Наследие - Дебби Виге

Тишина.

— Ладно, пойду отмечусь у папочки. А потом навещу своюненаглядную женушку.

Николь похолодела: «Он увидит, что меня нет!»

— У твоего отца совещание, — сказал Илай. — Я видел, как егомальчик для битья, Монро, к нему вошел. Мне тут кое-какие ритуалы провестинадо. Поможешь?

— Конечно. Николь подождет.

Они рассмеялись. Под каменными сводами зазвенело эхо шагов.Девушка подождала, пока они стихнут, и пошла дальше.

«Стоит ли говорить с Жеро? — думала она. — А почему нет? Онзнает, как отсюда выйти, и он тоже их пленник. Вдруг поможет? Но ведь он —Деверо. Верить им нельзя».

Справа, футах в пятнадцати от подножия лестницы, вытянуласьдлинная железная решетка. За ней были клетки. Дрожал свет флуоресцентных ламп.За прутьями двигались какие-то тени. Николь остановилась и облизала губы, нерешаясь подойти ближе. Что, если кто-то выдаст ее?

«Наверное, за меня назначат награду, — пронеслось в голове. —Ну конечно назначат. Как только выяснится, что я сбежала, все начнут меняискать».

— Жеро? — шепнула девушка.

Никто не ответил. Что они с ним сделали? А вдруг он меня неслышит? Или не может говорить?

Она сделала еще один шажок и снова позвала:

— Жеро?

— Слава богу! — воскликнул в темноте, какой-то мужчина. — Выпришли спасти нас? Они все тут с ума посходили! Нас хотят убить!

— Тсс. Пожалуйста, тише! — попросила она.

— Мы туристы. Из Огайо. Это какое-то безумие! — затараторилнеизвестный, едва не срываясь на крик. — Мы думали, что идем на спектакль, атут...

Он всхлипнул. Николь подошла к самой дальней клетке справа.Сквозь прутья к девушке потянулись руки.

— О боже! Выпустите нас! — взвизгнула женщина.

Николь сделала жест, которому выучилась у Хосе Луиса.

— Успокойтесь.

Пальцы закололо, как иголочками. Легкое дуновение скользнулопо руке. Тревога чуть отступила, но и только. Сердце по-прежнему колотилось какбешеное.

Женщина продолжала чуть слышно:

— Мы приезжие. Мы ничего не сделали вам... кто бы вы нибыли. Помогите. — Она бормотала, будто засыпая. — Иначе нас убьют.

— Помогите, — повторил мужчина.

Николь слегка наклонилась и просунула руку

между прутьями. Она боялась, что люди в панике вцепятся внее и не отпустят. Но ведь им так нужна была поддержка и хоть какое-тоутешение.

Богиня, защити!

— Я попробую, — пообещала Николь и поводила рукой.

Послышались горестные всхлипы, кто-то дотронулся до нее, нов темноте лиц было не разглядеть. Не зная, видят ли ее пленники, девушка повторила:

— Я что-нибудь придумаю. Обещаю.

— Николь?

Она вздрогнула. Голос долетел с другой стороны. Девушканерешительно приблизилась.

— Жеро?

Николь встала справа — оттуда лучше всего было видно, чтопроисходит в клетке, — и прищурилась.

— Не смотри! — прохрипел он.

Девушка пожалела, что не послушала его. В облике Жеро неосталось ничего человеческого: пламя изувечило его до неузнаваемости.

— Черный огонь, — прошептала она. — Прости меня, пожалуйста.

— Этого не случилось бы, — прошелестел сиплый голос, — еслибы ты не оттащила от меня Холли. Вместе Катерс и Деверо могут выдержать Черныйогонь. Но она меня бросила... одного.

Он говорил медленно и хрипло. Николь поморщилась. Должнобыть, у него были обожжены связки. Она и представить не могла, каково это,когда пламя пожирает тебя снаружи и изнутри.

— Каоры всегда предавали Деверо.

— О господи! Жеро! — Николь схватилась за прутья клетки изакрыла глаза, не в силах больше его видеть. — Прости! Я вытащу тебя отсюда. Новремени мало. Скоро Джеймс узнает, что я сбежала и тогда нас обоих поджарят,как тосты.

Девушка нервно хихикнула.

— У тебя есть план?

— Э-э... план? — Она замялась. — Нет. Я просто улизнула.Даже не знала, что ты здесь!

— Думаешь, отсюда легко выбраться? — сказал он раздраженно.

— У меня получилось. Я взорвала дверь заклинанием, неподозревая, что так умею. На шум никто не прибежал, — торопливо добавила она. —Я свободно прошла сюда.

— А может... не стали беспокоиться... все... под надежнойохраной... ты беспомощна.

Девушка напряженно прислушивалась, но голос то и делопропадал. Наступила тишина. Николь уже подумала, что Жеро умолк, но он вдругдобавил чуть громче:

— Джеймс разрешает тебе брать свои ритуальные вещи?

— Эти заколдованные штуковины? — переспросила она,смутившись из-за своего невежества. — Нет.

— Значит, придется их украсть.

— Что?

— Нам нужен план. Отсюда так просто не выйти.

— Знаю, — сказала она, начиная злиться.

— Возвращайся в комнату. Пусть Джеймс думает, что ты неможешь выбраться.

— Ни за что! — Николь отступила и сунула руки в карманыджинсов. — Я туда не вернусь. Ты с ума сошел?

— Они будут тебя искать. Найдут, и мы никогда отсюда невыберемся.

Девушка вскинула голову, но по щекам все равно покатилисьслезы. Разве можно на такое согласиться?

— Послезавтра Йоль, — в отчаянии напомнила она. — Джеймсхочет связать меня узами. Я этого не вынесу, Жеро. Он будет пользоваться моейсилой для своего колдовства, а я ничего не смогу поделать. Ты же знаешь, какиезаклинания у этих негодяев.

— У нас в запасе есть одна ночь, — сказал он с подчеркнутымспокойствием. — Надо придумать план. А теперь иди.

Помрачнев, девушка вытащила руки из карманов.

— Я так не могу. Ни секунды не останусь рядом с ним!

— Ладно. Давай сбежим прямо сейчас, — усмехался Жеро.

— Джеймс такой... мерзкий. Он...

— Николь, чтобы отсюда выйти, нужно что-то посерьезнеепаники. Возвращайся.

Суровый голос отрезвил ее. Девушка глубоко вздохнула.

— Я почти забыла, что ты — Деверо.

— Больше не забывай, — прорычал он. — Я об этом всегдапомню.

Николь вытерла вспотевшие руки. Ее трясло при одной мысли оДжеймсе.

— А как я найду его вещи?

— Он попросил тебя участвовать в ритуале?

— Нет еще. Но...