Гренадёры - Евгения Биткова

— Это кто тут несчастный и обреченный?! А как насчет меня?! Мне достался циничный, холодный и острый на слова тип! Вдобавок еще и чахоточный! Плюнуть страшно.

— А ты не плюй, — посоветовал парень, закрывая за собой дверь.

Насупившись, я стала разглядывать униформу напарника. Она была весьма проста: коричневая рубашка с воротом под горло и кожаными вставками на локтях да брюки. «Везет же некоторым», — с завистью подумала я. Ему в корсет впихиваться не надо. Ким тем временем изучал меня.

— Чего-то не хватает… — задумчиво изрек он после осмотра. — А, понял. Вот, ты забыла, — парень протянул мне белый фартук.

Я, возмущенно пыхтя, повязала его. Ну, все.

— Я в таком виде отказываюсь выходить на люди! — протестующе взвыла я.

Я понимаю, работа и все такое, но всему есть предел! Корсет ужасно жмет, не продохнуть, а с такой шуршащей юбкой вообще непонятно, как можно вести тайное наблюдение! Хорошо хоть чепчик не выдали!

— Не получится. Именно тебе придется общаться с постояльцами. Я пойду осмотрю окрестности вокруг гостиницы, а ты познакомься с жильцами и попытайся у них выяснить, что здесь происходит.

— Почему я? Давай лучше я по лесу погуляю, а ты поспрашиваешь?

— Во-первых, я иду не гулять, во-вторых, я скорее, чем ты, замечу что-либо странное, и, в-третьих, для общения с народом ты подходишь больше.

— Почему это?

— Посмотри на меня, — вздохнув, попросил Ким.

Я посмотрела. Бледное лицо, уставшие глаза с синяками и равнодушно-кислое выражение мины. М-да, в самый раз для разговоров на загробную тему. Убедившись в остывшем энтузиазме на бунт, друг продолжил:

— Теперь поняла, почему в моем случае задушевные беседы не вести? Я к ним не располагаю. А ты — другое дело. Дружелюбная и любопытная служанка не вызовет подозрений. Постарайся втереться в доверие. Думаю, у тебя получится, — обнадежил Ким, с опаской косясь на потрескивающую шнуровку.

Я поспешила ее немного ослабить. Трещать перестало. Подумав, я стянула с пальца подаренное напарником кольцо и положила в карман рюкзака. Здесь оно не к месту. Выйдя в коридор, мы прошли мимо дверей, на одной из них висела табличка с надписью «Не беспокоить». Не очень-то и хотелось. Мне скоро убирать комнаты, и у меня на поясе висит связка всех ключей, не спрячетесь, ха-ха.

Оказавшись внизу, Ким, как и обещал, отправился на улицу. Я решила осмотреть общую комнату. Интерьер был таким же, как и во всем доме. Множество картин и фотографий, самодельная деревянная мебель, чучела разнообразных животных, один книжный стеллаж и огромный камин, напротив которого расположилась пара кресел и диван. В таком камине можно целого кабана запечь! Я почувствовала, как у меня начинается обильное слюновыделение от представления крутящегося на вертеле кабанчика. Я даже запах жареного мяса почувствовала. Так, все! Надо взять себя в руки. Я на работе. Пройдя дальше в комнату, я заметила сидящего возле окна мужчину, который читал книгу. Склонив голову, я прочла название: «Рыболовство: как это делается».

— Ну и как это делается? — заинтересованно спросила я.

Мужчина поднял глаза — лет сорока, усатый, с седеющими волосами. Проследив мой взгляд, он усмехнулся.

— Я пока сам не до конца понял. А вы, судя по форме, новая служанка? — изучая меня, спросил он. Я кивнула. — Смелая вы девушка! Здесь такие вещи происходят!

— Вам тоже в храбрости не откажешь, раз все еще здесь живете. А что за вещи такие?

— Как?! Вам не рассказали?

— Рассказывали, что по ночам кто-то воет, но и от волков столько же шума бывает, — небрежно отмахнулась я.

— Это не волки. Да на острове их и нет. Это нечто другое, и звук как будто из воды исходит, — зловеще проговорил мужчина.

— И вам не страшно? — недоверчиво спросила я.

