Война ведьмы - Джеймс Клеменс

— Благодарение Матушке, с тобой все в порядке, — прошептала она, пряча лицо на его груди.

Мисилл не могла полностью обхватить руками могучее тело сына, и он нависал над ней, даже когда немного горбился, как это принято у огров. Она подняла голову и посмотрела на него. «Как же он похож на своего покойного отца», — подумала она. Тот же приплюснутый нос и густые, нависшие брови, даже слегка приподнятая клыками верхняя губа и колючий мех, сбегающий от жесткого темени вдоль всего позвоночника.

Только глаза, большие, золотистые, с разрезом, как у кошки, говорили о том, что он не только огр, но еще и си'лура, как его мать.

Тол'чак тоже крепко обнял Мисилл, но разжал руки раньше, чем ей бы хотелось.

— Вам удалось справиться с болотами? — спросил он. — Как там Элена и Эр'рил?

Не зная, что можно говорить в присутствии Мамы Фреды, Мисилл была осторожна:

— Моя племянница в порядке. Все хорошо. Несколько царапин и шрамов, а в остальном наши друзья в целости и сохранности.

— Хотелось бы мне сказать то же самое про нас, — мрачно проговорил Тол'чак. — Заходи.

Его тон заставил Мисилл вспомнить о долге. Она активизировала свое чутье охотницы, пытаясь уловить хотя бы намек на присутствие зла. Но даже при самом пристальном изучении магия стихий, бушевавшая в комнате, показалась ей чистой и нетронутой порчей. Однако кроме магии она уловила еще и присутствие боли и быстро прошла вслед за Тол'чаком внутрь.

Комната удивила Мисилл. Она ожидала увидеть перед собой темную мрачную клетушку, а оказалась в помещении хоть и без окон, но ярко освещенном лампами и горящими в маленьком очаге углями. Ощущение тепла и располагающего уюта усиливал толстый шерстяной ковер, закрывавший дубовый пол. У каждой стены стояла пара крепких кроватей, а перед очагом Мисилл заметила три стула с мягкими подушками.

С одного из них ей навстречу вскочил знакомый худой человек в потрепанной дорожной одежде. Он хмурился, сердито поджав тонкие губы. Под тусклыми каштановыми волосами Сверкали такие же янтарные глаза с вертикальным разрезом, как и у его брата-волка.

— Могвид, твой брат Фардейл внизу, охраняет мою лошадь. Он будет рад узнать, что с тобой все в порядке, — сказала Мисилл, надеясь, что хмурое выражение сменится на более радостное.

Однако эта новость ничего не изменила. Лицо Могвида стало еще мрачнее.

— Я буду счастлив снова увидеть брата, — без всякого выражения сказал он.

Мисилл, вопросительно приподняв бровь, посмотрела на Тол'чака, который подвел мать к одной из кроватей.

— Не обращай внимания на Могвида, — проворчал он, изо всех сил стараясь говорить тихо. — У нас у всех сейчас тяжело на сердце.

Подойдя поближе, Мисилл поняла, что кровать не пустует, а ее чутье охотницы уловило сильный аромат магии стихии ветра. Она уже догадалась, кто на ней лежит — Мерик, принц элв'инов. Однако, даже стоя рядом, она не смогла его узнать. Мерик, чье хрупкое тело скрывали льняные простыни, больше не был тем удивительным существом, с которым она рассталась в Тенистом Потоке. Его грудь была вся в ожогах, и запах горелой плоти окутывал тело так же плотно, как лечебные повязки. Губы распухли и потрескались, великолепные серебряные волосы сгорели до самого скальпа. Мисилл вздохнула с облегчением, увидев, что он спит — глаза Мерика были закрыты, а грудь равномерно подымалась и опускалась. Воительница прекрасно понимала, что все это благодаря бальзамам и эликсирам Мамы Фреды.

Она не могла больше смотреть на Мерика.

— Что случилось?

— Его поймал и пытал один из охотников Темного Властелина.

Затем Тол'чак рассказал ей о событиях, которые в конце концов привели их сюда. О том, как он в последнее мгновение спас Мерика от гнусного повелителя д'варфов, как Могвид перехитрил темных стражей — близнецов, которые жили в большом замке.

— Мы сбежали на барже, когда стены крепости начали рассыпаться и падать. Но Мерику становилось все хуже и хуже. Нам удалось спасти его от Темного Властелина, но отравленные раны начали гноиться. Хорошо, что хозяин постоялого двора направил нас к Маме Фреде сразу после того, как мы въехали в Порт-Роул.

— Удача тут ни причем, Тол'чак, — пробормотала Мисилл, которая понимала, что благородство в этом портовом городе встречается редко и всегда имеет свою цену.

Скорее всего, хозяин постоялого двора испугался, что болезнь Мерика может оказаться заразной, поэтому быстренько спровадил незнакомцев к целительнице, чтобы не подвергать свое заведение опасности.

— Ну, не знаю, удача или нет, но мы пришли сюда. — Тол'чак тихонько сунул кусочек печенья Тикалу, который шарил у него в карманах.

Тамринк проглотил его целиком, а потом облизал пальцы, один за другим.

— Это была настоящая удача, — вмешалась Мама Фреда. — Похоже, сама Добрая Матушка присматривает за вами. — Она сняла Тикала с плеча огра и села с ним вместе на стул. — Я выращиваю здесь очень редкое растение, которое можно найти только в Ирендле. Оно-то и помогло справиться с лихорадкой. Еще один день, и он бы умер.

— Мерик уже чувствует себя лучше, — кивнув, подтвердил Тол'чак.

Мисилл нахмурилась. Если сейчас элв'ин выглядит лучше, что же было вчера? Она огляделась.

— А где Крал? Как он?

Горец был единственным членом небольшого отряда, про которого никто еще ничего не рассказал.

— Он наблюдает за северными воротами, ждет тебя там, — ответил Могвид. — Мы не знали, с какой стороны ты въедешь в Порт-Роул.

— Обычно он возвращается после наступления темноты, — Добавил Тол'чак.

— С тех пор как мы покинули Тенистый Поток, — продолжал Могвид, — Крал с каждым днем становится все беспокойнее. Уходит из дома почти каждую ночь, бродит по улицам, пытается выследить врагов.

— Ну, искать меня не было никакой необходимости, — сказала Мисилл. — Моя способность улавливать магию стихий помогла бы мне вас найти. Разве это еще не все поняли?

Могвид отошел к стулу, стоящему рядом с Мамой Фредой, и опустился на него со снисходительной улыбкой на губах.

— Ты почувствовала присутствие Мерика, когда находилась на улице? — спросил он. — Или в лавке внизу?

Мисилл нахмурилась. В словах оборотня была правда. Она не почувствовала даже намека на необычную магию ветра, присущую Мерику, до тех пор пока дверь в комнату не открылась.

— Как?.. Я ведь должна была… — Мисилл повернулась к Маме Фреде.

Старая целительница улыбнулась.

— Ты многого не знаешь, юная леди. В моих родных джунглях, где магия земли так же плодородна, как сами леса, мы научились защищать то, что нам принадлежит. Давным-давно я покрасила эти стены ароматическим маслом из корня бейн. Он скрывает дар магии стихий от любопытных глаз.