Преодоление - Иар Эльтеррус

– А что там за могилы перед дворцом? – поинтересовался король.

– Об этом я ничего не знаю, – развел руками глава второго аррала. – Если прикажете, распоряжусь поднять архивы.

– Приказываю! – решительно отозвался Лартин. – Мне не нравится наличие неизвестно чьего кладбища перед моим домом!

– Будет сделано, ваше величество, – поклонился Мертвый Герцог. – Я…

Договорить он не успел. Двери тронного зала распахнулись, и внутрь ступил церемониймейстер, который грохнул посохом об пол и торжественно провозгласил:

– Чрезвычайное и полномочное посольство княжеского дома Ин Дари к королю Игмалиона Лартину Первому!

В тронный зал вступил помощник Мертвого Герцога Стен ло’Двари, за которым следовали по двое довольно высокие стройные люди в церемониальной одежде, с волосами ниже плеч. Мужчины были в светло-бежевых костюмах по фигуре и коротких черных плащах, скрепленных серебряными фибулами в виде узкого овала с ажурным треугольником сбоку, пронзенного граненой стрелой. А женщины – в темно-коричневых платьях из плотной ткани и таких же черных плащах. Никаких украшений на посланцах, король, к своему удивлению, не заметил.

Лартин впился взглядом в идущего впереди мужчину с седыми волосами и женщину с темно-каштановыми. По-видимому, это посол с супругой. Не сразу король сообразил, что волосы посла не седые, а абсолютно белые, да и то понял это потому, что заметил еще двух мужчин с такими же. Какие странные люди… Он никогда еще подобных не встречал.

– Мы приветствуем короля этой земли от имени Северной Короны и княжеского дома Ин Дари! – поклонился посол, приблизившись к трону.

– Мы тоже рады приветствовать посланцев княжеского дома Ин Дари, – наклонил голову король.

– Мы хотели бы вручить вам верительные грамоты и дары.

Король опять наклонил голову, и к послу тут же подошли два герольда. Стоявшие за первой парой молодой светловолосый мужчина и высокая рыжеволосая и такая же молодая женщина одновременно сделали шаг вперед и вбок и вручили подошедшим герольдам свернутые в трубку листы пергамента, запечатанные висящей на шнурке печатью из темной смолы. Рыжеволосая выглядела странно, нельзя было даже сказать, красива она или нет, слишком необычна – почти треугольное лицо с высокими скулами и крупные зеленые глаза, удлиненные к вискам. Эта женщина напомнила Лартину прирожденного тактика по имени Марни, бывшего ученика Лодана, мастера-лучника, «идущего сквозь тень». Восходящая звезда Военной академии был очень похож на северянку, как будто та приходилась ему сестрой.

Посол держал в руках хрустальный шар с серебряной накладкой в виде то ли звезды, то ли стилизованного цветка. Он с поклоном протянул этот шар Лартину.

– Подайте! – велел тот ректору.

– Простите, – отступил на шаг посол, – но это королю…

– У нас так не принято, – заметил Мертвый Герцог. – Мы не знаем, кто вы и что несет ваш дар, его нужно сначала проверить, прежде чем его величество коснется.

– Проверяйте, но согласно нашим обычаям я могу передать его только из рук в руки.

Игмалионцы переглянулись. Затем король пристально посмотрел на ректора, тот поклонился и подошел к послу.

– Не бойтесь, – мягко сказал он, – я не буду дотрагиваться, но посмотреть, не несет ли он в себе чего-то вредоносного, обязан.

Посол кивнул, продолжая держать шар в вытянутых руках. Милорд ло’Райлинди склонился над ним, поднес руку, но не коснулся. Поводил пальцами туда-сюда, хмыкнул себе под нос и распрямился.

– В нем ничего нет, ни хорошего, ни плохого, просто хрусталь и серебро, – констатировал он.

– К сожалению, это всего лишь символ… – с горечью произнес посол. – Почти все реликвии нашего народа утеряны во время захвата нашей страны Дорской империей.

Лартин посмотрел на застывшего в неудобной позе виконта, встал, подошел и взял шар из его рук. Он собрался было вернуться к трону, но жена посла остановила его, негромко сказав:

– Постойте, ваше величество… У нас есть еще один дар, он настоящий, хотя можете его тоже проверить, если хотите.

Она протянула Лартину неширокий ажурный наборный серебряный пояс из фигурных звеньев. Ректор поспешил отстранить короля и уставился на этот пояс. Чем дольше он смотрел, тем выше поднимались его брови. А когда ло’Райлинди повернулся к Лартину, его глаза были совершенно круглыми.

– Что такое? – удивился тот, никогда не видевший главу Антрайна в таком состоянии.

– Эт-то… – выдохнул ректор. – Эт-то защита… Этот поясок равен полным доспехам, его не пробьет ни магия, ни железо!

– Нет, это только часть того, что должно быть… – вздохнула жена посла. – Пояс защищает не все тело, а только от колен до груди. Дальше защита слабеет. Должно было быть еще что-то на шею.

– Я слышал о таких вещах от старого ректора… – Голос Мертвого Герцога звучал глухо. – Это величайшая редкость, их сохранилось несколько на всю каверну, насколько мне известно. В запасниках Антрайна хранится фибула, защищающая как раз верхнюю часть груди и голову.

– Отлично! – потер руки Лартин. – Тогда у меня практически полный доспех! Благодарю за столь ценный дар.

Он принял пояс из рук жены посла и тут же застегнул его на себе, вызвав этим неодобрительный взгляд главы второго аррала. Милорд ректор едва заметно усмехнулся себе под нос – неугомонный характер молодого короля он уже успел немного изучить.

– Нам многое нужно обсудить в более узком кругу. – Его величество посмотрел послу прямо в глаза, тот ответил таким же открытым взглядом.

– Мы готовы в любое удобное для вас время, – отозвался он.

– Тогда сегодня вечером в моем кабинете, – предложил король.

Посол снова поклонился. В этот момент какой-то шум за колоннами заставил всех оглянуться. Из-за одной из них выступил человек в черном комбинезоне с откинутым капюшоном. Лартин с удивлением узнал Кевина ло’Иларди, капитана отряда невидимок.

– Ваше величество! – поклонился тот. – Извините за вторжение, но произошло нечто невероятное. Дикие карайны вышли к людям…

– В смысле? – не понял король.

– В самом прямом. По всей каверне карайны выходят из лесов и ищут себе напарников. Пока только черные, насколько мне известно. Сообщения об этом получены через кристаллы связи из всех провинций Игмалиона, кроме Тиргайнской и Дорской.

– А у вас не было такого? – повернулся к послу Лартин.

– У нас это началось около четырех лет назад, – сообщил тот. – Карайны сказали, что время пришло.

– Вот-вот! – подался вперед капитан. – Все они говорят то же самое, во всех провинциях, но не объясняют, что это значит! Вы знаете?

– Да, – наклонил голову северянин. – Это одна из причин прибытия нашей миссии.

– Об этом знают все ведающие, – добавила его жена. – Пришла пора делать выбор во имя жизни.