьму тебя.

– Да, но быстрее, пожалуйста, быстрее…

Он был слишком высок, чтобы укусить меня из этого положения,ему пришлось податься назад, согнув свои шесть с добавкой футов. Потом руки егонапряглись у меня на волосах и на груди, внезапная боль будто бросила менявновь в его взгляд, я задышала коротко и страстно, и он ударил. Секунда остройболи – и тут же ее смыл первый оргазм.

Укус Ашера – это было наслаждение. Это был его дар, егосила, и эта сила стянула меня спазмом, взорвалась теплой волной удовольствия.Столько было наслаждения, и пока он пил, волна за волною, одна теплее другой,накатывали на меня, так хорошо было, так хорошо, что удовольствие рвалось изменя длинным, прерывистым криком. И где-то посреди всего этого проснулся ardeurи стал насыщаться. Ardeur пил изо рта Ашера, из его зубов во мне, из его рук намоем теле, и я бросила этот поток в Дамиана, почувствовала, как он смог сесть,так резко, что чуть не свалился со стула. Натэниел поддержал его, и ему тожедосталось чуть-чуть этой несущей наслаждение силы.

Я боролась с этой энергией, стараясь передавать только пищу,а не телесное удовольствие. Только пищу, не больше. Но это было как заниматьсямедитацией в разгаре секса – не удивительно, что не очень получалось.

Ашер оторвался от моей шеи, тяжело дыша.

– Ты здорово много взяла.

Голос у него дрожал, а его укус не обязательно должен былдоставлять удовольствие ему. Наверное, в этом и было дело.

– Прости, – промямлила я.

Он отпустил меня, я рухнула на четвереньки, свесив голову.

– Боже мой, Ашер, Боже мой!

Диван шевельнулся – это Ашер изменил положение, и тут же яощутила его руки у себя на бедрах, задирающие мне юбку. Он кончиком уперся вменя, и ничего уже не было в нем мягкого, в твердом и готовом.

– Ты все еще хочешь, чтобы я проник в тебя дважды?

Надо было сказать «нет» – я и так уже много пропустиласегодня вечером. Но я не хотела говорить «нет», я хотела сказать «да». Япопыталась не думать столько об Ашере – во-первых, это могло вызватьмини-оргазмы в неподходящие моменты – такой был побочный эффект у его силы.Во-вторых, потому что я начала понимать, почему люди готовы все отдать за ещеодну ночь того наслаждения, которое мог дать только он. Метафизический секс – этопрекрасно, но именно нежность к тем, кто в нем участвовал, влекла меня к ним.Исключение – срочная необходимость питания. Ашера я любила, но не любовьвызывала во мне желание с ним быть. Будь я не так упряма, я бы бегала за нимпросто ради удовольствия. Я старалась быть от него подальше, потому что никтоне мог того, что мог он, и это меня пугало.

Вот почему я сказала:

– Просто трахни меня.