Третье Правило Волшебника, или Защитники Паствы - Терри Гудкайнд

Верна, глядя на воду, облизала потрескавшиеся губы. Наплевать, пусть даже и мыльная. Интересно, успеет она сделать хоть глоток, прежде чем Леома ее остановит? Едва ли.

— Не обязана я это делать, — ворчала Милли достаточно громко, чтобы ее было слышно. — Хватит и того, что я теперь опять убираю покои пророка. А я-то уж обрадовалась, что больше у нас нет этого сумасшедшего! Пора мне, я вижу, уступить свою должность кому-нибудь помоложе. Странный он парень. Все пророки чокнутые, так я скажу. И этот Уоррен мне нравится не больше, чем Натан.

Верна чуть не расплакалась, услышав имя Уоррена. Она так по нему скучала! Как они с ним обращаются?

— Да, он немножко странный, — ответила Леома, угадав ее невысказанный вопрос. — Но испытания Рада-Хань быстро приводят его в норму. Я лично этим занимаюсь.

Верна отвела взгляд. Значит, и его она истязает! Милый Уоррен!

Милли, подталкивая ведро коленом, продвигалась вперед.

— Нечего на меня смотреть! Меня от этого трясет, будто сам Безымянный глядит на меня!

Верна уставилась в пол. Милли плюхнула тряпку в воду и погрузила поглубже, чтобы как следует намочить.

— Я скоро закончу. Жалко, что не так быстро, как мне бы хотелось, но скоро. И тогда делайте с этой предательницей все, что угодно. Надеюсь, вы не будете с ней чересчур нежны!

— Она получит то, что заслужила, — улыбнулась Леома.

Милли вытащила тряпку.

— Отлично! — Она шлепнула мокрой рукой Верну по бедру. — Убери ноги! Как я могу закончить уборку, если ты тут расселась, как пень?

Когда Милли убрала руку, Верна почувствовала у бедра что-то твердое.

— Этот Уоррен тоже порядочная свинья! Развел в комнатах жуткую грязь! Я была там сегодня, и там воняет почти так же, как здесь!

Верна сунула под себя ладони, как бы для того, чтобы легче было приподнять ноги. Пальцы нащупали что-то узкое и твердое. В первое мгновение ее замутненный разум не мог сообразить, что это, но потом пришло озарение.

Дакра!

У нее перехватило дыхание.

Милли внезапно снова плюнула ей в лицо. Верна моргнула и отвернулась.

— Не смей так смотреть на честную женщину!

Верна сообразила, что Милли заметила, как расширились ее глаза.

— Все, я закончила. — Служанка выпрямилась во весь свой крошечный рост. — Осталось разве что и ее вымыть. Но если вы этого хотите, лучше хорошенько подумайте. Я в жизни не прикоснусь к этой твари!

— Забирай ведро и убирайся! — нетерпеливо бросила Леома.

Верна вцепилась в дакру так, что онемели пальцы. Сердце ее билось настолько сильно, что она боялась, не треснут ли ребра.

Милли, ни разу не оглянувшись, вылетела из комнаты. Леома закрыла за ней дверь.

— Даю тебе последнюю возможность, Верна. Если ты снова откажешься, тебя отдадут императору, и ты очень скоро пожалеешь, что не захотела послушать меня.

Подойди ближе, думала Верна. Ближе!

Первая волна боли обрушилась на нее, и она откинулась на тюфяк, отвернувшись от Леомы. Ближе!

— Сядь и смотри на меня, когда я с тобой разговариваю!

Верна вскрикнула, но осталась лежать, надеясь, что Леома подойдет еще. На таком расстоянии бессмысленно даже пробовать. Пусть подойдет ближе.

— Сесть, я сказала! — Леома сделала шаг вперед.

Создатель, прошу тебя, пусть она подойдет ближе!

— Ты посмотришь на меня и скажешь, что отрекаешься от Ричарда! Ты должна отречься от него, чтобы император смог проникнуть в твой разум. Как только ты отречешься, он об этом узнает, так что не пытайся хитрить!

Еще шаг.

— Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю!

Еще шаг. Леома схватила Верну за волосы и запрокинула ей голову. Теперь она совсем близко, но руки разламываются от боли, не поднимешь.

О Создатель, не дай ей начать с рук! Пусть начнет с ног. Мне нужны руки.

Раздирающая боль ударила по запястьям. Верна отчаянно пыталась поднять дакру, но пальцы свело от боли.

Они в судороге разжались, и дакра выпала.

— Пожалуйста, — прорыдала Верна. — Не трогай мои ноги!

Умоляю, только не ноги!

Леома оттянула ей голову назад и наотмашь ударила по лицу.

— Руки, ноги — какая разница! Ты подчинишься!

— Тебе не удастся меня заставить. У тебя ничего не выйдет и... — Верна не успела договорить: Леома хлестнула ее по губам.

Жгучая боль переметнулась на ноги. Руки по-прежнему ныли, но теперь она хотя бы могла ими управлять. Верна вслепую шарила рукой по тюфяку в поисках дакры.

Наконец она нащупала и обхватила пальцами холодную рукоятку.

Собрав в кулак всю свою решимость, Верна ткнула дакрой Леоме в бедро.

Вскрикнув, та выпустила ее волосы.

— Замри! — выдохнула Верна. — У меня в руке дакра. Так что стой смирно.

Леома медленно опустила руку и коснулась холодного лезвия.

— Неужели ты думаешь, будто у тебя что-нибудь выйдет?

Верна перевела дух.

— Можем проверить, если желаешь. Мне терять нечего. А тебе есть что. Жизнь.

— Верна, ты пожалеешь, что решилась на это. Убери дакру, и я буду считать, что ничего не было. Только убери ее.

— О, мне этот совет не кажется мудрым, советник!

— Я управляю твоим ошейником. Мне достаточно только блокировать твой Хань. Если ты заставишь меня это сделать, тебе же будет хуже.

— В самом деле, Леома? Наверное, мне стоит рассказать тебе, что за двадцать лет путешествия я очень хорошо научилась обращаться с этим оружием. Ты действительно можешь блокировать мне Хань, но я рекомендую тебе подумать о двух вещах. Первое: ты не сможешь отсечь его достаточно быстро, чтобы я не успела коснуться хотя бы частицы. Из опыта мне известно, что этого вполне достаточно. Как только я коснусь моего Хань — ты превратишься в труп. Второе: чтобы блокировать мой Хань, ты должна через Рада-Хань коснуться его. Ты не боишься, что это прикосновение уже само по себе включит дакру? Я, правда, точно не знаю, но, со своей стороны, не прочь и проверить. Как ты считаешь? Поставим еще один эксперимент, Леома?

В комнате повисло долгое молчание. Верна чувствовала, как по ее пальцам бежит ручеек крови. Наконец тихий голос Леомы нарушил тишину.

— Нет. Чего ты от меня хочешь?

— Прежде всего ты снимешь с меня Рада-Хань, а потом, раз уж я назначила тебя своим советником, я тебя кое о чем спрошу. А ты дашь мне советы.

— Когда я сниму ошейник, ты уберешь от меня дакру. И тогда я расскажу тебе все, что ты захочешь узнать.