Память льда. Том 2 - Стивен Эриксон

Дымка подошла ближе к Хватке и тихо сказала:

— Вроде свежим воздухом тянет… из-за той двери.

Лейтенант кивнула.

— Веди.

Перекошенное набок, окутанное чёрным туманом, Семя Луны подплывало всё ближе к парапету цитадели. Расколотый базальт выл, будто живое существо.

Подавленный ошеломительным весом Куральд Галейна, безумный Провидец скорчился, задрал голову к летающей крепости, с отчаянной жадностью сжимая в руках Финнэст. Рядом Матрона пыталась когтями вырыть себе убежище в камне под ногами. Давление было чудовищным.

Сегулехам не удалось попасть на крышу невредимыми, и охотники К’елль оказались более чем достойными противниками. Оба воина в масках вынуждены были отступить к низкой кольцевой стене, оставляя за собой кровавый след. Но всё равно никогда прежде Паран не видел такого искусства. Мечи сегулехов, превратившись в размазанные в воздухе пятна, разили будто со всех сторон одновременно, рубили охотников К’елль на части, хоть те и наступали. Капитан думал было помочь этим двум незнакомцам, но потом решил, что больше помешает им.

Паран обернулся, взглянул в небо на севере.

Драконы пикировали на город, метали вниз волны силы, которые с грохотом врезались в улицы и дома, вздувались пузырями тьмы.

Великие во́роны парили над крышами, торжествующе каркали.

— М-да, не развеется…

Капитан нахмурился в ответ на странное заявление Быстрого Бена. Развеется? Что не… Он резко повернул голову к Лунному Семени. Ах, верно.

Основание летающей горы оказалось ровно напротив — и подплывало всё ближе. Так близко — чёрный базальт заслонял небо.

— Я думал, Рейк хотя бы лично спустится, — продолжил чародей. — А он выбрал способ… менее аккуратный.

То есть решить уничтожить цитадель и всех в ней.

— Быстрый Бен…

— Ага, лучше нам поторопиться.

Огромная чёрная пантера взлетела вверх по лестнице, замешкалась, мерцающими глазами окинула всё происходящее на крыше, затем уставилась на Провидца.

Быстрый Бен вдруг вскочил на ноги.

— Нет! — заорал он зверю. — Подожди!

Крупная голова пантеры развернулась к магу, глаза засверкали, губы приподнялись, обнажая клыки.

— Мне кажется, она не хочет ждать.

Пантера начала бить себя хвостом по бокам и сделала ещё шаг к ошеломлённому Провидцу, который стоял спиной к ним…

— Проклятье! — прошипел Быстрый Бен. — Давай, Таламандас!

Кто?

Лунное Семя врезалось в край парапета с гнетущим, скрежещущим хрустом. Неумолимая глыба вспахивала камень…

Матрона закричала…

Влажный, курящийся паром базальт придавил к’чейн че’малле, затем будто вобрал её в себя. Хлынула кровь, хрустнули кости, гребень Лунного Семени полз дальше по крыше, оставляя за собой расколотые плиты и пятна крови и плоти.

Провидец закричал, отступил спиной вперёд — прямо к пантере, которая внезапно сжалась…

Семя Луны вдруг опустилось, упало на высоту человеческого роста, пробило крышу.

Плиты подались под ногами Парана, кирпичи посыпались со всех сторон — мир закачался.

Быстрый Бен ударил. Грохочущие чары врезались в бок пантеры, так что она взлетела в воздух, выпустив когти…

— За мной! — закричал маг и рванулся вперёд.

Пытаясь удержать равновесие, Паран ухватился рукой за плащ чародея и потащился сзади. А теперь пора обмануть всех. Простите нас боги.

Провидец обернулся к ним.

— Что?

— Таламандас! — заревел Быстрый Бен, подлетая к Провидцу. Затем чародей бросился на яггута…

Путь раскрылся вокруг них…

…и захлопнулся.

Умирающий портал вспыхнул, когда в него прыгнула пантера.

Лунное Семя опустилось ниже, и парапет развалился, кирпичи полетели во все стороны. Сегулехи отскочили прочь от охотников К’елль, перемахнули низкую стену, за которой прятались Паран и Быстрый Бен, и помчались к дальнему краю крыши. Позади, там, где прежде сидел Провидец, огромный кусок базальта откололся в потоке солёной воды, рухнул на двух охотников К’елль, пробил крышу, а затем, этаж за этажом, провалился в самые недра цитадели.

Остряк покачнулся, упёрся плечом в стену и медленно осел, оставляя на камне красный потёк. Перед ним восемь женщин-капанок согнулись от изнеможения и боли, опустились на колени или стояли — пустые, пепельные лица. Три — совсем юные, почти девочки, ещё две — совсем седые. Волосы спутаны, слиплись от пота, оружие едва держится в дрожащих руках. Все, кто у него остался.

Лейтенант-лестиец погиб, его тело осталось где-то на поле перед воротами.

Остряк опустил сабли, прислонил голову к камням стены и прикрыл глаза.

С запада доносились звуки боя. В ту сторону ускакали «Серые мечи» — разыскивать Дуджека. Чёрные моранты вновь взлетели в небо над западной третью города, они сосредоточились над одной зоной, пикировали небольшими группами вниз, к улицам, будто участвовали в отчаянной защите. Эхом отдавались разрывы «шрапнелей».

Совсем рядом, прямо напротив Остряка и жалких остатков его Легиона, «ругань» врезалась в стену большого дома. Объятое пламенем здание было готово вот-вот развалиться. Среди обломков на улице лежали тела паннионских солдат.

А Семя Луны медленно прорезало путь через цитадель, оставляя за собой полосу разрушения и смерти, и кровоточило тьмой на разорённый город.

Остряк не открывал глаз.

По каменному крошеву протопали сапоги, затем один из них легонько пнул Остряка в бедро.

— Боров ленивый!

Смертный меч вздохнул.

— Скалла…

— Драка ещё не закончилась.

Остряк открыл глаза, посмотрел на неё.

— Закончилась. Коралл пал — ха, нет, он падает. Сладкая победа. Ты-то где была?

Покрытая коркой пыли, в которой оставили следы ручейки пота, женщина пожала плечами, взглянула на рапиру в руке.

— То тут, то там. Делала, что могла, хоть это и немного. Моттские ополченцы здесь, ты знал? Худов дух, как им это вообще удалось? Будь я проклята, когда мы с «Серыми мечами» вошли в ворота, они уже были внутри, а мы-то считали, что мы — первые.

— Скалла…

Сверхъестественная тьма вдруг резко сгустилась.

Семя Луны наконец выбралось из цитадели, повалились последние стены. Летающая гора по-прежнему кренилась набок, по-прежнему поливала город потоками воды и обломками чёрного базальта, подплывала всё ближе на высоте нескольких ростов над крышами зданий, заполняла собой небо — теперь прямо над Остряком и Скаллой.