Чертовка для сводных медведей - Ирина Романова

— Беготни не было, читала учебник и, видимо, увлеклась. Да ещё и сидя на полу.

— Возьми с собой кресло, ты можешь переносить вещи? — наставница аккуратно разминала мне спину и бедра.

— Тяжелое нет, — я разомлела под ее руками.

— Не проблема, я скажу, чтобы нашли плетеное кресло, пару подушек, и небольшой термос с морсом. Три часа без движения, на полу, без жидкости… Кощей-то может десятилетиями не есть, не спать… он псевдо-мертвый, а ты-то живая, — она перевернула меня, принимаясь за переднюю часть тела.

— Хорошо, — опять хотелось есть и спать.

— И завтра увеличиваю нагрузку для тела, раз Кощей убрал свои занятия. Думаю, это связано с твоим выбросом магии. А вечером пробежка, и это теперь для тебя правило.

— Хорошо, — я, зевнув, села.

— Обед принесут сюда, можешь спать, сон тебе сейчас важен.

— Угу, — силы почему-то иссякли.

Едва натянула белье и шорты с майкой, как принесли обед.

— Спасибо, — поблагодарила я девушку. Светлану я что-то перестала видеть, может, выходные дни взяла?

Одела наушники, включила любимые треки и уснула, едва закончив с обедом. Просто закрыла глаза, проваливаясь в сон.

«Братья медведи сидели и что-то обсуждали. Их лица были наряжены, разговор шел на повышенных тонах. Мое сердце дрогнуло от радости, а губы заныли, требуя поцелуя, да и ещё и от обоих парней сразу.

Вздохнула и попыталась прервать сон, но меня внезапно выкинуло в незнакомое место.

Я попала в сад с экзотическими растениями, которых тут, на земле, точно нет. Я подняла голову: небо в красных тонах, а светило — это точно не солнце, было бордовым, я бы сказала, цвета крови, насыщенной кислородом. Я шла по дорожке из белого мрамора, с удивлением озираясь по сторонам. Если это создало мое воображение, то это, конечно, круто.

Стояла странная тишина вокруг, или я просто ничего не слышала, я не знаю… Дойдя до небольшой площадки с беседкой и розовым фонтанчиком, я села в беседке и просто стала ждать. Чего ждать или кого?..

Внезапно картинка изменилась, сад пропал и вокруг беседки выросла стена огня. Вот теперь появился звук, треск и рев пламени, которое требовало свободы. Я была в полной уверенности, что огонь мне не опасен…

Вдохнула поглубже и расслабленно откинулась на сиденье. Теперь я понимаю: это не сон, это игры подсознания, и они возникают не просто так, просто всему свое время. На столике рядом со мной появилась книга, покрытая странными письменами, хотя почему странными, один из арабских диалектов. Я протянула руку и с интересом провела по книге рукой, ее обложка была выполнена из кожи какого-то животного. Письмена зашевелились и пропали, потянула книгу на себя, собираясь ее открыть. Внезапно передо мной прямо в огне появились очертания лица, оно выпятилось и замерло, разглядывая меня.

— Я нашел тебя — ты только моя…»

Испуганно дернулась и проснулась у себя в комнате, испуганно озираясь. Нет, вроде ничего не подпалила…

Кто это был? Князь? Черт лица не было видно совсем, только понятно, что это мужчина. Возможно, у него были рога, хотя пламя двигалось и точно сказать невозможно. Мне кажется, надо рассказать маме, это не просто сон…

Собралась поднести руку ко лбу, чтобы вытереть пот, но в ней была та сама книга из сна…

Так и сидела, таращилась на нее, пытаясь сообразить, что вообще произошло. Меня тряхнуло от того, что я вообще ничего не понимаю…

Вскочила с кресла, сдергивая другой рукой наушники с себя. Они повисли у меня на шее, телефон остался лежать на столике. Щелкнула пальцами, внезапно замечая, что вместо ногтей у меня черные когти. Появился хвост, нервно бивший меня по ногам, за спиной распахнулись вовсе не маленькие крылья… думаю, рога тоже на месте. Я исчезла у себя из комнаты и появилась рядом с мамой, рядом с ней было несколько женщин.

— Мам, — я протянула ей книгу, вдруг понимая, что произошло что-то важное. Так как мама побледнела, увидев меня, и затем протянутую мной книгу. Слезы сами навернулись мне на глаза, и я попыталась их вытереть ладонью, и на меня что-то капнуло. Я с удивлением поняла — пластик, им сейчас воняло жутко. Я протянула руку к шее и попыталась стряхнуть остатки его с себя, это оказались мои наушники.

— Ты постарайся успокоиться, хорошо, — мама не притронулась ко мне, просто стояла и просила.

— Дыхательная гимнастика, да? — я всхлипнула, уже понимая, что одежда на мне начинает тлеть и осыпаться.

— Да, детка, вдох-выдох, хочешь, сядь, — увещевала меня мама. Я опустилась на ковер, который тоже уже начал тлеть.

Прикрыла глаза и начала дышать, представляя, что я в воде, плыву, и она прохладная после летнего зноя. Чувствовала, как дыхание выравнивается, сердце перестает громко бухать в грудной клетке…

— Умница, — мама сидела напротив меня, я же была в выжженном круге из ковра.

— Это просто небольшой выброс, ты не контролируешь дар. Теперь просто покажи мне книгу, и не нужно мне давать ее в руки. И расскажи, где ты ее взяла?

Я остановилась на полпути, поднимая книгу, пытаясь отдать ее маме. Она права, это ведь не просто книга, из сна можно принести только артефакт, только если он предназначен только тебе.

— Я уснула, а там сад, пошла по нему, — пыталась сбивчиво объяснить ей, что я видела.

— Ты не волнуйся, страшного ничего не произошло, — она выглядела спокойной, значит, и мне нечего волноваться.

— Села в беседке, а там книга, я просто ее взяла. Вокруг меня вспыхнула стена огня, и лицо, там было лицо мужчины…, он сказал, что нашел меня и я только его. Это князь? Он заберёт меня?

— Мы не знаем кто это, это не важно, важно вот то, что сейчас у тебя в руках. Открой ее, скажи, что ты видишь, только не читай, помни, как опасны слова…, опиши что видишь.

— На ней имена… много, и мое есть, только оно звучит тут по-другому. Кажется, у меня есть ещё имя рода… Немного не понимаю, мне произнести его вслух? — я старательно вчитывалась в титульный лист книги.

— Прочти, если это нельзя произносить вслух, то ты и не сможешь, — подбодрила меня мама, пытаясь улыбнуться.

Я оглянулась, мы в комнате были одни, над нами светился купол, видимо, накрыла нас им мама, чтобы я не навредила никому.

— Радующаяся огню — из рода Идриса огненного. Почему-то имя произносится переводом, не так, как звучит на самом деле.

— Твое имя самое последнее? А имя Идрис в самом верху? — уточнила мама.

— Тут очень много имён, но они все мертвые, ну это как имена прошлых владельцев, — я проводила пальцем по каждому из них.

— Совсем все, — она не отрывала от меня взгляда.

— Мое и над моим, — попыталась его прочесть, но не смогла произнести вслух, — Не могу, — я удивилась.