— А чего бояться? Такое только по ночам творится. Ночью я сплю, мне все равно. А днем здесь тишь, красота! — уже веселым тоном добавил он.

— Мне говорили, одного постояльца чуть деревом не убило, а у другого лодка прохудилась. И все днем было.

— Обычное невезение! — махнул рукой рыболов. — Дерево старое было, а лодка и в любое другое время течь могла дать. Между прочим, со мной за всю неделю ничего плохого не случилось, жить можно! — преувеличенно бодро заключил он.

Странный человек. Сначала удивляется тому, как у меня хватило духу устроиться сюда работать, а потом нарочито радостно заявляет, что все это «семечки»! Семечки. Я завтракала четыре часа назад. Все! Я начала быстро мотать головой из стороны в сторону, пытаясь вытряхнуть навязчивые голодные мысли. Мужчина удивленно посмотрел на мои действия.

— А меня Акирой зовут, — успокоившись, улыбнулась я, протянув руку.

Рыболов радостно ее пожал.

— Интересное у вас имя. Какое-то восточное. Но вы похожи на уроженку этих мест. Я Фросий Бритвар.

— Это от бритвы?

— Мой прадедушка был брадобреем. Так что я не исключаю такой возможности, — рассмеялся усач.

Да, его усам бритва не помешала бы. Не люблю растительность на лице. В ней часто застревает еда, а такого перевода продуктов я не могла пережить.

— Простите, я только приехала, вы не подскажете, кто еще проживает в «Сохатом»? — решив исполнить роль любопытной служанки, спросила я.

— Конечно! Тут не так много людей, вы легко всех запомните. Один хмурый и здоровый мужчина — это охотник; кажется, сейчас он отдыхает в своей комнате. Потом один молодой человек, он любит наблюдать за птицами и часто пропадает в лесу, из-за чего у него нередко происходят стычки с охотником. Понимаете, у них разные взгляды на жизнь. Они оба любят животных, но один предпочитает их в жареном виде под соусом. Вот и проблема, да. Потом в гостинице проживают две дамы. Одна не старше вас — музыкантша, постоянно носит с собой контрабас, как у нее только руки не устают? А вторая уже в возрасте, и, судя по всему, она принадлежит к людям «высокого искусства». Любит поэмы и любовную лирику. Лично я не понимаю, что их привело на этот остров. Но кто знает? — пожал плечами Фросий.

Понятно, следует поглядеть на этих сожителей.

— Спасибо, приятно было с вами поговорить. Мне пора приступать к своим обязанностям, — поклонившись, поблагодарила я.

— Всегда пожалуйста! А что у нас сегодня на ужин? — задал весьма щекотливый вопрос мужчина.

Не напоминайте мне о еде!

— Что-то под маринадом, — туманно ответила я, выходя из комнаты.

Чтобы приготовить «что-то под маринадом», надо сначала найти это «что-то». Я отправилась на поиски. Заглянув на кухню, я отыскала мешки с овощами, все возможные крупы и прочие съестные запасы, больше подходящие для гарнира, чем на роль главного блюда. А как у нас обстоят дела с мясом? С мясом было грустно. Меня не радовала мысль ужинать тушеной морковкой с картошкой. Я, несомненно, всеядная и вечно голодная, но всему есть предел. Пошарив по всем полкам, я заглянула в холодильный шкаф. Для полного антуража там не хватало повешенной мыши. Ничего, еще чуть-чуть, и я займу ее место. Как тут люди выживают без еды? В расстроенных чувствах, но греясь последней надеждой, я дернула люк, ведущий в погреб. Темновато. Включив свет, я начала спускаться вниз. Погреб был заставлен стеллажами с бутылками вина и пива. Нет, ну что за жизнь?! Выпить есть, а закусить? Закусь где, я вас спрашиваю? Обведя стеллажи мрачным взглядом, у меня родилось дикое желание напиться с горя. Проблема в одном — я не особо любила спиртное. И если уж приходилось пить эту гадость, то остановиться мне было трудно (гулять так гулять). Тяжело вздохнув, я присела на бочку позади себя. Минутку. Что еще за бочка? Вскочив, я резким движением сдернула крышку. Повеяло маринадом.