Мое проклятие. Право на счастье - Алиса Ардова

— Я прекрасно помню о запрете принуждения и не стал бы нарушать правила ради очередной подстилки. Зачем? Желающие всегда найдутся. Но если не веришь, — в его речи зазвенели нотки почти детской обиды, — можешь сам спросить, мне скрывать нечего.

— И где же твоя избранница? — сухо поинтересовался Теомер. — Почему не пришла вместе со всеми?

— Не думаешь же ты, что я ее прячу? — возмущенно вскинулся Даниас. — Девчонка давно уже в доме. Она не отлипала от меня и так уговаривала взять с собой, что я не смог ей отказать. Наре отвели комнату рядом с моими апартаментами. Такая горячая малышка! Не представляешь, с каким нетерпением она ждет моего возвращения, подписания контракта и… остального, разумеется.

На протяжении всего выступления младшего Борга я отчаянно пыталась сдержаться. Стояла, разглядывала свои туфли, сжимала пальцы в кулаки, пряча их в складках платья, упрямо кусала губы и все ниже и ниже опускала голову.

«Это не моя жизнь, не моя беда. Я сделала то, что от меня зависело, и даже больше, — уговаривала саму себя. — Надо отступить, уйти… Просто уйти, пока не поздно. Там, впереди, ждет храм, там решение всех проблем. А Тисса… Что Тисса? Смирится, перетерпит. Они всегда, так или иначе, смиряются».

— Если тебе не жаль зря тратить время, пойдем, девушка охотно подтвердит, что добровольно согласилась стать моей наложницей, — небрежно закончил Даниас, который, кажется, уже чувствовал себя победителем.

И я не выдержала.

— О да, знали бы вы, как саэр делал предложение, — с ужасом услышала собственные слова, — отказаться было совершенно невозможно.

— О чем ты, женщина? — стегнул плетью властный голос. Я медлила, ругая себя за глупый порыв. — Отвечай!

Подняла ресницы. Теомер смотрел прямо на меня, и в его теперь уже темно-карих глазах бушевала настоящая песчаная буря. Впечатляющее зрелище — завораживающее и в то же время жуткое.

— О том, что видела, — начала осторожно. — Нара Хард не хотела становиться наложницей вашего брата… саэра Даниаса, — поправилась торопливо. — Он настаивал, она сопротивлялась. А потом саэр поцеловал Тиссу, и она сразу изменилась. Смиренно подчинялась каждому слову господина, не сводила с него восторженного взгляда. Разве так бывает?

Сдавленный возглас мага, раздраженное шипение Даниаса и невнятное ругательство помрачневшего Теомера раздались практически одновременно.

— Нара, ты обвиняешь высокородного саэра в том, что он воспользовался даром, чтобы подчинить себе девушку? — Наследник говорил подчеркнуто спокойно, и именно это спокойствие особенно пугало.

— Нет, господин, я всего лишь описала, что произошло. Счастливая невеста почти перед самой свадьбой встречает на прогулке саэра, отказывает ему, а после одного силой навязанного поцелуя вдруг соглашается. — Переплела пальцы, стиснув их так крепко, что они побелели. Ноги дрожали, внутри все заледенело от волнения, но я упрямо продолжала: — Никто из наров никогда не осмелится сказать, что Тиссу… заворожили, а вот подумать могут всякое. И между собой обсудить. И соседям-знакомым передать. На церемонию Сочетания приглашено много гостей — слухов не избежать. Нет закона, запрещающего брать в наложницы сговоренных невест, но, я знаю, саэры стараются этого не делать. Кому нужны лишние пересуды, когда вокруг так много девушек, готовых на все, чтобы заключить контракт с высокородным?

Выдержала выразительную паузу, но Теомер не спешил продолжать разговор. Долго рассматривал меня, чуть склонив голову набок, словно видел перед собой забавного зверька.

— Как тебя зовут, нара? — услышала я наконец.

— Рина Варр.

Оценивающий взгляд скользнул по моему браслету, потом снова поднялся к лицу. Наследник вопросительно приподнял брови, и я вынуждена была добавить:

— Вдова Тима Варра из Иртея, купца второй руки.

— И куда же ты направляешься, вдова из Иртея?

Вот ведь пристал! Неужели ему действительно интересно, куда держит путь какая-то жалкая нара?

— В Гриаду, к родителям. Навестить их и просить отца подобрать хорошего управляющего, который возьмется вести торговые дела от моего имени, — выпалила скороговоркой. — Не хочу больше возвращаться в Иртей.

— А что близкие мужа? — настойчиво допытывался высокородный. — Отказались помочь?

— Он сирота, воспитывался в семье дядьки, но тот живет далеко на юге, не знаю точно где, никогда с ним не встречалась.

— Ты ведь путешествуешь с чужими людьми, как я понимаю? — кивок в сторону всхлипывающей на полу Станы. — Странно, что отец не выделил сопровождающего.

О боги, когда же прекратится этот допрос? С какой стати он вообще интересуется мной, а не Тиссой?

— Не успел. Я отослала письмо и сразу же отправилась следом. Не вытерпела, не хватило сил оставаться в доме после смерти Тима.

— Очень неосмотрительно с твоей стороны, — уведомили меня почти ласково. Это на что он сейчас намекает? — Дети есть? — В голосе мужчины теперь звучало холодное любопытство.

Ну вот и до детей дошли.

— Нет, господин.

— Рина Варр — юная бездетная вдова безвременно почившего купца. — Надо же, и имя мое запомнил. — Близких родственников в Иртее не осталось. Едет без надлежащего сопровождения в Гриаду, к отцу. Тот ничего о визите дочери пока не знает и ее не ждет, — подытожил наследник рода Борг и многозначительно улыбнулся. — Правильно? Я ничего не перепутал?

— Все верно, господин, — подтвердила бесстрастно.

Как он все вывернул. Одинокая женщина, до которой никому нет дела, в случае чего — лишь родители и станут ее искать. Через какое-то время. Только вряд ли найдут хоть какой-нибудь след.

— Ну что же, Рина, — обманчиво мягко, — пойдем… Поговорим.

Даниас издал невнятное восклицание и рванулся к старшему брату.

— Не сейчас, Дан, — не отводя от меня глаз, остановил Теомер младшенького. — Позже все обсудим. Сначала мне хотелось бы побеседовать с этой наблюдательной и невероятно смелой нарой. Или не в меру дерзкой, или попросту глупой… я еще не решил.

Наследник развернулся и направился в сторону бокового коридора в полной уверенности, что я немедленно выполню его распоряжение. В моем согласии он, совершенно очевидно, не нуждался. Что оставалось делать? Благоразумно поплелась следом. Спасибо, портал не открыл, хотя мог бы. Наверняка вспомнил о том, что нары тяжело переносят пространственные перемещения, часто теряют сознание и долго потом восстанавливаются. Пожалел? Или просто не захотел ждать, когда я приду в себя после перехода? В любом случае хорошо, что так получилось. Не придется дополнительно притворяться — падать в обморок, разыгрывая из себя несчастную слабую нару.

Шли мы недолго. Высокородный распахнул первую попавшуюся на пути дверь, коротко приказал находившимся там мужчинам: «Вон!», неторопливо прошел к письменному столу и опустился в кресло, закинув ногу на ногу. Мне он присесть не предложил, уверена, ему это и в голову не пришло.