День Вампира - Олег Дивов

В коридорах оказалось чисто, окна сияли. Гош с каждым шагом мрачнел. Впервые за свои долгие странствия он увидел реальные признаки силы. Организующей и управляющей силы, уверенной и наверняка жестокой. Силы, которую перешибет только огромная сила.

– Ждите, – приказали ему.

Один из охранников скрылся за массивной дверью. Гош уныло разглядывал приемную. Взгляд его задержался на столе секретаря, с которого так и не удосужились сковырнуть ненужный теперь компьютер. Стол был явно рабочий, уставленный оргпринадлежностями, с аккуратно сложенными бумагами в лотках. Вместо телефона – рация. Гош лениво проследил, куда уходит шнур питания, и нервно сглотнул. Шнур был воткнут в розетку! Двести двадцать вольт…

«Вот и дождались. Электричество смотрит мне в лицо… Что же, капитан Дымов, пожалуй, ты столкнулся с таким чудовищем, которое не стоит дергать за усы. Попробуй-ка, брат, с ним подружиться. А то ведь сглотнет оно твоих Регуляторов и не поморщится. Это тебе не штат Нью-Мехико… Как возьмут за глотку – чем будешь в ответ угрожать? Атомной бомбой? Ладно, будем надеяться, что местные боссы ничего не понимают в минометах. Технику на заставе они скомбинировали довольно грамотно. Но стреляют из нее только прямой наводкой. Ох, до чего же мне не нравится это слово – Оборона!»

Из кабинета вышла женщина в строгом деловом костюме, с толстой красной папкой в руках. Очень красивая. И очень рассерженная. Властно отодвинула плечом охранников и затерявшегося среди них Гоша заодно, уселась за стол, раздраженно швырнула перед собой папку и взялась за рацию. Гош остолбенел. Он знал эту женщину. Или другую, похожую на нее. Типаж совпадал удивительно. Высокая, чуть крупнее знаменитых модельных размеров, холеные платиновые волосы до плеч. И лицо… Редкое сочетание красоты и благородства. Гош остолбенел, мучительно напрягая память.

– А вы чего стоите?! – рыкнула красавица на охранников, набирая на панели рации длинный код. – Привезли? Ведите.

Тут она посмотрела на Гоша и переменилась в лице. Наверное, в прошлой жизни она его тоже знала. Или кого-то, похожего на него. Видимо, опять типаж совпал.

Гош едва успел красотке подмигнуть. Его взяли за шкирку и уволокли за дверь.

В кабинете оказалась, как и положено, Т-образная комбинация из стола для совещаний, упертого в стол руководителя. Стулья, кресла, шкафы, все дорогое, и не в помпезном кремлевском стиле «памяти расстрелянных Юровским», а функциональный и красивый модерн. Никаких тебе гнутых ножек и позолоты. Видимо, новый хозяин переменил обстановку. Или это был не президентский кабинет.

Еще здесь горели лампочки. Вентилятор компьютера не гудел, но это могло просто означать, что машина очень хорошая.

– Оставьте нас, – приказал охране мужчина за столом – невзрачный, с мятым лицом, затянутый в городской камуфляж. – А ты садись. Ближе.

Охрана почтительно испарилась. Гош сел.

– Сигареты отобрали, – пожаловался он.

– Какие тебе? – хмуро спросил мужчина, выдвигая ящик стола.

– «Лаки Страйк».

Мужчина посмотрел в ящик. Гоша он не боялся. Или его просто безоружные люди не беспокоили.

«А зря, – подумал Гош. – При такой комплекции в новом мире выжить непросто. Сколько в тебе, сто семьдесят? А щуплый-то какой… Впрочем, Брюс Ли тоже на вид соплей перешибался, а врезать мог от души. Господи, ну почему я-то такой обыкновенный? Вот не удался бы ростом, тоже глядел бы в Наполеоны. В харизматические лидеры, чтоб им всем провалиться».

– «Ротманс» будешь?

– «Ротманс»? – Гош выдержал паузу, копируя интонацию актера, имени которого не помнил. Правда, тот говорил о водке. Гениальная была интонация, неповторимая. – Буду.

– На! – Мелкий с отвращением на лице швырнул Гошу пачку.

– А зажигалочку?

– Держи.

– Спасибо.

– И откуда ты свалился на мою голову? – спросил мелкий, упирая локти в стол и кладя подбородок на сложенные ладони. Смотрел он на Гоша, без преувеличения, как на пойманную в трусах вошь.

Гош закурил и отвернулся. На его памяти такого омерзения он еще ни у кого в новом мире не вызывал.

– На твою голову свалился не я, а тупые, которые держат калужское направление. Я пришел говорить. Мне врезали автоматным стволом по почкам. Дальше рассказывать?

– Сколько вас?

– Трое. Еще Отец и Святой Дух.

– Всего?!

Гош усмехнулся. Потом от души заржал. У мелкого на щеках заходили желваки.

– Шутка, – объяснил Гош. – Расслабься. И поверь, наша численность тебя не должна волновать. Твоя забота на сегодня – сколько у нас грузовиков с боеприпасами.

Мелкий скривился. Наверное, как и все наполеончики, он терпеть не мог терять инициативу.

– Какая у тебя дальнобойность?

– Пятьдесят километров, – не моргнув глазом, соврал Гош. – Конечно, есть проблемы с точной наводкой. Но сейчас они в мою пользу. Догадываешься, почему? Между прочим, мог бы представиться.

Мелкий не счел нужным представляться. Вместо этого он добыл из ящика пачку «Собрания» и зажигалку, блеснувшую начищенным золотом. Гош хмыкнул. Ему-то бросили одноразовое дерьмо. Попытка указать на место самым жлобским способом.

– Этот фокус с хаотичным обстрелом сработал уже в двух городах с тоталитарными режимами, – продолжил Гош. – В первый раз местный князек сам ко мне приполз на карачках. Во второй – население своего босса принесло. Впереди тащили его, связанного, а за ним – хлеб-соль, ящик водки и голую бабу.

Мелкий курил, глядя в потолок. «Ладно, пусть накапливает информацию. Нам поболтать не западло. В который раз мозги пудрим».

– И вот что обидно – я же не первый начал. Мы всегда стреляем только в ответ на прямую и явную агрессию. Это правило – впереди идет один человек. Идет, чтобы разговаривать. Но случается так, что его обижают. Тогда мы начинаем стрелять. И все проблемы разрешаются сами.

– А бывает так, что вашего человека убивают? – осведомился мелкий.

– Только один раз. Самый первый. Теперь это слишком дорого встанет городу.

Мелкий ткнул сигарету в пепельницу и откинулся на спинку кресла. Гош стремительно просчитывал варианты. Развитие событий могло быть каким угодно, и все, что сейчас приходило в голову, кончалось нехорошо.

– Значит, если ты не выйдешь на связь в шестнадцать-ноль…

«Шестнадцать-ноль, ишь ты! Армия. Или притворяется? Допустим, военный. Что нам это дает? По годам – не выше майора. Но ты же не строевой, ты штабист. А то бы загнулся, как все остальные».

– Они подождут минут десять-пятнадцать и бросят несколько снарядов. Поменяют огневую и снова бросят. И так – пока я не выйду в эфир. Что самое интересное, я даже не знаю, где сейчас мои машины. А то еще пыток не выдержу…

Мелкий презрительно улыбнулся, давая понять – конечно, не выдержишь. Теперь он глядел на Гоша в упор, облокотившись локтями на стол, Гош тут же подался к нему ближе, скопировав его позу, и заглянул прямо в крошечные глазки, которые вдруг забегали.